Чего может добиться Украина, атакуя нефтеперерабатывающие заводы в России?

Украинские беспилотники настойчиво атакуют российские нефтеперерабатывающие заводы и нефтебазы. При этом все последние атаки СБУ уже приписала себе.

Речь идёт, как минимум, о нападениях на нефтеперерабатывающие заводы и топливохранилища, произошедшие 12 и 13 марта.

В СБУ, по данным источников украинского агентства Укринформ, эти атаки названы спецоперацией, целью которой является «уменьшение экономического потенциала РФ».

Хронология событий

Отметим, украинские беспилотники давно и регулярно атакуют самые разные объекты на территории РФ, и объекты нефтепереработки и нефтехранения – не исключение.

Например, только за январь этого года можно вспомнить три атаки:

• 10 января украинские БПЛА ударили по нефтебазе в Орле, тогда произошёл пожар и пострадало три человека;
• 21 января удар был нанесён по нефтеперерабатывающему заводу компании НОВАТЭК в Усть-Луге Ленинградской области, никто не пострадал;
• 25 января горела нефтебаза в Туапсе, тоже обошлось без жертв.

Но вернёмся к последним событиям 12-13 марта:

• Атаку на НПЗ «Лукойла» в Нижнем Новгороде 12 марта, пожалуй, можно назвать самой результативной: она привела к остановке крупнейшей установки первичной переработки, снизив мощности завода вдвое. И несмотря на то, что объёмы производства отчасти могут быть компенсированы за счёт других мощностей, стоимость топлива на бирже уже начала расти в пределах до 1,5%;
• Атака на нефтебазу в Орле произошла тогда же, 12 марта. БПЛА попал в резервуар с топливом, вызвав пожар, а жителей близлежащих домов пришлось эвакуировать;
• 13 января был атакован НПЗ «Роснефти» в Рязани, два человека попали в больницу; 
• В этот же день, 13 января, была совершена неудачная попытка атаковать НПЗ «Кинеф», принадлежащий компании «Сургутнефтегаз» в Киришском районе Ленинградской области. 
• Тогда же и тоже неудачно был атакован НПЗ в Новошахтинске Ростовской области, последствий эта атака не повлекла, однако сообщалось о приостановке работы завода.

За атаки на НПЗ в Нижнем Новгороде, Рязани и Ленинградской области СБУ и «отчиталась» как о своей спецоперации, направленной на «уменьшение экономического потенциала РФ». Впрочем, и без этого цели Украины тут очевидны.

Цель понятна

Ведущий аналитик Фонда национальной энергетической безопасности, эксперт Финансового университета при правительстве РФ Игорь Юшков в разговоре с ForPost отметил, что пока рано говорить о конкретных последствиях последних атак на объекты нефтяной отрасли РФ – нужно дождаться экспертных выводов об этом.

«Но ясно одно: Украина бьёт по этим объектам целенаправленно. Ровно с 2024 года это всё началось, и они бьют и по системе хранения нефти и нефтепродуктов, то есть по резервуарам многочисленных топливных баз, которые довольно сложно прикрыть. Но это меньшее из зол, поскольку это просто ёмкости, которые легко восстановить или построить заново. Гораздо хуже, что они бьют по НПЗ. При этом все заводы, расположенные в 1 тысячи километров от линии фронта, находятся сейчас в зоне риска. А в России большинство заводов как раз сосредоточены в её Европейской части, и Украина не может достать лишь Татарстан и Башкортостан. Сейчас мы видим, что по многим НПЗ уже предприняты попытки ударов», – говорит аналитик.

Не военная задача

По словам Игоря Юшкова, цель, которую преследует Украина, атакуя нефтяную отрасль РФ, не носит военного характера.

«Мы видим, что они стремятся ударить по нижегородскому НПЗ, и это для них имеет смысл. Дело в том, что в России производится очень много дизеля, половину которого мы отправляем на экспорт. Лишить Россию дизеля сложно. Поэтому тут вряд ли просматривается военная цель ограничить в топливе российскую военную технику, которая как раз и работает на дизеле. Если нам не будет хватать этого вида топлива, мы просто сократим экспорт. Но по бензину ситуация сложнее. В России 90% производимого бензина потребляется на внутреннем рынке, а 10% уходит на экспорт», – пояснил Юшков.

Он напомнил, что нижегородский НПЗ «Лукойла» и так уже производит на 10% меньше бензина из-за аварии, которая произошла не по вине Украины.

«С декабря этот завод находится на ремонте из-за поломки оборудования. И это стало большой проблемой, поскольку это западное оборудование, поставлять его в Россию запрещено санкциями. На решение проблемы у "Лукойла" ушло несколько месяцев, и компания обещала полностью восстановить работу завода к апрелю, когда начнется высокий автомобильный сезон и потребление бензина в России возрастет. В момент удара 12 марта этот завод на полную мощность уже не работал. При этом в РФ он является одним из крупнейших производителей бензина. На него приходится примерно 10% всего бензина в стране. Получается, что и до удара из-за этой аварии в стране производилось ровно столько бензина, сколько и потреблялось, но пока есть ещё какие-то излишки топлива. Однако с середины апреля есть большой риск возникновения его дефицита, поскольку потребление бензина в стране возрастёт», – отметил Юшков.

Дефицит бензина на внутреннем рынке без стабилизирующих мер вызовет рост его стоимости, а это уже скажется на всей экономике.

«В себестоимость абсолютно всех товаров на рынке заложена и стоимость топлива, поэтому если она будет расти, будут расти и цены. Иными словами, топливный кризис может стать сильным проинфляционным фактором для экономики всей страны», – пояснил ForPost кандидат экономических наук Михаил Беляев.

Стоит напомнить, что, предвидя эту ситуацию, правительство РФ уже ввело полный запрет на экспорт бензина из России с 1 марта.

Будут ли проблемы?

Очевидно, что нынешняя ситуация вполне может спровоцировать топливный кризис в стране подобный тому, что был осенью прошлого года.

Однако, по мнению Игоря Юшкова, правительство не допустит подобного развития событий.

«Украина совершает атаки на НПЗ с расчётом на то, что стоимость бензина повысится из-за его дефицита на рынке. А это, в свою очередь, может вызвать протестные настроения в обществе. В то же время, люди вряд ли увидят дефицит бензина и рост цен на него. У правительства есть все инструменты, чтобы предотвратить подобное. Например, бензин в случае нехватки можно закупать в Белоруссии, поскольку там НПЗ недозагружены и можно поставлять туда нефть, а забирать готовое топливо. То есть использовать давальческую схему, когда оплачивается лишь услуга по переработке. Но это, конечно, будет дороже. При этом правительство может дать субсидию, чтобы не повышались розничные цены. Подорожание возможно, но только на бирже, а всё, что касается розницы, правительство будет контролировать, работая непосредственно с нефтяными компаниями, чтобы цены не росли выше уровня инфляции», – пояснил Юшков.

По его словам, дополнительные расходы, связанные с преодолением возможного дефицита топлива, лягут на бюджет.

«Как видим, риски есть, но при этом у правительства есть и инструменты для стабилизации ситуации, поэтому я полагаю, что топливного кризиса со всеми вытекающими негативными последствиями в России не будет», – резюмировал Юшков.

Андрей Мединский