Исламизация Москвы: особый сценарий

После скандальной тирады адвоката Дагира Хасавова, пригрозившего столице судом шариата, и нападения на журналиста Сергея Асланяна, неудачно высказавшегося об исламе в эфире "Маяка", СМИ наперебой вспоминали убийство Тео Ван Гога (голландского режиссера антиисламского фильма "Покорность") и гонения на автора карикатур в датской газете Jyllands-Posten, высмеивающих пророка Мохаммеда. 

Общество явно встревожено. Обилие же визуально определяемых мигрантов на столичных улицах коренным москвичам оптимизма не прибавляет. Предвещают ли московские события исламизацию города по европейскому образцу и не превратится ли "третий Рим" во "второй Париж" (или Берлин, или Лондон) — с закрытыми для посторонних кварталами, иноязычными вывесками, беспорядками и жестко контролируемым табу на критику ислама? 

Руководитель отдела по работе с общественными организациями Духовного управления мусульман европейской части России (ДУМЕР) Ахмад Макаров в интервью "Росбалту" пояснил, что процессы миграции и исламизации в российской столице не совпадают, а лишь частично дополняют друг друга. Происходящее, по его мнению, точнее можно охарактеризовать как урбанизацию мигрантов с последующим погружением в ислам. 

"Миграция этнически мусульманского населения в российские города стала фактическим продолжением урбанизации, охватившей все постсоветское пространство. Только города после краха СССР остались в России, а традиционное "сельское" население — в сопредельных странах", — отметил эксперт. 

При этом прирост мусульманской общины в городах центра страны лавиннобразный: от 20% до 40% в год, отметил эксперт. По оценкам Макарова, сегодня в столичном регионе можно насчитать от 2 до 2,5 млн практикующих мусульман. Так что количество верующих, которые выходят к столичным мечетям в праздничные дни, заполоняют улицы и проспекты, — далеко от реального числа приверженцев ислама. 

"На самом деле в праздники Москва значительно "пустеет", мусульман становится меньше. Особенно это заметно на Ураза-байрам. Многие стараются уехать домой, чтобы там, согласно традиции, совершить закят (один из пяти столпов ислама, годовой налог в пользу нуждающихся и на распространение религиозного учения — "Росбалт")", — сказал Макаров. 

Отток мусульман также отмечается и в направлении области: внутри МКАДа мечетей всего четыре, а в Подмосковье их уже немало, учитывая, что "подсобная" мечеть или молельная комната и есть уже почти на каждой стройке и каждом рынке. При этом "стихийные" мечети ведут бесконтрольную деятельность, и проповедническую в том числе, отметил эксперт. Именно такие религиозные "ячейки" становятся для большинства приезжих "школой ислама". Мигранты, будучи, как правило, носителями светской культуры, интегрируются в мусульманское сообщество, находя в этом, прежде всего, путь преодоления социальной неустроенности. 

При этом, если в Европе исламизацию "курировала" развитая сеть мусульманских организаций и центров, что позже вылилось в политическую коалицию исламистов и левых, то в крупных городах России приобщение к исламу неподконтрольно никому. Этот процесс, хотя и является также, как и на Западе, "бегством" от социального неравенства и незащищенности, ощутимых политических рисков за собой не несет. Мусульмане столицы не выйдут на площади с требованиями равенства и толерантности, как в Париже, однако нарастания бытового экстремизма ожидать стоит. По словам эксперта, социальную базу для провокаций создает неофитство — малый религиозный опыт и усердие. 

Десекуляризация (усиление влияния института религии на жизнь – "Росбалт") традиционно сопровождается изоляцией мигрантов-мусульман. В Москве, однако, до сих пор не предпринимались масштабные попытки создания интеграционных центров, инициативы в данной области находятся в состоянии планов по пилотным проектам. В этом, впрочем, можно найти и положительные стороны, уверен Макаров. 

Приступая к работе над полноценным включением мигрантов в московское общество, есть шанс избежать западного сценария, когда интеграция выливается в еще большее обособление мусульман, сдобренное социальными требованиями, а мечети и культурные центры превращаются в институты защиты мусульманской идентичности в чуждых исламу регионах. 

Возможная плоскость решения проблем, связанных с неофитством, лежит в "русификации" ислама в Москве, предположил эксперт. Крупные столичные мечети перешли на русский язык, в том числе и в проповедях, еще в середине девяностых, теперь необходимо работать с малыми мусульманскими сообществами региона, отметил Макаров. При высоких темпах прироста верующих важно избежать практики "импорта" имамов, как это было сделано на западе, и подготовить русскоязычный контингент священнослужителей, добавил он. 

Задуматься стоит и об облике мечетей. Новые религиозные сооружения, так необходимые столичным мусульманам, вполне могут вписаться в городской пейзаж, не шокируя коренных жителей своим восточным колоритом, заметил эксперт. Москва должна остаться городом без разделения на этнокварталы, уверен эксперт. "Говорить о территориальных анклавах в Москве некорректно. Конечно, возникают места компактного проживания мигрантов, как, например в Балашихе, однако до сих пор по сравнению с западными мегаполисами Москва остается городом, где неисламское население составляет большинство", — убежден Макаров. 

Он также считает, что заказчиков на консолидированный мусульманский протест, на намеренную изоляцию и радикализацию ислама в Москве и России нет. Между тем руководитель пресс-службы ДУМЕР Дильнара Ахметова, комментируя недавние происшествия, сообщила, что в России, видимо, существуют влиятельные силы, готовые внедрять в общественное сознание мысль о том, что "с мусульманами нам не ужиться". 

Но реальность свидетельствует, что уживаться все-таки придется. За счет массовой легальной и нелегальной миграции из кавказского региона и бывших светских республик Центральной Азии, высокой рождаемости среди приезжих, а также сокращения численности коренного населения, носителей ислама в столице будет только прибывать. Но ведь и опыт совместного проживания у нас богатый: Российская империя и Советский Союз традиционно отличались значительной долей мусульманских народов, что не создавало для них фатальных проблем. 

И сейчас, если власть и лидеры конфессий возьмут на себя обязанность отслеживать негативные процессы и не допускать провокаций, то вполне смогут обеспечить мирное сосуществование людей разных национальностей.

Кирилл Тузов