На референдуме в Белоруссии одобрено внесение изменений в Основной закон страны. Как сообщил глава белорусского ЦИК Игорь Карпенко, за принятие поправок в Конституцию проголосовали более 65 процентов участников референдума.
Теперь, согласно принятым изменениям и дополнениям, в Белоруссии происходит перебалансировка системы власти в пользу большей ограниченности полномочий президента в пользу Всебелорусского народного собрания (ВНС).
На фоне событий, происходящих на Украине, референдум в Белоруссии как-то потерялся. Тем не менее, он — это серьёзный этап политической трансформации, происходящей в стране после событий лета 2020 года. А с учётом начавшейся спецоперации любое значительное событие в Белоруссии — это, прежде всего, событие в тылу армии РФ, так что процессы, связанные с ним, имеют значение и для нашей страны тоже.
И, если коротко, то прошедший референдум продемонстрировал несколько моментов, которые желательно было бы понимать.
Ну, во-первых, он показал относительную прочность нынешних политических позиций Лукашенко внутри страны. Формально для него было не принципиально, будет ли принята новая трактовка конституции или нет — при любом исходе его власть не страдала. Но сам факт голосования за предложенное им в нынешней ситуации означает некий вотум доверия. Который он, собственно, и получил. И итоговая цифра — это косвенный уровень его одобрения в белорусском обществе. Который, как выяснилось, довольно высок.
Во-вторых, он показал слабость оппозиции, которая пыталась использовать референдум для раскачивания внутренней ситуации, но не преуспела в этом от слова «вообще». При том, что помогали ей достаточно активно. Особенно бросилась в глаза откровенная бездарность её действий.
К примеру, они призывали белорусов приходить на голосование всем одновременно (в определённое время), таким образом создавая заторы и организовывая что-то вроде протестных митингов. Инициатива закончилась абсолютным провалом. Или они призывали портить бюллетени совершенно не верифицируемым способом, так что эффект от этих призывов даже невозможно установить.
Помимо всего прочего, значительная часть оппозиционных блогеров и медиаресурсов, полтора года назад бежавших на Украину, сейчас по понятным причинам бегут уже с Украины, и вряд ли они дееспособны. Что также не добавляет оппозиции тонуса.
В-третьих, примечательным фактором стало то, что оппозиция в этот раз в качестве показателя оппозиционности призывала к использованию «белорусской мовы». Собственно, это только подтверждает факт родства её проекта с бандеровским — использование языковой русофобии в качестве некоего «символа веры» является очень чётким маркером.
Ну и в-четвёртых — попытки провести протесты в день референдума на фоне спецоперации. Сейчас это, пожалуй, наиболее значимый фактор. И здесь «не всё так однозначно». С одной стороны, некие акции оппозиции организовать всё же удалось. Даже с приличным количеством задержанных: 800 человек. Но, с другой стороны, для Белоруссии сейчас такое количество задержанных — это не так уж и много. С учётом того, что задерживать там при несанкционированных выступлениях пытаются вообще всех. И можно сказать, что протесты прошли практически незаметно.
Впрочем, обольщаться не нужно. Во-первых, то, что ВС союзной Белоруссии напрямую не принимают участия в спецоперации — решение верное. И низкий уровень протестности это подтверждает. Но, во-вторых, повторюсь в который раз: всё будет зависеть от того, как быстро завершится основная операция и как она будет проходить.
В целом же обстановка и на референдуме, и после него была спокойной. И вот это совершенно точно хорошая новость.
Читайте по теме: Лукашенко возмутился позицией киевских властей по переговорам в Минске
Павел Кухмиров
