Центр Севастополя нужно сохранить как архитектурный феномен

Центр Севастополя относится к тем градостроительным феноменам, которые нужно максимально сохранить, считает архитектор Московского архитектурного института и руководитель творческой группы «Лозинский и партнёры» Игорь Лозинский.

Игорь Лозинский, вместе с коллегами разработавший проект сохранения исторического центра Керчи, подчёркивает: такие города, как Керчь, Феодосия и Севастополь, имеют совершенно уникальную архитектуру, ценную настолько же, что и здания позапрошлого века.

Повод для беседы был достаточно очевиден — проект переформатирования здания бывшего ЦКБ «Черноморец» в двухкорпусный фешенебельный отель. Он был поддержан целым рядом имеющих отношение к Севастополю народных избранников, но далеко не всеми севастопольцами.

Во многом, отмечает архитектор, проблема состоит в общем мировоззрении.

«Мы ещё не определились, что является главной ценностью нашего городского строительства. Как правило, развитые страны, заботящиеся о своём имидже, во главу ставят красоту и комфорт городов, их привлекательность для внутреннего и внешнего туризма. У нас же проекты обычно хвалят, если они успешны с девелоперской точки зрения. И под эту сурдинку зачастую наносится непоправимый вред городам», — подчёркивает Игорь Лозинский.

Такое явление, отмечает архитектор, иллюстрируют, к большому сожалению, почти все южные города России.

«Например, в Сочи есть сталинского времени гостиница „Приморская” (тоже ОКН), прямо за ней выросли две башни. Это показывает, что есть желание максимально выжать коммерческие показатели, а дальше хоть трава не расти. А о том, что центр Сочи стал гиперплотным, что там теперь не проехать, — думать начали только сейчас», — иллюстрирует универсальность проблемы архитектор.

Если говорить конкретно о Севастополе, то нужно, считает он, смотреть на ситуацию в целом, включая плотность застройки.

«Севастополь застраивали великие архитекторы, в том числе мой учитель Борис Григорьевич Бархин, автор послевоенного проектирования генерального плана и реконструкции центра Севастополя. Они делали Севастополь как комплексный ансамбль, и вмешиваться в него просто так, точечной застройкой, как правило, означает разрушать эту ансамблевую архитектуру», — говорит Игорь Лозинский.

Поскольку, отмечает специалист, архитектура превратилась в урбанистику, а понятия «градостроительной оси» и «градостроительного ансамбля» свелись к терминам вроде «дизайн-кода», не приходится удивляться, что пристройка к любому зданию «какой-нибудь дизайнерской коробочки» считается допустимой.

Может быть, не исключает Игорь Лозинский, это возможно там, где изначально городская среда имела разношёрстный, дробный характер. Но в таких городах, как Севастополь, Керчь и Феодосия, — нужно кропотливо восстанавливать ту градостроительную ткань, которую ещё можно восстановить.

В историческом поселении теоретически можно и строить объекты, но только если это вписывается в регламент. Тут стоит отметить — в этом плане Севнаследие и инвесторы подготовились, заказав регламент у специалистов, славящихся особенной профессиональной гибкостью. И то, что центр Севастополя создан как единый архитектурный ансамбль, их ничуть не смутило.

Само по себе, отмечает Лозинский, перепрофилирование здания в гостиницу в границах исторического поселения возможно — но лишь с соблюдением всех требований, которые существуют.

«К периоду архитектуры 50-х надо относиться очень трепетно и внимательно, потому что такого уровня архитектуры мы уже не делаем. Тогда совершенно иначе относились к деталям, было другое отношение к рациональности, связанной с архитектурой, и рациональности, связанной с — условно говоря — коммерческой эффективностью. Когда делались большие проёмы, высокие потолки и т. д. К этой архитектуре нужно относиться так, как к архитектуре позапрошлого века. Больше так не строят», — резюмирует Игорь Лозинский.

Если плотность застройки и заселённости района достаточно высокая, то от виртуозности архитектора, которому нужно вписать функционал гостиницы в параметры здания, зависит очень многое. Особенно — если речь об объекте культурного наследия, которым должна заниматься лицензированная организация реставраторов. Должны быть определены охранные зоны и объекты, которые являются предметами охраны. Это как минимум фасад, но возможно причисление к ним и лестниц, а также внутренних интерьеров в целом.

К сожалению, признаёт архитектор, прецедентов игнорирования этих норм много не только в Севастополе.

«Здание кафе „Капуччино”, которое превратилось в гостиницу в центре Керчи. Причём оно стоит прямо напротив старейшего храма в России. Это совершенно вопиющий случай, который иллюстрирует общую картину», — приводит наглядный пример Игорь Лозинский.

Напомним: в поддержку реставрации в комплекте со строительством высказались депутаты Госдумы Дмитрий Белик  и Татьяна Лобач, сенаторы Сергей Колбин и Екатерина Алтабаева, спикер севастопольского парламента Владимир Немцев.

Категорически против точечной застройки Центрального холма выступили действующие депутаты местного заксобрания Вячеслав Горелов и Екатерина Бубнова, архитекторы, историки и писатели.

Бывший же сенатор от Севастополя Ольга Тимофеева убеждена: застраивать исторический центр Севастополя абсолютно недопустимо. Ранее она рассказала ForPost о том, что у здания ЦКБ «Черноморец» была альтернатива, не связанная с чаяниями инвесторов впихнуть на площади Лазарева гостиницу.

Николай Сведски