Кастрированные смыслы: как отредактировали книги Агаты Кристи

Telegraph сообщает, что в переиздании книги Агаты Кристи подверглись редакции. В частности, свободолюбивые американские издатели убрали «оскорбительные отрывки»: в романе «Карибская тайна» вырезали сцену, где персонаж ночью не заметил в кустах чернокожую девушку, в романе «Смерть на Ниле» исчезло высказывание про «отвратительные» глаза и носы местных детей. Не пощадили даже выражения «его индийский характер» в сборнике «Последние дела Мисс Марпл и два рассказа»! Слово «индийский» вырезано.

Ну что тут сказать, только руками развести. Очень бы хотелось посмотреть на человека, которого оскорбляет слово «индийский». Вообще, ситуация начинает неотличимо напоминать наши тридцатые — когда с фотографий с генеральным секретарём по одному вырезали бывших соратников, объявлявшихся врагами народа.

Степень нетерпимости у либерального американского обкома, на мой взгляд, не ниже, чем у ЦК того времени.

Однажды я наблюдала в интернете изумившую меня дискуссию. Одна очень образованная, приятная женщина с искусствоведческим образованием имела неосторожность написать, что не любит еврейскую живопись. Что тут началось. Мама дорогая! Понятные обвинения в антисемитизме (хотя она объяснила именно с художественной точки зрения). И кто-то из комментаторов договорился до фразы: «И вообще, нет никакой еврейской живописи, есть человеческая!».

«Стало быть, и итальянской нет, и русской», — опешила я, но кто ж меня стал слушать.

Именно эта тенденция и видна в сегодняшнем публичном дискурсе: стереть все особенности, знаки отличия, любую инаковость. И дружным партийным строем двинуться воспевать демократию. Причём, желательно, чтобы во главе колонны стоял одноногий трансгендер малой народности.

Как и когда идея толерантности успела мутировать в партийный катехизис, даже думать не хочется. Произошло это за последние пару десятков лет, и то, что наблюдаем, думаю, не финал.

А что касается Агаты Кристи — видим, наконец, чёткую констатацию. На Западе началась настоящая книжная цензура. Самое потрясающее здесь, что сама эта идея противоречит всем базовым европейским ценностям эпох Возрождения и Просвещения. Впрочем, когда Джон Мильтон писал свою «Ареопагитику» (речь о пользе и вреде цензуры), по Америке бродили гризли, да бегали индейцы, никакой государственности там ещё не было.

Может, этим всё и объясняется.

Читайте по теме: Как в Германии решили вопрос гендерного равенства

Мария Дегтерева