Напомню, 1 октября в Севастополе началась призывная кампания, по итогам которой 400 севастопольских парней будут направлены на срочную военную службу в Вооружённых Силах РФ. Их направят служить в Иваново, в Ростовскую и Московскую области, Краснодарский край, сказал в интервью ForPost военный комиссар Севастополя полковник запаса Алексей Астахов. А я решила узнать, как отбирают тех, кому выпала честь встать в ряды Российской армии.
На входе в военный комиссариат Нахимовского и Ленинского районов в доме № 24 на улице Хрусталёва предъявляю документы и через несколько минут, после проверки документов, попадаю на закрытую территорию. Просторно, иду по длинной аллее и с разрешения помощника военного комиссара Валерия Вишнякова захожу в здание.
Сотрудники военного комиссариата начинают показывать свою вотчину. Вот отдел картотеки, где хранятся личные дела граждан, стоящих на воинском учёте, здесь стоят несколько парней. Они получили повестки и по требованию призывной комиссии пришли в военкомат. Сейчас они получат путевой лист и отправятся на медицинское освидетельствование.
В длинном коридоре с многочисленными дверями в кабинеты врачей – темно, сотрудники говорят, что сейчас меняют проводку, после чего станет светло, как прежде. Здесь, в темноте, сидят юноши – ждут очередь к врачам. Знакомлюсь с некоторыми из них.
Первый – Алексей, 23 года, он недавно окончил Севастопольский государственный университет. Второй – Дмитрий, тоже 23 года, выпускник морского колледжа. Настроение у них приподнятое, хоть и говорят, что служить не хочется.
В какие войска попадут, парни не знают. Дмитрий говорит, что ему всё равно, в каких войсках служить, главное – чтобы там можно было заниматься ремонтом машин. Алексей признаётся, что его главное желание – чтобы всё быстрее закончилось.
Я попросила парней выйти на улицу, чтобы сфотографировать их у входа. Они переживали, потому что, со слов сотрудников военкомата, выходить за пределы помещения с личными делами на руках – нельзя. Под мою ответственность парни всё же вышли и с опаской показали повестку: «Это точно не запрещено законом?».
Сейчас Дмитрию и Алексею нужно пройти нескольких врачей: терапевта, невролога, хирурга, офтальмолога, отоларинголога, стоматолога и психиатра. Всех этих докторов они уже проходили при постановке на воинский учёт, а сейчас к приёму подготовились основательно – сдали все необходимые анализы, сделали нужные снимки и принесли медицинские справки.
Под каждым кабинетом военкомата очередь как минимум из 10 ребят. Захожу в один из кабинетов и знакомлюсь с врачом-неврологом Борисом Наговским. За его плечами – 40-летняя врачебная практика, а здесь он работает два года.
Борис Клавдиевич говорит, что работать в военном комиссариате интересно – во время призывной кампании ежедневно он принимает до 60 человек. Время на каждого юношу ограничено – от двух до пяти минут. Врач говорит, что этого времени на призывной комиссии достаточно, так как тщательный осмотр «пациентов» он делал при их постановке на воинский учёт.
Сейчас на основании принесённых снимков, справок и записей в карточке при первичном осмотре Борис Клавдиевич выносит заключение. Оно бывает пяти видов: годен без ограничений, годен с незначительными ограничениями (например, для береговой службы), ограниченно годен (когда можно призываться только в военное время), годен с отсрочкой (например, с травмами, когда надо дать время на восстановление) и последний вариант – не годен совсем.
Борис Наговский рассказывает, что большинство призывников – крепкие парни и не страдают тяжёлыми заболеваниями. Он вспоминает, как в призывную компанию весной этого года 100 из 150 человек хотели служить в морской пехоте и в ВДВ, куда проходит самый жёсткий отбор.
«Был конкурс 10 человек на одно место. Ребята туда рвались, скрывали травмы, стремились попасть. Если раньше призывники хотели „откосить”, то сейчас вижу у них рвение. Сами просятся, плоскостопие лечат – ногами бутылки катают по полу», – отмечает Борис Клавдиевич.
Врач-офтальмолог Раиса Левченко также считает, что по приказу не проходят те, у кого высокая близорукость – свыше 6 диоптрий, дальнозоркость – свыше 8 диоптрий, или серьёзные исходы травм, которые влияют на зрение.
«Таких мальчиков немного, очень редко встречаются», – говорит Раиса Сергеевна.
После осмотра всех врачей юноше даётся заключение о его физическом состоянии. Окончательное решение о годности или негодности принимает председатель медкомиссии – сейчас его обязанности временно исполняет хирург Валерий Овсюк.
Его кабинет также не был пустым. Напротив Валерия Григорьевича сидел юноша и, видимо, ожидал окончательного вердикта.
Сотрудники военного комиссариата рассказывают, что заключение председателя медкомиссии делается и на основании психологического тестирования. Для этого в здании военного комиссариата есть отдельный кабинет.
Старший специалист по профессиональному психологическому отбору Юлия Швайка рассказала, что психологические тесты призывники проходят дважды – при постановке на воинский учёт и на этапе призыва на прохождение воинской службы.
«Мы их тестируем, проводим анализ, беседуем, наблюдаем. Таким образом мы выявляем важные психологически качества для военной службы. Определяем, насколько конкретный мальчик подходит на ту или иную должность, выявляем тип войск. Также тесты могут выявить склонность к суициду или девиантному поведению», – поясняет Юлия Швайка.
Юлия Шквайка добавляет, что по итогам психологического тестирования 70% призывников склонны к девиантному поведению, то есть к нарушениям установленного порядка.
«На это влияют разные условия, в том числе нежелание тестироваться и идти в армию. У кого-то неблагоприятная ситуация в семье, это тоже накладывает свой отпечаток. При таком выявленном поведении можно идти в армию, но в определённые, не очень сложные войска», – говорит старший специалист по профессиональному психологическому отбору.
Елена Журавлёва
Фото автора, armydocs.ru
