Турецкая сдача: что Зеленский подарил Эрдогану

Знали, что минимум половина гречки, потреблённой на Украине в минувшем 2021 году, была российского происхождения? Выяснилось, что вопреки принятому украинским правительством еще в 2015 году постановлению "О запрете ввоза на таможенную территорию Украины товаров, происходящих из Российской Федерации" половина из 140 тыс. тонн гречневой крупы, попадающей на украинский рынок, ввозится по реэкспортным схемам через Казахстан из регионов РФ (главным образом, из Алтайского края).

Удивляться не стоит от слова «совсем». Лучше удивиться другому: почему только половина, а не две трети или три четверти.



Объективно украинское сельское хозяйство – это одна из отраслей, максимально пострадавших от евроинтеграции страны. Да и не только «евро», если уж на то пошло. Дело даже не в общей деградации агротехнологий (хотя и это имеет место), а в том, что огромные пространства там сейчас отданы под экспортные культуры, необходимые для получения «зелёного топлива» - рапса, кукурузы, подсолнечника.



Это, без преувеличения, варварская эксплуатация сельскохозяйственных ресурсов, так как такие технические культуры максимально истощают почву. По большому счёту, это политика «выжать и выбросить».



Стоит ли удивляться, что на Украине, в итоге, обнаружился дефицит продовольствия, покрываемого реэкспортом товаров из России.

Впрочем, у государства украинского сейчас совершенно иные приоритеты, и такая мелочь, как аграрный сектор, вряд ли принимается в расчёт.



В ближайшее время ситуация там станет ещё проблемнее. По сути, национальные агро-остатки только что были полностью сданы во время недавнего визита в Киев президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана.

Принимали его очень торжественно, и сам он даже с готовностью крикнул их уже традиционное приветствие «Слава Украине!». Его вполне можно понять, с учётом того, с чем он от Зеленского вернулся.



Дело в том, что ходе визита между Анкарой и Киевом было заключено два ключевых стратегических соглашения: одно – о создании «свободного рынка» между Украиной и Турцией, в рамках которой 90% турецкой  сельскохозяйственной продукции будут попадать на Украину беспошлинно. На тех же условиях – и с продукцией лёгкой промышленности.

А теперь представьте. Турецкий агарный сектор (и лёгкая промышленность) не просто конкурентоспособнее, а в разы конкурентоспособнее украинского.



Во-первых, за счёт прямой господдержки. Во-вторых, за счёт доступа к дешёвым энергоресурсам (Турция покупает газ у РФ по долгосрочному контракту за 400-450$, а Украина покупает тот же газ по спотовым контрактам у европейских перепродавцов минимум за 1000-1200$).

В-третьих, Турция является мировым поставщиком аграрной продукции и может позволить себе практически любые конкурентные цены за счёт общего объёма.



Вопрос: что после открытия общего рынка станет с украинским аграрным сектором и лёгкой промышленностью? Представили, да?!

В обмен на это г-н Зеленский подписал с турками договор о производстве на Украине боевых дронов «Байрактар ТБ-2». Собирать их будет совместное предприятие на базе «Мотор Сичи».



Той самой многострадальной, восстановить которую пытались китайцы, но их туда не пустили (старшие партнёры не велят), а теперь её пытаются хоть как-то поддержать, производя «Байрактары».



Правда, их боевая эффективность против армян совершенно не означает эффективности против ВС РФ.



Стоило ли ради этого добивать собственное сельское хозяйство? Впрочем, это вопрос приоритетов.

Кстати, партнёры и по газу договорились очень похожим образом. Теперь Турция будет «поставлять газ в обход России». На деле же ситуация, скорее всего, будет такой же, как с европейскими перекупщиками, только теперь переплачивать в несколько раз за реэкспортируемый газ украинцы будут ещё и туркам.

Что же в итоге?



Продолжается постепенная, но методичная сдача остатков суверенитета Украины. По самым стратегическим направлениям. Делается это в рамках реализации главного приоритета украинской государственности, как таковой: противостояния Москве.



Сделать с этим ничего нельзя – это и в самом деле логика существования проекта. Трудно не понять, насколько это губительно. Но, в конце концов, это собственный выбор.



Стоит ли мешать?

Павел Кухмиров