Московская ловушка для Лукашенко

В экономическом плане (как, в принципе, уже отметили многие эксперты) он вынужден был пойти на все условия Москвы по нефти и газу, которые она выдвигала как ранее, так и буквально месяц назад (речь идет о предложении уплачивать экспортные пошлины с продаваемой за пределы республики российской нефти и нефтепродуктов в российский бюджет), преподнеся все это белорусскому избирателю как очередное сногсшибательное достижение белорусской стороны.

В принципе, у белорусской стороны на переговорах с Москвой и шансов не было склонить чашу весов в свою пользу, т.к. ЕС обещал всего 3 млрд долларов за продолжение белорусско-российского развода (или скандала, как кому нравится), а нужно было не 3, а 8 млрд долларов, и не разово, а ежегодно, т.е. на весь следующий срок — 40 млрд долларов. Последняя цифра в 13 раз превышает то, что готов был дать ЕС. Поэтому, естественно, клиент предпочел солидного партнера, а не какие-то жалкие три миллиарда, которых всей такой «нанокосмической» экономике Беларуси хватит всего на каких-то 4-5 месяца.

Не добившись от Москвы ни полшага в экономическом плане в свою сторону, прямо с четвертого Всебелорусского собрания Александр Лукашенко вынужден был броситься в экономические объятия Москвы, чтобы безоговорочно подписать все то, что лежало на столе. И при этом, что немаловажно, на ходу меняя «показания».

Еще в понедельник на всебелорусской сходке нынешний глава государства в своей привычной манере довольно пренебрежительно отзывался о Евразийском союзе: «Все, на чем мы сегодня «телепаемся», иначе не скажешь, в Таможенном союзе, уже давно создано в рамках Беларуси и России. Все наработки Союзного государства можно было бы эффективно использовать в Таможенном союзе, но этого не происходит. В то же время нам «подкидывают» идею Евразийского союза — нового образования, хотя еще до конца не завершено формирование таких структур, как ЕврАзЭС, ОДКБ, СНГ».

Но уже в четверг Александр Лукашенко был вынужден говорить прямо противоположное: «Дмитрий Анатольевич сказал, что, сформировав ЕЭП, мы должны психологически и даже юридически перейти к новому этапу формирования наших отношений, и назвал это Евразийским союзом. Я абсолютно поддерживаю такую идею, и белорусские люди, и эксперты, и руководители сделают все для того, чтобы активно здесь работать. Думаю, что за полгода мы снимем очень многие проблемы, сформируем Евразийский Союз, который будет очень мощным объединением на этом пространстве».

Как говорится, комментарии излишни. На сегодня тема экономической капитуляции достаточно подробно разобрана экспертами, и останавливаться на ней еще раз я необходимости не вижу: капитуляция есть капитуляция. Конечно, эти выводы ни в коей мере не касаются белорусского народа и национальной экономики, которые от заключения соглашений 9-10 декабря в Москве только выиграли, т.к. с образованием более тесного и продвинутого экономического союза Беларуси, России и Казахстана, зависимость всех социальных групп республики от нынешней правящей номенклатурной группы становится все меньше и меньше.

Вместе с тем, достаточно подробно остановившись на экономическом аспекте, эксперты упустили из виду или, на мой взгляд, неправильно истолковали политический смысл подписанных в Москве соглашений для продолжающейся в республике кампании по выборам главы государства. Основной посыл белорусских экспертов заключается в том, что, подписав с Александром Лукашенко соглашения по ЕЭП, Москва обменяла ЕЭП на признание четвертого срока нынешнего белорусского президента. На мой взгляд, это все досужие домыслы, т.к. ни 9-10 декабря, ни после, не прозвучало ни одного заявления с российской стороны, в котором бы подтверждался размен подписания соглашений по ЕЭП на признание четвертого срока Александра Лукашенко со стороны Москвы.

Москва молчит. И за этим молчанием лично мне видится совсем другая политическая схема подписанных в Москве документов. Притом каждая сторона ее видит принципиально отличным от другой способом. Если говорить коротко, то одновременно пожимая руку и устраивая по своему обыкновению ловушку Москве (на данный раз позиционную), Александр Лукашенко сам попал в нее. Предыдущий опыт его ничему не научил. Что имеется в виду.

Политическая часть соглашения в интерпретации официального Минска выглядит следующим образом: еще находясь в Москве, Александр Лукашенко отдал поручение белорусскому парламенту ратифицировать соглашения по ЕЭП до 1 января 2011 года. При этом Москве отчетливо дается понять, что белорусский парламент ратифицирует соглашения, подписанные в Москве, только после того, как Москва во всеуслышание признает итоги белорусских выборов и поздравит белорусского лидера с очередной элегантной победой. Все вроде бы замечательно. Как говорил один известный персонаж из одного не менее известного фильма («железобетонно» будем смотреть этот фильм 31 декабря уходящего года)  — «Железная логика». Очевидно, что, по мысли официального Минска, Москва должна себя прилюдно выпороть за все свои «выходки» периода лето-осень 2010.

Однако абсолютно не ясно, почему в наличии железной логики кто-то в Минске отказывает Москве. И тут мы видим один из немногих случаев, когда нарушается известное математическое правило — от перемены мест слагаемых сумма меняется. Дело в том, что, обладая логикой, а еще больше — обладая прекрасной памятью, Москва может запросто пойти на то, чтобы слагаемые элегантной победы Минска переставить местами: сначала белорусский парламент должен будет ратифицировать Соглашения по ЕЭП, а затем уже Россия, сто, нет, тысячу раз подумав, с учетом 2006 года, посмотрит — признавать ей итоги белорусских выборов в «редакции» Александра Лукашенко или нет.

Вот это будет номер. Попасть такому аксакалу от политики в свою собственную позиционную ловушку — это дорогого стоит, а еще говорят о расхождениях в тандеме. Очевидно, что Москва будет рассматривать логику прохождения событий именно в такой последовательности. Также очевидно, что Александр Лукашенко никогда не пойдет на то, чтобы сначала парламент ратифицировал соглашения ЕЭП, а уже потом ему позвонили из Кремля или (а почему бы и нет?) только из Белого дома. Т.к. белорусский президент никому не доверяет, то он и мысли даже не может допустить, чтобы оказаться в такой ситуации, когда не будет рычагов давления на Москву.

А ведь действительно, как только в белорусском парламенте происходит ратификация соглашений по ЕЭП, Александр Лукашенко становится никому не нужен в своем качестве главы белорусского государства — ни Москве, которая получила от него его же руками все, что от него хотела, и теперь может ему припомнить все, ни Брюсселю с Вашингтоном, которые после подписания соглашений в Москве чувствуют, и справедливо чувствуют себя «кинутыми». Хотя чего они хотели — сначала они показали Москве катастрофическую недоговороспособность нынешнего белорусского лидера, переманив его к себе, теперь Москва должок им вернула. И если еще 8 декабря Запад был готов пойти на признание итогов белорусских выборов в версии белорусского ЦИК, то теперь это совсем неочевидно. WikiLeaks скоро раскроет переписку американских дипломатов по поводу белорусской ситуации с их коллегами из Европы, подождем немного.

Представим другой вариант — не видя 2-3 дня никакой официальной реакции из Москвы, а наблюдая только подробные телевизионные репортажи федеральных российских телеканалов о происходящем на Площади и начиная ощущать смену настроений госаппарата и силовиков, все больше «врубающихся», что стоит за таким красноречивым молчанием Москвы, понимая, что может случиться страшное, Александр Лукашенко все же отдает указание парламенту ратифицировать соглашения по ЕЭП, и парламент его в срочном порядке ратифицирует. Означает ли этот выброс «белого флага» из самих Дроздов, что Москва должна признать итоги белорусских выборов в том случае, если они будут сфальсифицированы?

Отнюдь нет. Разговора же об этом не было, так какие тогда могут быть вопросы? Вот и получается, что на сегодня ключи от белорусских выборов лежат только и исключительно в Москве. Каждый день нератификации белорусским парламентом соглашений по ЕЭП с космической скоростью приближает нынешнего главу белорусского государства к полному политическому краху. Времени у него есть действительно только до 1 января 2011 года.