После каждого военного конфликта у многих его участников возникает такая проблема, как ПТСР – посттравматическое стрессовое расстройство.
Это тяжелое нарушение психики, возникающее у людей, переживших тяжелые травматические события – войну, насилие, катастрофы, несчастные случаи или смерть близких.
Клиническими симптомами ПТСР являются бессонница и кошмарные сновидения, приступы паники или агрессии, подавленность, суицидальные мысли. Особенно тяжело процесс возвращения в мирную жизнь проходит для военнослужащих, которые стали инвалидами.
В сложнейшем психологическом состоянии оказываются и те, кто потерял на войне своих мужей, отцов и сыновей. И все эти люди нуждаются в профессиональной психологической помощи и, конечно, в поддержке общества, но при этом им очень трудно в это гражданское общество вернуться. Люди, страдающие от такого недуга, нередко оказываются изолированы от нормальной мирной жизни.
В новом выпуске проекта "Околовойны" пообщались с одним из авторов фильма "Выжить после войны" Еленой Чемодуровой и участником СВО, одним из главных действующих лиц фильма Сергеем.
Почему так сложно вернуться к спокойному течению жизни, как воспоминания о военных действиях влияют на психику человека и зачем поднимать тему ПТСР – все это в новом видео от ForPost.
Документальный фильм наших коллег – "Вести-Крым" – "Выжить после войны" (над фильмом работали: Елена Чемодурова, Виктория Тальберг, Денис Погорелый, Евгений Стариков, Денис Ганюшкин, Ирина Крюкова, Алёна Ершова. Руководитель проекта – Александр Минаков):
Очень важную тему подняли. Об этом нужно думать, чтобы не оставлять парней с проблемой один на один. Причём психологические проблемы могут быть и у физически здоровых людей, не получивших ранений. Из коллектива журналистов знаю оператора Дениса Погорелова. Он много лет вместе с Алёной Иваниченко делал репортажи для "Первого канала" со всех значимых общественно-политических событий в Крыму.
100 процентов людей, побывавших на войне, под обстрелами, кто видел смерть товарищей, психически травмированы. Даже если внешне это не видно, если человек как будто такой, как и был до войны. Вопрос очень серьезный. Тем более, что на фронте много добровольцев, который официально к МО не относятся. За лентой все просто, есть враг, есть товарищ. Возвращаясь оттуда эту модель поведения многие переносят в мирную жизнь. Тема психологической реабилитации и возвращения парней к мирной жизни очень важный вопрос. Иначе нас ждет всплеск преступности.
А не задумались скоро ли получиться вернуть саму мирную жизнь?
У нас в городе очень много людей с дипломами психолога. Работы для них нет. Думается мне надо их привлечь к такой работе. Конечно вооружив сначала знаниями по этому направлению
to Какжетак: количество не означает качество. Нужны хорошие, грамотные психологи, а не стая "психологинь" с дипломом. У нас так и экономистов стаями выпускали, и разнообразных менеджеров, и айтишников. Как только профессия становится модной начинается проблема с нормальными специалистами
Рецепт, конечно есть. И он уже проверен. Нужно только обратиться к опыту Великой Отечественной и послевоенных лет.
Первое - это победа. Она сама выведет из депрессии кого угодно.
Второе - это работа. Для фронтовиков она стала поистине спасением: после разрушений, которые принесла война, все с огромным воодушевлением принялись восстанваливать разрушенное. И тут работа, созидательный труд, стал лучшим лекаством. Было такое - "стройки народного хозяйства", "освоение целинных земель", фабрики, заводы, словом, всё, где человек после фронта почувствовать себя таким же нужным Отечеству, как и в военное время. Причём именно Отечеству, а не какому-то там "работодателю".
Третье - это забота государства о семьях: жильё, медицина, образование. Будущее детей, одним словом. Они и за это воюют в том числе.
А их хотят на кушетки психологов уложить и вести с ними душеспасительные беседы?...
to Serggio: В чем-то Вы правы, а в чем-то не очень. После Великой Отечественной, согласен, вернувшимся с войны относительно здоровыми было некогда зацикливаться на психологических проблемах: нужно страну восстанавливать, быт налаживать. И работы было более, чем достаточно. Но, не все было радужно. ПТСР и тогда многие страдали, просто в то время не принято было, чтобы мужик жаловался "на нервы". После Афгана и Чечни, я бы даже сказал, что именно ПТСР страдал меньший процент фронтовиков относительно Великой Отечественной. Там уже была злость на бросившее их без работы и хоть какой-либо надежды на будущее государство. Поколение "афганцев" и "чеченцев" было уже более психологически закаленнее. Увы, человечество становится эмоционально грубее с каждым поколением. Сейчас постоянно общаюсь с воюющими ребятами и был удивлен, насколько большинство из них спокойно относится к войне. Более того, на войне им интересно. А то что убьют - и чо? я и на мирняке под машину попасть могу. То, что сами убивают тоже никаких рефлексий - с фига ли на войне об этом переживать? А то, что они привыкли за небом наблюдать, это привычка, а не ПТСР. Главная проблема после войны будет помочь психологически привыкнуть к спокойной, однообразной мирной жизни. Многим из них будет просто скучно и не хочется представлять на какие приключения их может потянуть. К кошмары, к счастью, мало кому снится будут.
to komandor:
Так ведь и я не о кошмарах. Я и сам успел - ничего не снится, отец - в ВОВ с 41 года участвовал, все друзья - фронтовики, они ни на какие кошмары не жаловались. И сейчас тоже с нынешней молодёжью, которая там, постоянно общаюсь, помогаю чем могу. С некоторым фаталистско-философским отношением к этому вопросу у тех, кто сейчас там, соглашусь, вот только ничего нового в таком подходе нет - и в ВОВ на фронте такая же логика была, и раньше - в Гражданскую, и в Первую мировую..
Поэтому им действительно придётся привыкать именно к мирной жизни, и многим будет не хватать этих ощущений. Вот от этого работа и спасает - кому нужен риск, идут на рисковую работу, а кому риска хватило - ищут спокойную, но в любом случае мозгам надо будет на что-то другое переключаться. Вот это другое им и должны предложить - работы должно быть много.
А на деле получится так, что проблема в одном, а психологи будут лечить совсем от другого, думая что это - ПТСР. Будет ли результат? Вряд ли.