Несколько современных споров для Севастополя

Открывшуюся в Российской галерее искусств (РГИ) выставку «Калибровка 2.0. БАМ!» можно смело делить на две части. Первую – про новые предметы в собрании нового севастопольского музея. И здесь на самом деле есть чем гордиться. Вторую – посвящённую строительству БАМа. Обе составляющие экспозиции достойны быть рассмотренными по отдельности или вместе. Они не только органично взаимодействуют, но и спорят – как работы Бориса Орлова и Владимира Раткина. При этом роднит их как попытка разговора о грандиозных строительных проектах нашей страны, о больших идеях, так и проверка севастопольской публики на восприятие и на приятие тех произведений искусства, которыми наполняется Российская галерея искусств, готовящаяся совсем скоро открыть свои залы в новом здании на мысе Хрустальный.

Стройка века

Открывает выставку небольшая работа «Перевозка золота в Сибири» Адольфа-Константина Баумгартнер-Стойлова. Действительно, известно, что ещё в 1860-х годах русский горный инженер Николай Аносов открыл в тех краях, где потом вырастет БАМовский посёлок Тындинский, месторождения золота. Там же и начали в 1932 году прокладывать первые ветки будущей Байкало-Амурской магистрали. Поэтому, с одной стороны, можно говорить о золоте как о первопричине строительства дороги, ведь к концу XIX века регион был наводнён старателями и золотодобытчиками.

А с другой, БАМом, как «Стройкой века», двигали другие идеи, объединившие тогда всю страну. Одна из них прямо противоположна идее «наживы на золоте» и нашла выражение в народном мифе, будто бы на БАМе молодежь складывала заработанные деньги в общую тумбочку, и по надобности из этой тумбочки деньги честно брали. Это первое, о чём заставляет выставка поразмышлять: что для русского человека первично – золото или духовность?

Организаторы выставки привязывают её к дате 50-летия со дня начала строительства БАМа, широко освещаемой в этом году по всей стране. И вроде всё правильно: Севастополь вписывают в общероссийскую культурную повседневную повестку, затачивают под общий музейно-выставочной контекст. Но при этом хочется с такой трактовкой истории не вполне согласиться. В Севастополе же часто есть обоснованное собственное мнение относительно различных событий.

Омбыш-Кузнецов М.С. "Нефтехим"

Так и опыт исследователя БАМа В. Прядкина справедливо напоминает нам, что история БАМа началась не в 1974, когда на Дальний Восток массово поехали студенческие отряды, движимые как раз идеей «нового космоса», а значительно раньше – в 30-50-е годы XX века. Практически всё, что было построено на Дальнем Востоке в те годы – автомобильные и железные дороги, заводы, посёлки, даже памятники, – было почти полностью построено руками заключённых, которые трудились в самых труднодоступных и малопроходимых частях региона.

Жаль, что эта страница истории строительства БАМа на выставке, посвященной такой грандиозной стройке, как бы почти не проявлена. Хотя при желании обозначенный сюжет можно прочитать в чёрно-белой графике «Строительство дороги» Ивана (Жана) Архипова, линогравюре «Зима» В.Е. Попкова или угрюмой работе в стиле индустриального пейзажа «Нефтехим» М.С. Омбыш-Кузнецова. А вот яркие красочные работы «Золотое звено» В.П. Харченко, «Сортировочная станция» Н.А. Ермолаева и даже «На вокзале» Н.Б. Шапкиной-Корчугановой – это переход в 1974-й, когда многие действительно воспринимали строительство БАМа как счастье, как подарок судьбы. На вокзалах студентов-добровольцев провожали ликующие толпы с охапками гвоздик, с флагами и транспарантами. Советская молодёжь, и много такой было в Севастополе и в Крыму, ехала к своей новой мечте.

Калибровка 2.0

Говоря о новых произведениях искусства РГИ, впервые представленных публике, нельзя не назвать скульптуру Бориса Орлова «Чёрный букет». Дальше я чуть-чуть подробнее расскажу об этом художнике, но к чести организаторов выставки стоит сказать, что они по-настоящему стремятся не шокировать севастопольцев его работами. Представленный в экспозиции «Чёрный букет» – один из самых «спокойных» букетов Орлова.

"Чёрный букет". Борис Орлов

Борис Орлов всегда рефлексировал по имперскому советскому искусству и стремился «деконструировать» его, выделяя архитипичные, по его мнению, образы эпохи и собирая их в праздничные букеты, в букеты триумфа, по сравнению с которыми многие советские «скрепы» могут показаться нелепыми и фальшивыми.

Обращает на себя внимание цикл «Зима в городке» народной художницы России Т.Г. Назаренко. Как справедливо заметила научный секретарь РГИ Виктория Данилюк, в работах Назаренко можно увидеть отпечаток влияния П. Брейгеля. И, действительно, самого Брейгеля, как и Босха, Татьяна Назаренко считает своими учителями, а наиболее такой «брейгелевский» стиль в нескольких сериях художницы, посвященных Москве. Но есть и значительная часть работ Татьяны Назаренко, пока правда не в коллекции РГИ, где наша действительность отражена через уродство и грязь, где совершенно нет симпатичных людей. И такой взгляд на искусство автору этих строк не близок. Про Назаренко ещё известно, что она любит Севастополь и Крым, и 11 марта 2014 года подписала обращение деятелей культуры РФ в поддержку политики президента В. В. Путина на Украине и в Крыму.

Появилась в коллекции РГИ и работа прогрессивного американского художника Антона Рефрежье «Стране Советов посвящается», в которой языком символов показаны сплочённость и братство советского народа. Вообще, появление работы этого автора в Севастополе – хороший повод и глубже изучить биографию художника, и открыть культурный диалог с США. Известно, что 15-летний Рефрежье в 1920 г. с родителями эмигрировал из России в США. Там же учился рисовать и там состоялся как художник. Годы в Нью-Йорке в конце 1920-х он назвал одним из самых замечательных периодов своей жизни. Известность ему принесла серия панно «История Сан-Франциско», где художник изобразил противоречивую историю прошлого Калифорнии с сюжетами классовой и расовой борьбы. Дело дошло даже до того, что будущий президент США, а на тот момент конгрессмен Ричард Никсон требовал убрать эти панно со стен отделения почты, усмотрев в них коммунистический тон.

"Портрет Павла". Александр Жерноклюев

Заметная работа «Портрет Павла» открывает для севастопольской публики одного из самых востребованных современных российских художников Александра Жерноклюева. Его работа – изображение морского офицера – с одной стороны, связка наземной транспортной артерии нашей страны БАМа с морским коридором, открывающим новые, как торговые, так и военные возможности государства. А с другой, продолжение собственной традиции автора, точнее – зарождение этой традиции.

Александр Жерноклюев родился в портовом городе Николаеве, служил на Балтийском флоте, закончил Симферопольское художественное училище им. Самокиша, много работал в Феодосии, где и написал (сам он говорит – накрасил) «Портрет Павла». Жерноклюев стал широко известен благодаря своей серии «красных матросов» в стиле экспрессивного реализма, которые разошлись по лучшим музея России и мира. Но красил своих «красных матросов» Жерноклюев уже в Москве, пройдя крымский период творческого становления, где в его бедной феодосийской студии бывали разные гости, включая морского офицера Павла.

Главный спор

Самой убедительной и важной работой выставки, которая имеет отношение к теме БАМа, можно назвать «Рельсы БАМ-а» В.М. Раткина. Холст размером 175 х 220 см пережил непростую реставрацию и теперь занимает центральное место в экспозиции, фокусируя на себе внимание и открывая диалог для дальнейшего обсуждения темы. На холсте – очень ритмичная композиция, вагон на рельсах, но без колёс – как будто несётся в будущее по воздуху; на платформе – рельсы и шпалы для будущей железной дороги – как будто клавиши рояля, и стало быть вся последующая стройка – красивая советская симфония.

Б.К. Орлов, рисунок из серии. «Геральдические поцелуи» (колхозница)

Но открывая этот диалог, «Рельсы БАМ-а» вступают в спор с другой работой – рисунком Б.К. Орлова из серии «Геральдические поцелуи» (колхозница), который в экспозиции располагается на противоположной стене. «Поцелуй» меньше по размеру, и, казалось бы, проигрывает дуэль, но прорывается своей колористикой и провокативностью. И дело даже не только в том, что при первом взгляде на работу Орлова возникает ассоциация с поцелуем двух мужчин. А такая ассоциация есть, и она не случайна и не связана с испорченностью взгляда смотрящего.

Тут неплохо знать несколько фактов. Первый – сам Борис Орлов называл себя человеком антисоветским, который советскую систему не любил с самого детства, но таким человеком, плотью которого стала эта советская культура. Второй – в своих самых провокативных работах, которые, собственно, сделали Орлова высокооплачиваемым художником, он высмеивал как погибших в годы Великой Отечественной войны, так и символы победы, показывая саму идею культа победы как уродскую карикатуру. Третий – серия «Геральдические поцелуи» создана Орловым в 1981 г. Всего в цикле шесть работ, некоторые из них есть в коллекции Российской галереи искусств, а на отчётной выставке был представлен поцелуй №1, где запечатлены трактористка и строитель БАМа.

Есть мнение, что цикл поцелуев художник написал, вдохновившись историями создания семейных пар на грандиозной стройке Байкало-Амурской магистрали. Однако на два года раньше, в 1979 г., Орлов создаёт рисунок – эскиз к «геральдическим поцелуям», где, как и в «поцелуе №6», изображены двое целующихся мужчин, но других – военный и спекулянт: первый служит советскому государству, а второй подрывает его устои.

Серия геральдических поцелуев Б.К. Орлова. Источник: сайт borisorlov.ru

В «поцелуях» Орлова нет различий между мужчиной и женщиной, в его версии того Советского Союза, который строил великую дорогу жизни, и которому художник противостоял, отсутствует то светлое, что в тысячах воспоминаний рассказывают бамовцы о своей молодости. Возможно, Орлов видел свою страну именно в таком бинарном ритме – белое и чёрное. Но из двух клавиш сложно составить композицию, которая бы стала музыкой той эпохи, наследниками которой мы являемся.

Сергей Абрамов
Фото Юлии Блоцкой