Литературный харассмент Шендеровича: кто до кого домогался

Самый свежий случай с публичным обличением харассмента просто потряс. Если кто не в курсе: Мари Троицкая, автор из Парижа, обвинила публициста Виктора Шендеровича в домогательствах.

Оговорюсь сразу — мне глубоко несимпатичен Виктор Шендерович. И чего уж скрывать, все мы знаем, что есть на него в интернете компромат сексуального характера пострашнее домогательств. Больше того, в случае Виктора Анатольевича домогательства к живой женщине — скорее не компромат, а некое реабилитирующее обстоятельство, но не суть.

Итак, Мари Троицкая написала длинный пост, который пересказать коротко можно так: Шендерович пригласил её в ресторан, она согласилась, оплатил счёт и проявил интерес сексуального характера. Никакого насилия и в помине не было — светские, как по мне, немного скабрёзные вопросы: одна ли, где живёт и прочие.

Дальше с глубоко травмированной женщиной произошло, с её слов, следующее:

«В конце встречи я спросила его, есть ли такая возможность, показать ему мои книги. Дело в том, что ещё в 12-15 лет я написала две книги о приключениях в стиле фэнтези. Их уже прочитало несколько литературных критиков, оставив только положительные отзывы. Думаю, писатели знают, как сложно опубликовать первые рукописи! Я протянула ему две книги (тираж 10 штук с ручными иллюстрациями)».

Подлый харассер согласился книги взять и написал, негодяй, всего две строчки отзыва, потому как не читал.

Дойдя до этой точки повествования, признаться, автор этой колонки смеялась полчаса, икала, вздрагивала и снова смеялась. Потому что будь у меня возможность скомпрометировать феминистическую борьбу — я бы так не смогла. Аверченко бы смог, Зощенко, Надежда Александровна Тэффи, доживи она на свою голову. Жертва домогательств вручает домогателю два томика фэнтези на предмет рецензии — что может быть прекраснее. Вспоминается чеховская «Драма», и возникает резонный вопрос: кто до кого домогался?

Но если говорить серьёзно — давно наблюдаю этот феномен. Неплохая и неглупая в целом идея, попав на определённую почву (о которой чуть позже — подробнее), превращается в свою полную противоположность. Есть такой анекдот про вегетарианцев.

— Как узнать, что человек — вегетарианец?

— Помолчите три минуты, он сам расскажет.

Ровно это происходит с феминизмом в России. О котором я уже несколько раз писала, но не грех и повторить. Я считаю, что борьба за права женщин — дело, безусловно, нужное и благородное. Но при этом как человек с юридическим образованием годами добиваюсь ответа на вопрос: в чём именно заключается правовое неравенство между мужчиной и женщиной в современной России? Где на законодательном уровне угнетается слабый пол?

Дай ответ. Не даёт ответа. И всё, что я вижу в публичном пространстве, все те действия, которые фем-сообщество называет борьбой, вызывают у меня одну реакцию — приступ истерического хохота. Не брить подмышки, чтобы у женщин были права. Коверкать русский язык, принудительно внедряя в него феминитивы, чтобы у женщин были права! Я, убейте меня, не могу уразуметь, как, в каком месте улучшится положение женщины в современном обществе, если многие перестанут бриться, а редактор начнёт называться редакторкой.

При этом самое страшное, что происходит, — полное игнорирование этими самыми митушными борцами реальных проблем. Повсеместный крик о харассерах (чтобы как в лучших домах Филадельфии, а то у них Вайнштейн, мы чем хуже) звучит гораздо громче, чем редкие тихие голоса, твердящие о домашнем насилии.

А ведь это реальная проблема, и жертв не счесть! Но борьба с ней ограничивается почему-то лоббированием юридически странного (это я очень мягко выразилась) закона.

Скажу как юрист: у нас есть прекрасная законодательная база, несколько статей УК, которые полностью регулируют вопросы ответственности за насилие. Но эти самые статьи не работают.

И тут включается логика феминисток: «У нас есть нерабочий закон, давайте примем новый нерабочий закон!». Дальше в дело идут лозунги, крик со страниц в соцсетях, словом, вся эта набившая оскомину митушная возня.

И ведь ни одна не попыталась даже помыслить о том, чтобы искать механизмы применения существующих правовых норм. Куда там! Это сложно, долго и не даёт никаких публичных бонусов.

То ли дело харассмент! Абьюз! Священная борьба со щипками в трамвае! Сёстры прекрасно понимают, что тема эта — неисчерпаема в смысле общественного внимания и, главное, не предусматривает никаких разбирательств. Жертва харассмента перманентно права: мировой тренд, всё как «у них».

«А борцам с новой этикой я посоветую держать ширинки застёгнутыми, а руки — в карманах. Это не "новая этика", добро пожаловать в мир, где люди уважают друг друга, а женщина — человек», — пишет нам пострадавшая от Шендеровича Мари из Парижа.

И я хочу, конечно, ответить.

Уважаемая Мари! С вашей новой этикой, как вы её называете, здравомыслящие люди давно не борются. Человек с мало-мальским интеллектом давно осознал, что пришла эпоха ресентимента, и реагирует на всплески, подобные вашему, двумя способами: смеётся или брезгливо отворачивается.

А в это самое время в какой-нибудь глухой русской деревне избитая мужем Зинаида, работающая в две смены, не может дозвониться до участкового. Подумайте об этом. И сёстрам передайте.

Читайте по теме: Харассмент по-нашему, или Скандал в благородном семействе

Мария Дегтерева