На встрече с президентом Путиным Александр Григорьевич Лукашенко, прозванный в народе картофельным спасителем, пожаловался — мол, вагнеровцы хотят в Польшу, на «экскурсию» в Варшаву. На что президент Путин скорбно покивал головой и в свойственной ему манере был краток — мол, да, дела.
Такого красивого политического троллинга свет не видывал давненько! Прибавить сюда выступление Путина, в котором он озвучил очевидность: польские земли стали польскими только потому, что когда-то были подарены товарищем Сталиным, и всё, Варшава панически зашевелилась и занервничала, укрепляет границы. А премьер-министр Матеуш Моравецкий в ответ заявил, что Иосиф Сталин был «военным преступником, виновным в смерти сотен тысяч поляков».
Тут у психически здорового человека, открывавшего учебник истории, возникает закономерный вопрос: откуда Моравецкий взял эту цифру? Какие сотни тысяч?!
Краткий экскурс.
В Катыни была расстреляна 21 тысяча польских офицеров. Расстреляны они были немцами. Архивы мы до сих пор не рассекретили, поэтому поляки либо действительно не верят, либо просто используют эту полусекретность в качестве пространства для манёвра.
Откуда сотни тысяч, я повторяю? Из «варшавского восстания», которое было организовано без согласования с Москвой? Так в его ходе погибло от 17 до 20 тысяч польских подпольщиков.
Затем фашисты организовали рейды и убили свыше 150 тысяч гражданских. Свыше 150!
Даже самый слабый в математике читатель сообразит, что немцы только в ходе двух этих ужасных историй убили около 190 тысяч поляков.
А теперь внимание: при освобождении Польши, по некоторым данным, погибли более 477 тысяч советских военных.
И кто после этого, спрашивается, польский премьер? Каким словом его назвать? Вопрос риторический.
Очевидно, что Польша претендует на украинские земли, которые думает забрать «под шумок» после того, как СВО закончится. Больше того, Варшава действует здесь совсем не в интересах НАТО, а в своих собственных интересах. Реваншизм всегда был присущ полякам, которые воевали с Россией столько же, наверное, сколько существует польское государство в том или ином виде.
А тут сюрприз! «Вагнер» на границе. И Путин со своим заявлением, которое, по сути, — чёткий сигнал Польше о том, что о своих планах она может забыть. Что у нас найдутся средства этого не допустить.
Надеюсь, польские элиты этот сигнал считали. Иначе развитие ситуации прогнозировать трудно. Впрочем, человеку с воображением удастся. И в прогнозе этом роль Польши представляется, мягко говоря, незавидной.
Читайте по теме: Реваншизм: что болит у Польши?
Мария Дегтерева
Нелюди- так нужно называть премьера и его свору.
Продажные поляки- « гиена Европы «.
Надо им почаще напоминать о разделах.
Получат по сопатке.