В субботу, 26 ноября, скоропостижно скончался 64-летний министр иностранных дел Белоруссии Владимир Макей. Церемония прощания с ним прошла в Минске 29 ноября — она состоялась в Центральном Доме офицеров. Макей занимал должность главы МИД с августа 2012 года. Официально о причинах его смерти не сообщалось.
Совсем недавно министра иностранных дел Белоруссии Владимира Макея считали главным лицом белорусской «многовекторности». Насколько это справедливо — сказать трудно. Но его внезапный уход очевидно привёл к её разбалансировке, что может критически сказаться на внешней политике Александра Лукашенко.
В данный момент её прозападный вектор, маркировавшийся фигурой Макея, активно контактировавшего с Европой и США, сокращается до технического минимума. Уже очевидно, что после смерти Макея главными странами — гарантами внутренней устойчивости и безопасности в нынешней Белоруссии окончательно становятся Пекин и Москва.
Соответственно, уже в ближайшее время разумно ждать от англосаксов максимальных усилий по внесению раскола между Россией, Китаем и Белоруссией. И основной платформой для этого могут стать боевые действия на Украине и отношение к ним белорусской элиты.
В данный момент консолидированная позиция элит в Минске (военных и гражданских), которая поддерживается Китаем, состоит в принципе невмешательства в конфликт на Украине с одной стороны и в нейтральном содействии возможным переговорам между Москвой и Киевом с другой.
Для коллективного Запада данная позиция Белоруссии неприемлема. Его возможный план состоит в том, что Белоруссию необходимо втянуть в конфликт напрямую, дабы она потеряла поддержку Китая, — таков их расчёт. Для Китая нейтралитет является некой переговорной базой для выстраивания взаимоотношений с США. А потеря расположения Китая для режима Лукашенко, избегающего окончательной интеграции с Россией, неприемлема или как минимум нежелательна.
Подобное втягивание в конфликт Минска (не просто с Киевом, но и, по факту, с НАТО) будет осуществляться через провокации. Вероятных сценариев здесь может быть несколько.
Первый — это чуть было не реализованный недавно «ракетный конфликт» на польской границе. Произошедшее неделю назад выступило в качестве тренировки фактического взаимодействия натовских стран на случай casus belli для конфликта с Москвой.
В данный же момент куда более вероятна провокация со вторжением в воздушное пространство Белоруссии натовской авиации с последующим сбитием белорусами какого-нибудь гражданского самолёта (желательно из нейтральной страны).
Второй — это сценарий «миграционного вторжения». Недавно Минск уже использовали в качестве игрока «втёмную», когда Америка провоцировала миграционный кризис в Европе. Тогда их целью было давление на Польшу и Литву. Сейчас цели другие. И вторжение может быть другим.
Это будет уже вторжение в саму Белоруссию специально подготовленных агрессивных украинских беженцев. Происходить это может из Польши и Прибалтики. Цель — дестабилизация внутренней ситуации в Белоруссии. И здесь могут быть самые разнообразные сценарии развития событий, включая использование белорусской армии, что может резко ухудшить международные отношения Минска по самым разным направлениям, включая Пекин.
А третий — это всё та же «грязная бомба», только не в России, а в Белоруссии, например, на АЭС. Вбросы о подобном развитии событий (вероятной атаке на эту Белорусскую АЭС неких диверсионных групп «под чёрным флагом») уже запускаются украинским ЦИПсО. Такой вариант явно отрабатывается.
Что ж, теперь всё может быть. Для России же вступление Белоруссии в конфликт на нашей стороне крайне выгодно. Но это уже совсем другой разговор.
Читайте по теме: Япония снова с мечом?
Павел Кухмиров
