Кадровый голод в России: это зумеры ленивы или рынок труда неэффективен?

Российский рынок труда по-прежнему напряжён: вакансий много, а закрывать их некому. В Федерации независимых профсоюзов объяснили это нежеланием зумеров работать по старинке — с трудовой книжкой и привязкой к одному месту на годы. Но действительно ли молодёжь виновата в сегодняшней ситуации?

В профсоюзах нашли крайних в кадровом кризисе

В Федерации независимых профсоюзов России определили виновников дефицита кадров в стране. В организации связали нехватку рабочей силы с зумерами — родившимися с середины 1990-х до 2010 года.

Зумеры, которые должны заместить выбытие работников старших возрастов, вообще не стремятся к стабильной занятости, заявила заместитель председателя профсоюза Нина Кузьмина. По её мнению, молодых людей устраивает платформенная подёнщина с ежедневной оплатой без оформления, написал ТАСС.

Это поколение имеет свои особенности при выборе работодателей, определении длительности работы на одном месте и настройке отдыха. Среди частых претензий к ним со стороны работодателей — завышенные ожидания таких сотрудников, их недостаточная надёжность и необходимость постоянно хвалить ребят.

Однако они — не новое поколение лентяев и не иная модель жизни, а молодёжь с переходным этапом к взрослой жизни, отметила психолог частной практики Ольга Питкевич.

Зумеры формируют новую реальность рынка труда — от слова «работа», а не от слова «раб», сказал в беседе с ForPost кандидат экономических наук Сергей Гатауллин.

Зумеры не изменили рынок, а адаптировались под него

Эксперты, опрошенные ForPost, не столь категоричны в оценках, как профсоюзный деятель. Наши собеседники признают, что поведение зумеров действительно отличается от поведения предыдущих поколений, но они расходятся в объяснении причин и долгосрочных последствий этого тренда.

Молодые специалисты чаще выбирают проектную занятость, фриланс или платформенную работу, подтвердила HR-менеджер коммуникационного агентства PR Partner Анастасия Курникова.

Им важнее гибкость, возможность быстро менять проекты, они нетерпимы к рутине и токсичному менеджменту.

«Но здесь важно не перепутать причину и следствие, — предупредила Анастасия Курникова. — Зумеры не изменили рынок труда — они адаптировались к тем условиям, которые уже сложились».

Демография, качество управления, уровень зарплат и устаревшие модели мотивации играют куда более значимую роль. В маркетинге и PR-индустрии это особенно заметно, отметила собеседница ForPost.

Эта индустрия сама стала проектной за последние 10-15 лет. Агентства живут от тендера к тендеру, команды собираются под конкретные задачи. И когда молодой специалист выбирает фриланс или платформенную занятость, это часто не лень или инфантильность, а рациональный выбор.

При этом, добавила эксперт, вклад такого поведения зумеров в кадровый дефицит действительно есть: бизнесу сложнее закрывать долгосрочные позиции, растут издержки на обучение и адаптацию, замедляется осуществление проектов. Более того, платформенная занятость несёт долгосрочные риски — отсутствие социальных гарантий и нерегулярные пенсионные отчисления.

«Если эта модель закрепится как массовая, через 20-30 лет действительно можно столкнуться с проблемами: у значительной части людей будет недостаточный пенсионный капитал, — считает Анастасия Курникова. — Но это уже вопрос не поколения, а того, как государство и рынок адаптируют социальные институты к новой реальности занятости».

По мнению эксперта, рынок труда постепенно найдёт баланс, и уже сейчас формируется гибридная модель.

Уход в платформенную занятость — вынужденная мера

Доля правды в словах профсоюзного деятеля есть, но она гораздо меньше, чем звучит в публичном пространстве, сказал ассистент кафедры гуманитарных наук факультета социальных наук и массовых коммуникаций Финансового университета при Правительстве РФ Ярослав Климов.

По его оценке, зумеры действительно активнее предыдущих поколений выбирают гибкую занятость — это подтверждается различными данными. Но объяснять это нежеланием стабильности — значит ставить следствие на место причины.

«Уход в платформенную занятость во многом вынужден», — отметил наш собеседник.

Официальный рынок труда предлагает молодёжи жёсткий график, невысокие стартовые оклады и слабый карьерный рост. Платформы же дают немедленную оплату, гибкость и ощущение контроля над своим временем. И при прочих равных выбор молодых людей становится вполне рациональным.

Ярослав Климов тоже видит реальный риск для пенсионной системы из-за того, что платформенная занятость не формирует стаж и пенсионные накопления в полном объёме.

Исправить ситуацию, по словам собеседника ForPost, можно тремя мерами:

• сделать официальное трудоустройство конкурентным по условиям;
• распространить пенсионные отчисления на платформенную занятость в удобной форме;
• дать молодёжи реальный карьерный смысл в найме.

Корпоративная культура — чуждое понятие

Через призму психологических черт поколения смотрит на проблему доцент факультета международных экономических отношений Финансового университета при Правительстве РФ Елена Воронова.

Зумеры — молодое и крайне противоречивое поколение — составляют треть населения России, и с некоторыми их чертами сложно смириться рядовому работодателю.

Например, гипер-индивидуализм: у них нет представления о коллективизме, а корпоративная культура или страх подвести рабочий коллектив — изначально чуждые им понятия.

Или, допустим, первенство начальства зачастую становится для них просто невыносимым: зумеры нетерпимы к любому неуважительному отношению в свой адрес.

Поэтому зумеры с лёгкостью меняют работу, не дорожат коллективом, условия работы интересуют их с точки зрения комфорта, уточнила Елена Воронова.

При этом зумеры крайне ответственно и трепетно относятся к своему здоровью, особенно психическому, боятся выгорания, стресса и перегорания на работе, обратила внимание собеседница ForPost. Поэтому молодёжь, пережившая период дистанционки при пандемии коронавируса, ищет привычные условия того времени: гибкий график, удалённую работу и прочее.

«Однако это поколение, как никакое другое, заинтересовано в практическом результате, оно ценит знания с точки зрения не процесса, а ценности результата, — обратила внимание наша собеседница. — К тому же зумеры готовы учиться и осваивать новое в профессии при условии, что это будет в дальнейшем полезно для практической пользы».

И стоит помнить о том, что взросление зумеров неизбежно, а понятие социальной ответственности у нынешней молодёжи формируется ближе к 27 годам. Поэтому вполне очевидно, что эти же работники будут стремиться к стабильности во всех сферах жизни, карьерному росту и самосовершенствованию в профессии, заключила Елена Воронова.

Поколенческий конфликт или системный провал?

Проблема дефицита кадров — не в особенностях поколения, а в неспособности рынка труда и социальных институтов адаптироваться к новой реальности.

Зумеры — лишь индикатор системных сбоев: они выбирают гибкость, так как официальная занятость проигрывает по условиям.

Если не сделать наёмный труд конкурентным и не встроить платформенную занятость в пенсионную систему, через 20 лет пенсионный кризис станет неизбежным — вне зависимости от того, как назовут следующее поколение.

«Вместо того, чтобы искать оправдания неэффективности пенсионной системы, надо создавать такую структуру занятости, которая бы делала невыгодными серые схемы трудоустройства как для работника, так и работодателя, — заключил экономист Сергей Гатауллин. — У государства достаточно административных ресурсов регуляторной политики для этого».

Алексей Лохвицкий