Отдых около года. Почему молодые не боятся увольнений

Молодые специалисты всё чаще покидают место работы, не отработав и года. И проблема совсем не в том, что зумеры не хотят трудиться, — они настроены жить здесь и сейчас, в то время как рекрутёры с подозрением относятся к слишком длительным паузам в резюме.

Почему зумеры не боятся потерять работу, какого кандидата ищут компании и почему с поколением Z ещё не всё потеряно — в материале ForPost.

Микропенсия или новый образ жизни

В то время как поколение их родителей стремилось к выслуге лет и гарантированным выплатам, зумеры выбрали для себя микропенсии. Как рассказала «Газете.Ru» HR-директор Коммуникационной группы PROGRESS Екатерина Зеленкова, это длительный перерыв в работе, но не для поиска нового места, а для восстановления, путешествий, хобби или обучения.

Микропенсию можно сравнить с выплатами посреди жизни, которые дают возможность выдохнуть и заняться тем, на что обычно не хватает времени. Молодые специалисты не хотят ждать старости, чтобы начать жить для себя, объяснила эксперт. В условиях высокой неопределённости и риска выгорания такой подход становится способом сохранить ментальное здоровье и личную свободу, а не просто отдохнуть перед рывком.

Многие склонны видеть в микропенсиях нежелание молодёжи работать. Ольга Питкевич, психолог частной практики с опытом работы по оказанию первой психологической помощи в благотворительной организации «Российский Красный Крест», отметила в беседе с ForPost, что это не совсем верное суждение.

«Это не новое поколение лентяев и не иная модель жизни. Это самоопределение молодёжи, переходный этап к взрослой жизни», — подчёркивает она.

Но при этом важна наполненность этой паузы: по мнению психолога, отдых до восьми месяцев можно считать естественной остановкой, но только если происходит поиск себя и своего места в обществе. Если же этого не случается, пауза рискует превратиться в бегство от реальности.

Но разве 20 лет назад у людей не возникало желания отдохнуть и найти себя?

Если сравнивать нынешних зумеров и их родителей, то вторые, по словам Питкевич, не испытывали такой сильной цифровой перегрузки. У них было чёткое понимание, что место в обществе нужно заслужить, поэтому формат «дом — работа, работа — дом» казался самым привычным и базовым.

«Сейчас молодые люди перегружены информацией, вариантами выбора рода занятий, давлением окружения, рекламы. Всегда легче выбрать между двумя-тремя, чем между сотней предложений. Если предложений или вариантов множество, то возникают ощущение невозможности выбора, сомнения, страх ошибки», — поясняет психолог.

При этом она считает, что рабочий год, а затем отдых в семь-восемь месяцев с увольнением — не лучшая разгрузка для психики:

«Это как раз может привести к обесцениванию своих достижений, просто потому что их будет немного».

Психолог частной практики, специалист центра психоаналитической психотерапии при НИУ ВШЭ Екатерина Талис считает, что корни такого поведения стоит искать в детстве. 

Как она отметила в разговоре с ForPost, ребёнок, растущий в условиях постоянной смены кружков и секций, привыкает к изменению видов деятельности, что формирует определённые модели поведения во взрослой жизни.

«Можно сказать, что нынешняя тенденция представляет собой обратную сторону феномена отложенной жизни, — объясняет психолог. — Если раньше родители откладывали удовольствия на будущее, то сегодняшнее молодое поколение живёт настоящим моментом. Их девизы звучат примерно так: "Жизнь одна! Ни в чём себе не отказывай!"».

Однако, по мнению Екатерины Талис, резкое чередование интенсивной работы и длительных периодов отдыха имеет свои риски.

С одной стороны, это помогает предотвратить выгорание и развивает креативность. С другой — резкий переход от активного состояния к пассивному может вызвать трудности с адаптацией нервной системы.

«Вспомните длительные новогодние праздники, что вы чувствуете после них?» — задаёт риторический вопрос эксперт, указывая на то, что возвращаться в строй всегда тяжело.

Резюме с пробелами

Не все российские компании пока готовы принять сотрудников с таким опытом. Согласно опросу SuperJob, длительный перерыв в стаже остаётся серьёзным сигналом для рекрутёров.

42% опрошенных представителей работодателей заявили, что перерыв в работе более года без уважительных причин заставляет их сомневаться в компетентности соискателя. 43% рекрутёров также негативно относятся к тем, кто меняет место работы чаще, чем раз в полгода.

Кажется, что для зумеров нет места на рынке труда, но всё не так однозначно: 33% работодателей признались, что вообще не обращают внимания на перерывы в стаже, а для 10% опрошенных частота смены работы не является определяющим фактором при найме.

Сами россияне относятся к карьерным паузам гораздо лояльнее. 55% экономически активных респондентов считают, что менять работу следует исключительно «по обстоятельствам», а стаж на одном месте не имеет значения.

Зумеры, которые приняли участие в опросе, подтверждают, что не готовы оставаться на работе из-за стажа или зарплаты: 91% из них уверены, что увольняться нужно по ситуации, 9% поддерживают идею смены работы каждые три года.

Глаза боятся, а руки нанимают

Сможет ли соискатель с годичным перерывом в резюме быть эффективным сотрудником?

Дарья Ильина, HR-менеджер кикшеринговой компании с 15-летним опытом в найме, уверена, что оценивать молодое поколение следует иначе.

Когда Дарья видит в резюме кандидата паузу в полгода или год, она не ставит на нём крест. По её словам, за 15 лет практики она поняла, что наличие непрерывного стажа не равно продуктивности.

«Я никогда не спрашиваю: "Почему вы так долго не работали?" в осуждающем тоне. Я спрашиваю: "Чем вы занимались в это время?". И часто выясняется, что человек за этот год прошёл онлайн-курсы, разобрался в смежных областях, путешествовал, посещал лекции. И это всё опыт, которого часто не хватает людям с одним длительным местом работы», — рассказала HR-менеджер в беседе с ForPost.

Ильина признаёт, что многие рекрутёры боятся нанимать зумеров из-за опасения, что они скоро уйдут. Но такой подход, по мнению эксперта, — пережиток прошлого:

«Раньше считалось, что, если человек проработал на одном месте десять лет, — это опора компании. Но в нашей среде, где всё меняется каждый сезон, гораздо важнее скорость реакции, чем количество лет. Зумеры не задерживаются на работе, которая им неинтересна. Но если их что-то затянет, они выдают КПД даже больше, чем опытные сотрудники».

По словам Ильиной, новое поколение обладает набором качеств, которых нет у людей постарше:

«Мы, например, работаем с IT, городской инфраструктурой и сервисами. И зумерам работать с цифровыми инструментами гораздо проще. Они быстрее всех осваивают новые софты и умеют работать с большими потоками информации без паники».

Говоря о лояльности, HR-менеджер предлагает смотреть на вопрос шире.

«Выгоревший сотрудник, который держится за кресло, потому что «так надо», приносит компании убытки. Я не говорю, что микропенсии — это однозначно хорошо. Но с молодыми нужно уметь договариваться, искать компромиссы, потому что они в будущем и составят основу трудящихся», — резюмировала Ильина.

Для взрослых людей, которые выросли в парадигме «стаж и стабильность равно успех», новый тренд может выглядеть непривычно. Однако рынок труда неумолимо меняется. И сейчас зачастую для компании важнее «горящие глаза» и скорость освоения новых инструментов, чем штамп в трудовой книжке.

Зумеры же, в свою очередь, рискуют превратить паузу в образ жизни, если за периодом отдыха не последует нового вызова. Рынок приходит к балансу: работодателям придётся учиться договариваться, а молодым — искать ту самую работу, ради которой захочется отложить следующую «микропенсию».

Дарья Клименко