В Турции во втором туре выборов президента с ощутимым отрывом победил Эрдоган. Отечественный Совет Федерации немедля прокомментировал новость:
«Переизбрание Эрдогана — весть для России несомненно позитивная. В политике, как известно, не стоит идеализировать, но взаимное уважение между лидерами наших стран и уже реализуемые масштабные проекты в экономике говорят о многом».
Что это означает в переводе на русский? Эрдогану на выборах противостояли откровенно прозападные либеральные силы, настроенные по отношению к России, мягко говоря, недружелюбно. И учитывая, что выборы проходили в два тура, риски были достаточно велики.
По какому внешнеполитическому сценарию пошла бы Турция при неблагоприятном развитии событий, не сложно догадаться, даже не будучи политическим аналитиком. Кемаль Кылычдароглу в ходе своей предвыборной кампании неоднократно заявлял, что по ключевым вопросам он и его партия целиком солидаризируются с демократическими силами США. Что это означает? Турция рисковала стать страной с очередным марионеточным режимом, стоящей на страже интересов США.
Турция — своего рода буферная зона между Россией и коллективным Западом. Она ровно в той же мере является своеобразным «мостиком» между нами и мусульманским миром. В геополитике Турция важна без преувеличения всем. И от политики президента тут зависит очень многое.
Россияне, на мой взгляд, в некотором роде обольщаются по поводу Эрдогана — мол, он наш друг. Это не совсем так. Эрдоган никогда не отстаивал интересов России, а периодически поступал, откровенно их не учитывая. Эрдоган всегда отстаивал только интересы Турции.
Что важно — Эрдоган нам, может, и не друг, но и не враг! В отличие от своего оппонента, неоднократно почти прямым текстом об этом заявлявшем.
И Эрдоган консервативен. В смысле внешней политики от него понятно, чего ждать, решения его хоть и не всегда выгодны нам, но по крайней мере предсказуемы. Да и экономически мы с Турцией «дружим», на чём и акцентировал внимание Совфед.
Главные риски сейчас — возможность волнений и уличных протестов проигравшей стороны. Вероятность такая действительно, к сожалению, существует, либеральная оппозиция в Турции не просто многочисленна — она составляет, судя по результатам первого тура, половину страны! И это активная аудитория, очарованная идеями демократии (такую же мы наблюдали в своё время в Грузии и, например, на Украине).
Но будем надеяться, обойдётся. Турция, всё же, гораздо более консервативна, чем бывшие советские республики, «раскачать» электорат там — дело не самое простое.
Поэтому велик шанс, что всё, наконец, благополучно разрешилось.
Читайте по теме: Выдвижение Байдена на новый срок: к чему идут демократы
Мария Дегтерева
По мне, так хрен, как говорится, васаби не слаще. Но был бы рад ошибиться.
Васаби и есть японский Хрен
to Друг Сеня:
Так и я ж о том же.
Ничего хорошего.
И почему надо ждать?
А мозгов нет, чтобы не ждать, а делать?
Чтобы не Россия ждала от Эрдогана, а Эрдоган ждал от России и боялся.
to Достопочтенный Дон: Вы слишком многого хотите от нынешней власти, где ваше "чувство ранга" ( "чувство" открытое философом Ильиным)? Так прозрачно намекать на то, что нынешняя Россия оказалась в критической зависимости от того кто при власти у "партнеров" недопустимо.
to Верещагин:
Я не многого хочу.
Я хочу лишь, чтобы моя страна стала лучше.
На друга надейся, а сам не плошай. Нужно исходить из того, что турки кардинально свою политику не поменяют.
to Достопочтенный Дон: И что вы готовы сделать для исполнения своего желания?
to Верещагин:
А что вы готовы предложить мне сделать?
Огласите пожалуйста, весь счписок ваших предложений.
И встречный вопрос.
А вы, что готовы сделать и готовы ли вообще иметь такое желание?
to Достопочтенный Дон: Осознать, что капиталистическая Россия не станет лучше для трудящихся никогда. Хуже - да, лучше -нет! Осознать что все трудящиеся это пролетарии какого бы умственного труда они не были, даже если они наемные директора, топ-менеджеры и т.п., но не учредители и совладельцы, и их подавляющее большинство в этом государстве. Осознать что капиталисты не уступят власть добровольно. Объединиться с осознавшими и тогда уже бороться за не только ваше, но и общее, осознанное желание.
to Верещагин:
Ого!
Да у вас тут целая революционная программа.