Странные заявления после терактов в РФ, или Нет дипломата лучше русского бойца

Очередной раунд переговоров с киевским режимом, в целесообразности которого после железнодорожных терактов и атаки на аэродромы были серьёзные сомнения, всё-таки состоялся в Стамбуле.  

К счастью, ничего особо критического, кроме самого факта разговора, на турецких берегах не случилось.

Российская сторона не отказалась от требования вывода украинских формирований с конституционной территории всех регионов России как обязательной предпосылки прекращения огня.

Предложен был, правда, и другой путь к перемирию, включающий в себя отмену мобилизации и начало демобилизации ВСУ, запрет на иностранную военную помощь киевскому режиму и присутствие иностранных военных контингентов на украинской территории, проведение выборов парламента и президента и ещё ряд сложновыполнимых для Зеленского и Ко условий.

Но и это не отказ от требований по отказу Украины от Крыма, Севастополя, Донбасса, Запорожья и Херсонщины, а лишь их перенос на стадию заключения мирного договора.

Более того, и основные практические итоги переговоров, имевшие гуманитарный характер, обернулись фиаско противника. Россия в качестве жеста доброй воли решила передать Украине 6 тысяч тел погибших военнослужащих, но та поначалу отказалась их забирать.

Злые языки говорят — чтобы не переводить числящихся пропавшими без вести в разряд документально подтверждённых погибших и не платить семьям компенсации.

Обвинили украинские официальные лица в этом, разумеется, москалей, поставивших их в неловкое положение.

Один из тех, кто дал оценку стамбульской встрече и её итогам, был лично Верховный главнокомандующий.

«Киевская верхушка перешла к организации террористических актов. И в то же время просят приостановить боевые действия на 30, а то и на 60 суток, просят о встрече на высшем уровне, — сказал Владимир Владимирович. — Но как же проводить в этих условиях подобные встречи? О чём говорить? Кто вообще ведёт переговоры с теми, кто делает ставку на террор, с террористами?».

Это было совершенно понятно и раньше (жаль, что как-то в тень ушла либо была туда задвинута роль украинских спецслужб в организации подмосковного теракта в марте 2024-го), но отрадно, что подобные характеристики уже звучат и от руководителя №1.

При этом в том или ином формате контакты всё равно продолжатся. Это дал понять кремлёвский пресс-секретарь Дмитрий Песков: «Лавров высказал точку зрения, что… всё-таки на рабочем уровне контакты продолжать нужно. И президент с этим согласился».

Непонятно, правда, какого характера будет этот диалог. Невозможность политического разговора с киевским режимом ясна уже всем. По гуманитарным вопросам же иногда приходится общаться и с террористами.

Но мы видим, что и в такого рода вопросах киевский режим совершенно неадекватен.

И ещё несколько интересных заявлений последних дней.

Владимир Мединский, который из «голубя» образца трёхлетней давности превратился практически в «ястреба» и заслуживает лестных слов, дал интервью американскому журналисту Рику Санчесу.

В нём было много правильного и справедливого, например, сравнение потенциальной «заморозки по линии фронта» с гигантским Карабахом как символом спорной территории.

Азербайджан, который, напомню, никакие территориальные приращения России начиная с 2014-го не признаёт, разразился истерикой с требованием не покушаться на его целостность. К вопросу о наивных попытках считать бакинский режим почти дружественным.

Но речь сейчас о другой тезисе Мединского:

«Нам было очень тяжело ехать на второй раунд переговоров, когда Украина специально в день нашего отъезда взорвала пассажирский поезд и погибли мирные жители и дети… Конечно, после этого граждане требуют, нужно "Орешником" по Киеву, по Львову, хватит переговоров. И нам очень тяжело в этом отношении».

В плане фактов — да, граждане, как бы кто-то не пытался поначалу заменить теракты на расплывчатые «подрывы», требуют жёстких мер.

Но вот о чём говорит признание про «нам очень тяжело»? Это намёк Украине и её кураторам соглашаться хотя бы на текущие условия, пока граждане не принудили выдвинуть более грозные?

Или жалоба всё ещё в душе «голубиного» политического класса на вынужденное сожительство с «озверелыми Z-согражданами»?

Владимир Ростиславович ещё по 2022 году должен помнить, сколь коварное это дело — формулировки.

Верно сие и для посла в Британии г-на Келина.

В день терактов и ударов он призывал Вашингтон и Лондон осудить действия Украины и признать их эскалацией. Чуть спустя в интервью заявил:

«Если бы это была настоящая война — мы бы просто отрезали треть страны, уничтожив все мосты вдоль Днепра. Но мы этого не делаем. Это всё ещё ограниченная операция, и её цели тоже ограничены».

При этом с самого начала СВО ряд военных экспертов, очевидно, транслируя некие официальные установки, объясняли техническую нереальность или малореальность уничтожения этих мостов.

Справедливости ради, наиболее честные и заботящиеся о своей репутации из этих экспертов и после слов Келина сказали то же самое: «Если и можно, то очень сложно».  

Но в любом случае, спустя три года после начала СВО (даже не беря в расчёт события 2014-2022 годов в Донбассе и Новороссии) открыто озвучиваемая позиция «ограниченной операции с ограниченными целями», мягко говоря, не может быть принята всеми живыми и мёртвыми, военными и мирными людьми всех возрастов, кого эта «ограниченная операция» коснулась. А их миллионы.

И заключительное — выступление Сергея Лаврова на «Форуме будущего —2050».

Сказал он много правильного, но запомнилось странное о том, что британцы помогали киевскому режиму в его терактах 100%, а американцы — «по инерции».

«Помощь по инерции» выглядит сама по себе несколько странной, а тем более с учётом всех данных об информированности и одобрениях американским военно-политическим руководством украинских действий.

Похоже на другую инерцию — в мышлении наших высоких чиновников, всё ещё рассчитывающих на партнёрство с Трампом.

Но повторюсь, говорил Лавров и правильные слова. Например то, что постоянно твердит ваш покорный слуга: «Самые лучшие наши дипломаты — это, безусловно, бойцы на передовой».

Именно наши успехи на фронте и, в частности, продвижение в Днепропетровской, Сумской и Харьковской областях создают залог по-настоящему правильного мира.

Станислав Смагин, офицер ВС РФ, корреспондент газеты «Военный вестник Юга России»