В российской экономике пришло время помогать сильным, а не слабым

Банк России держит ключевую ставку на рекордно высоком уровне ради снижения инфляции. В экспертном сообществе при этом сейчас доминирует мнение, что такой подход не является правильным.

Во-первых, потому что инфляция в стране до сих пор так и не показала устойчивого тренда на снижение.

Во-вторых, экономика из-за дороговизны кредитных ресурсов не может свободно развиваться.

В-третьих, для роста за счёт «оборонки» больше ресурса нет — мощности предприятий загружены по полной, дальше наращивать производство такими темпами, как раньше, уже не выйдет.

Таким образом, экономисты уверены, что настало время переходить к снижению ключевой ставки, чтобы ослабить давление на гражданские отрасли российской экономики. Но, как мы писали ранее, сделать это быстро тоже не выйдет. Почему, читайте здесь.

Доктор экономических наук Иосиф Дискин тоже уверен, что пока говорить о существенном понижении ключевой ставки ЦБ преждевременно. Он считает, что для того, чтобы экономика России продолжила показывать уверенный рост, необходимо предпринять ряд мер.

Тут сразу напомним, что в прошлом году за счёт ВПК, разогнавшего обрабатывающую промышленность, ВВП России вырос на 3,6%, а в нынешнем году прогнозируется рост до 4%. Но уже со следующего года произойдёт резкий спад — до 0,5-1,5%.

Прекратить монополию ЦБ

Напомним, 19 ноября глава ЦБ Эльвира Набиуллина представила в Госдуме основные направления денежно-кредитной политики (ДКП) Банка России на 2025-2027 годы.

Если говорить двумя словами, то ключевая ставка ЦБ придёт к нейтральным значениям в 7,5-8,5% лишь в 2027 году. Но при этом экономика не будет показывать существенного роста — максимум 2,5% в 2027 году. Правда, инфляцию регулятор всё же приструнит до 4,5% уже в 2025 году.

Это базовый сценарий, в обоснование которого Набиуллина произнесла перед народными избранниками большую речь.

Впрочем, доктор экономических наук Иосиф Дискин назвал выступление руководителя ЦБ неубедительным.

«Меня выступление Эльвиры Шахипзадовны не убедило. С одной стороны, она заявляет о взаимодействии с правительством. Более того, глава Минфина Антон Силуанов тоже выступил и сказал, что его ведомство хорошо работает с ЦБ, поэтому нужно поддержать основные направления ДКП (денежно-кредитной политики). Но я не согласен с тем, что ДКП вообще является монополией ЦБ. Если мы говорим, что это общее дело правительства и Центробанка, тогда и нужно начать применять общие критерии», — отметил Иосиф Дискин в беседе с ForPost.

Тут стоит пояснить, что Центробанк по российскому законодательству вообще экономикой не занимается, его парафия — инфляция и стабильность банков. Экономикой в России занимаются другие ведомства: Минфин, Минэкономразвития, Минпромторг.

Все ресурсы экономики

Выступая перед парламентариями, Эльвира Набиуллина отмечала, что сейчас Россия впервые находится в ситуации, когда задействованы все ресурсы экономики.

Она вспомнила о рекордно низкой безработице при одновременной нехватке кадров.

Также она не согласилась с тем, что дорогой кредит мешает развитию российских отраслей, поскольку, по данным Набиуллиной, инвестиции выросли на четверть за три года. В обоснование этого тезиса она перечислила основные направления инвестирования.

«Это инвестиции в новые производства, в импортозамещение, в новые транспортные коридоры. На низком старте ряд крупных проектов в добыче, в обрабатывающей промышленности, на транспорте, в сельском хозяйстве. Это проекты, где инвестиции измеряются в миллиардах, десятках миллиардов рублей, и которые закрывают важные потребности экономики», — сказала глава ЦБ.

Тут стоит оговориться, что Набиуллина не сказала, какая часть из этих многомиллиардных инвестиций приходится на бюджетные деньги, которые по сути являются для экономики бесплатными вливаниями, в отличие от дорогого банковского кредита.

Наконец, глава Банка России упомянула и рост производительности труда.

Другой подход

Экономист Иосиф Дискин согласился в Эльвирой Набиуллиной в том, что сейчас в экономике задействованы все ресурсы.

«Но тогда давайте поймём, что допустить снижение темпов экономического роста (о чём говорит в том числе и прогноз самого ЦБ, — прим. ред.), это означает находиться на лезвии бритвы стагфляции (отсутствии роста ВВП при высокой инфляции, — прим. ред.). Поэтому нужно понимать, что инфляция — это не болезнь, а индикатор низкой эффективности экономики. Поэтому не надо лечить эту болезнь аспирином, то есть только жёсткой ДКП. Вдруг у больного плохо с почками или печенью. Так ведь можно и уморить российскую экономику. Поэтому нам важно понять, что с экономикой не так», — отметил экономист.

По его словам, пришло время для перехода к совершенно иному подходу стимулирования роста экономики.

«Сейчас диагноз поставлен неверно. То есть не по сущности, а феноменологически, как говорят учёные. Высокая инфляция сейчас наблюдается потому, что российская экономика находится на такой планке, где уже нужен новый уровень её эффективности. Прежние характеристики эффективности уже не работают», — отметил Дискин.

А что надо?

Президент РФ Владимир Путин говорил об экономике высоких зарплат. Но такой экономика быть не может при высоком уровне трудовых издержек, отметил Дискин.

«Если снизить эти издержки, трудовые ресурсы перестанут быть лимитирующим фактором в экономическом развитии», — пояснил экономист.

Тут стоит напомнить, что одним из главных сдерживающих факторов для российской экономики сейчас называется кадровый голод, который носит структурный характер, когда нахватает отдельных специалистов, таких как трудящиеся рабочих профессий и инженеры.

«Но если стимулировать инновационную компоненту, повышающую производительность труда, то появится конкурентоспособность. А следовательно — и возможность платить высокие зарплаты. Аналогично, если благодаря инновациям повышается эффективность использования природных ресурсов, то огромные инвестиции в их добычу перестают быть критичными. И так далее», — отметил Иосиф Дискин.

Время сильных

Если говорить в целом, то по словам экономиста, нынешний диагноз российской экономике поставлен неверно.

«Он относится вообще к другому уровню развития экономики. Россия вышла за порог среднего уровня развития по ВВП на душу населения (подробно о ловушке среднего уровня развития читайте здесь). Но в таком случае должны быть изменены все критерии оценки экономики, в том числе и оценки эффективности её работы», — пояснил Дискин.

На практике это означает, что российская экономика больше не может ехать на сырьевых рельсах, например. При этом она должна интенсивно развиваться за счёт поддержки тех производителей и субъектов хозяйствования, которые стремятся к инновациям и повышению собственной эффективности.

«Тут нужны стимулы для тех, кто показывает рост эффективности, инновационности, производства высокомаржинальных и конкурентоспособных товаров и так далее. Поскольку рост выскокомаржинальной продукции, которая конкурирует не за счёт снижения цены, а за счёт каких-то уникальных качеств товара, приводит к росту доходов не только бизнеса, но и бюджета. А это позволяет эффективно подпитывать сектора, которые показывают такой рост», — отметил Дискин.

Он уверен, что пришло время заканчивать с подходами стимулирования экономики, которые достались современной России ещё от СССР.

«В СССР беспокоились о том, что нужно поддерживать слабых. Ну отчасти поэтому он и рухнул. Сейчас пришло время поддерживать сильных», — резюмировал эксперт.

Андрей Мединский