В ночь с 28 на 29 октября 1955 года Севастополь потряс взрыв, приведший к гибели линкора «Новороссийск». Причины этой трагедии не полностью очевидны до сих пор, хотя у каждой версии есть свои приверженцы. Но самое горькое — что многих погибших у родного берега можно было спасти.
Накануне, 28 октября, линкор принимал участие в мероприятиях, посвящённых 100-летию первой обороны Севастополя. На момент взрыва он стоял на бочке № 3 в районе Морского госпиталя. Взрыв, прозвучавший в 1:30 ночи, насквозь пробил его корпус. В подводной части корабля, с правого борта, образовалась дыра в 150 м². А ещё через несколько секунд прозвучал второй взрыв, повредивший левый борт.
По мнению экспертов, сила взрыва была эквивалентна 1000–1200 кг тротила. Однако непосредственно после взрыва погибло от 150 до 175 человек, преимущественно находившихся в носовых кубриках. Остальная часть команды (кроме тех, кого выбросило в море) оставались внутри. И их можно было бы спасти, если бы корабль сразу отбуксировали на мелководье. Однако командующий Черноморским флотом вице-адмирал Виктор Пархоменко уже начавшуюся буксировку остановил.
Что руководило им в тот момент, Пархоменко, надо полагать, позже объяснил своему начальству. В декабре 1955 года он был снят с должности командующего флотом и понижен в звании до контр-адмирала. Однако вернуть жизни погибших матросов и офицеров это уже не могло.
Промедление оказалось смертельным: вскоре носовая часть корабля села на грунт, а в 4 часа линкор начал заваливаться на левый борт. Спустя ещё несколько часов «Новороссийск» полностью исчез под водой. И хотя спасательная операция продолжалась ещё несколько дней, живыми остались совсем немногие.
В Севастополе немало людей, которые либо сами были свидетелями тех событий (правда, большинство из них тогда были детьми), либо глубоко изучали события тех дней. В числе последних — сенатор от Севастополя, историк Екатерина Алтабаева.
«Пока оставалась надежда, люди ждали вестей, — рассказала она ForPost в октябре 2020 года, когда с момента трагедии прошло 65 лет. — Водолазы-спасатели после спуска поднимались седыми. Они слышали, как умирающие моряки „Новороссийска” пели „Варяг”».
По свидетельству современников, звуки из корпуса «Новороссийска» были слышны до 1 ноября.
Свидетелями тех событий был директор народного медицинского музея Севастопольского военно-морского госпиталя Черноморского флота Александр Зубарев. В октябре 1955 года ему было всего 5 лет, но эти события прочно врезались в детскую память — в том числе и потому, что отец Александра Зубарева, Андрей Васильевич, в то время являлся командиром электромеханической группы крейсера «Слава» и был включён в состав аварийно-спасательной группы.
«Жили мы в то время на площади Ластовой, на Корабельной стороне. Папу ночью 29 октября вызвали на корабль, и он ушёл. А мы с мамой выскочили из дома и побежали туда, где идёт спуск на угольную стенку, стояли там и наблюдали за происходящим. Всё увиденное я помню так, словно это происходило совсем недавно, — видимо, сказался стресс. Угрюмое утро, днище корабля с пробоиной — всё это мы хорошо могли рассмотреть. Вокруг плавало очень много предметов, какие-то обломки, оказавшиеся в воде матросы... И всё это освещали прожектора других кораблей», — вспоминает Александр Андреевич.
Помимо прочего, его отец был ещё и художником — сейчас картина, на которой он запечатлел гибель линкора «Новороссийск», хранится на Михайловской батарее, где трагедии 29 октября 1955 года посвящена отдельная экспозиция.
Ещё один человек, который помнит те дни, — директор музейного комплекса «35-я береговая батарея» Валерий Володин. Несколько лет назад он рассказал о своих воспоминаниях нашему порталу:
«Я учился в первом классе школы № 5. Помню, как нам объявили, что взорвался линкор и будут похороны. По нынешней улице Октябрьского шли грузовики с откинутыми бортами, на которых стояли гробы. За ними шли люди. Потом процессия двигалась по Центральному городскому кольцу. Было очень много моряков, других жителей. Хоронили на кладбище Коммунаров».
По разным оценкам, число погибших составило от 617 до 829 человек. Вся информация, несмотря на открытые, поистине народные похороны погибших, сразу была засекречена. В газетах октября 1955 года о трагедии — ни строчки. Первые публикации на эту тему стали появляться только в конце 80-х, на волне объявленной гласности. И главной темой обсуждения стала причина взрыва, на которую разные люди смотрят по-разному.
Широко распространена теория мести итальянцев: до 1948 года линкор принадлежал Италии и носил имя «Джулио Чезаре» (то есть Юлий Цезарь). В распоряжение СССР он перешёл после Великой Отечественной войны, когда страны-победители поделили корабли стран гитлеровской коалиции. Но эта версия, согласно которой взрыв устроили диверсанты-подводники, подвергается критике. Не верит в неё и Александр Зубарев.
«Это очень маловероятно — скорее всего, это донная мина. Уже гораздо позже мы с бывшим начальником госпиталя Александром Осадчим были свидетелями, как такая донная мина всплыла и дрейфовала в бухте», — говорит он.
Именно донная мина фигурирует и в официальной версии гибели линкора. Но какова бы ни была истинная причина трагедии, люди, погибшие в непосредственной близости у родного берега, достойны, чтобы их помнили. Ведь вовсе не их вина, что пали они не в бою.
Ольга Смирнова
Трагическая дата. Город помнит всё и всех. И всех, кто не дал спасти моряков и это в уже мирное время...... Тогда укрепляли базу воинским, личным составом.....
Вы хорошо представляете себе, что такое взрыв 1000- 1500 кг бомбы в замкнутом маленьком пространстве этого линкора ? Это означает, что внутри - груда искорёженного металла,включая водонепроницаемые переборки, которые перестали существовать. В реальности, если кто и мог чудом выжить, то единицы. Второй взрыв через несколько секунд - это детонация боекомплекта орудий главного калибра.
В развороченную в подводной части дыру длиною почти в целый корпус хлынуло всё Чёрное море. О каком серьёзном отбуксировании может идти речь? Поэтому и была только попытка буксировки - от отчаянности положения, не больше.
А вот при принятии нами крейсера от итальянцев были обнаружены заваренные наглухо отсеки в носовой части, что является нонсенсом на боевых кораблях. И командующий ЧФ был тогда снят за то, что по прибытии в базу не отдал приказ о вскрытии этих отсеков, что и привело к трагедии. Хотя и вскрытие отсеков не гарантировало от возможного взрыва. Мины могли быть установлены на неизвлекаемость.
Верещагин,
Народ говорил о снаряде, который вошёл в корпус с внешней стороны. а не о внутреннем взрыве.
Верещагин,
Я сказала народ говорил о снаряде.....
Вы конечно профессионально оцениваете, а для меня это всё снаряды, способные поразить. Я не возражаю Вашей оценки Да, дыра большая. И корпус взрывчатка проломила., вижу. И Вам верю, как профессионалу.....
А годы бегут, как проходят минуты, и дата сменяется датой, откроем альбом и вспомним мы тех, кто был моряком и солдатом.
Достопочтенный Дон,
Да, конечно, спасибо) Описка
Как помню, то люди долго говорили о том, что виновато командование, которое струсило /говорили именно о трусости / а вдруг /, и отдало приказ остановить спасательные работы, хотя крики живых моряков были слышны. Люди были поражены не столько взрывом, сколько приказом на отказ спасения. И не надо говорить разные версии придуманные, чтобы обелить руководство флотом. Помню, что народ не поверил в эти придумки.
Верещагин,
Спасибо за уточнённые факты. Это очень важно в реальной картине действий.
В том то и дело, что личный состав боролся за спасение корабля, делая возможное.
Я говорила о том, что им мешали, говорила об оставшихся моряках, кто -то ведь отдал приказ остановить работы.
Да и руководителей со своими приказами было более чем нужно /я об этом /.
Время пробегает и важно, чтобы истинные факты не замыливались и не переписывалась история. Во имя павших моряков.
Верещагин,
В то время на КЧФ офицером служил мой отец, и часть из его друзей-офицеров принимала участие в спасательных работах и в последующем расследовании, и мне повезло говорить с ними на эту тему.
Несмотря на то, что точного подтверждения не было, они весьма серьёзно относились к версии участия в подрыве подводных диверсантов.
И не только они: боновые заграждения с сетью, размер ячеек которой исключал возможность проникновения сквозь них человека, возникли как способ защиты Главной базы от проникновения подводных диверсантов, были установлены как раз вследствие изучения возможных причин взрыва линкора "Новороссийск".
А позднее охрана была усилена боевыми дельфинами, с которыми довелось немного поработать уже мне самому.
И как бы там ни было, но логика развития направления именно такой защиты от уязвимостей кораблей в Главной базе со стороны моря всегда почему-то отталкивалась именно от гибели линкора....
Верещагин,
Совершенно верно. Реальная причина вообще не была стопроцентно установлена. И поэтому версия с донной миной была выбрана основной, а версия с диверсантами - вероятно возможной.
Верещагин,никакой машины времени не требовалось и это не было местью нам. Минирование итальянских многих военных кораблей было произведено незадолго до выхода Италии из войны.Корабли не взрывались только потому, что ещё была надежда перегнать их в немецкие базы на Средиземном море. И только в конце 1943 года, когда начались очень активные действия Британии в Средиземноморье, стало очевидным невозможность этого. События в Италии развивались стремительно и взрывать корабли стало просто некому.
Следующее.Тридцать минут на буксировку такой быстро уходящей на дно громадины для вахтенных буксирных служб - всего ничего.Для этого нужны гораздо более значительные силы, а заранее о таком взрыве никто знать не мог.
Следующее.Пар в котлах ни о чём не говорит.Это не дизельная машина.Давление в котлах снижается до нуля,насколько я знаю, только при стоянии у стенки при отсутствии вероятности движения.Время на разогрев такой машины требуется достаточно большое.
Следующее.А всё ли днище было сфотографировано? Конечно, нет - и целый борт остался за кадром.Таким образом, не всё так очевидно, как Вы излагаете. Данная версия вполне логична.Свои версии мы высказали. Думаю, на этом надо закончить полемику. Эта тема - о памяти погибших.
Конечно. До конца ведь так и ни одна не доказана.
История хороша, когда ты сам ей свидетель и носитель, брехни меньше.
Конечно ,что бы вспомнить о событии ,спустя много лет, обращаются к воспоминания очевидцев.
В моем случае, человека не интересующегося историей, будет пересказ воспоминаний не только очевидца, но и участника спасательной операции.
Отец служил в АСС КЧФ, в тот день молодой офицер флота направлялся ранним утром на службу. Добравшись до Ластовой, по его словам он столкнулся с потоком людей поднимавшихся от госпиталя. Одетые кое как,мокрые и грязные,это были люди,кому удалось выплыть. Из расспросов стало понятно, что случилась беда.
Служил он в тот момент командиром штурманской б/ч. И вот не помню , на том ли спасателе или его туда срочно откомандировали, но суть в том что стоял он в Севдоке ,с вынутым валом. И в общем срочно поставили чоп , вывели из дока и отбуксировали на место.
В целом, особенно каких то фактов, кроме общеизвестных мне не поведали.
Не помню я ,что упоминалось о каких либо приказах прекращать спасработы. А велись они тем,что имелось в наличии и я думаю, что все,что можно было предпринять и было предпринято.
Касательно версии, отец считал наиболее вероятной взрыв донной мины.
Да и еще припоминаю, что вроде часть рядового состава была на судне новая, из сухопутных частей,этим в частности можно объяснить большое количество погибших.
Потом была еще эпопея с буксировкой и разделкой.
Память дело такое, надо было записывать.
Тем кто любит тайные истории, рекомендуется к прочтению книга «Немецкие морские диверсанты»
d dd,
вот перечитал
конечно же на корабле
Всем спасибо за озвученные воспоминания. Спасибо, очень познавательно.
если кто по ссылке выше пошел, обратите внимание куда выезжала комиссия Правительства СССР.
К вопросу 1954 года Крыма и г.Севастополя