Россия подготовится к завершению санкционной войны

Над систематизацией антисанкционного законодательства РФ и созданием новых контрсанкционных мер сейчас работают в правительстве России. Это нужно для оказания помощь компаниям, которые попали под санкции, в том числе для поиска способов обеспечения их внешнеэкономической деятельности.

По данным «Коммерсанта», план реагирования на внешнее экономическое давление одобрил первый зампредседателя правительства–министр финансов РФ Антон Силуанов. Этот документ состоит из пяти блоков и 17 пунктов.

Разработчики комплекса антисанкционных мер думают над введением ответных санкций против Украины. В чём конкретно они будут заключаться, пока не известно.

Санкции были введены США и государствами ЕС против России и Крыма после их воссоединения в 2014 году, не признанного со стороны Украины. В обмен на отмену санкций Запад требует от РФ отдать Крым Украине. Однако президент России неоднократно заявлял, что вопрос о Крыме закрыт.

Антисанкционные меры принимаются Россией начиная с 2015 года в виде разных нормативных актов, напомнил президент Центра системного анализа и прогнозирования Ростислав Ищенко, поэтому нет ничего удивительно в том, что федеральное правительство сегодня решило из систематизировать.

«Тем более сейчас мы находимся в переломной точке, когда, с одной стороны, наши друзья и партнёры говорят о возможности усиления санкция, а с другой стороны, они же говорят о возможности поэтапного снятия санкций против России. При чём и та, и другая точка зрения имеют достаточно влиятельную поддержку как в Соединённых Штатах Америки, так и в Европейском Союзе.

Соответственно, чтобы гибко реагировать на любые телодвижения – а они могут быть самыми разными и даже внутренне противоречивыми, потому что сейчас и в ЕС, и в США идёт очень сложная внутреннеполитическая борьба – вполне логично свести все контрсанкционные меры в единый понятный блок и дальше этими механизмами оперировать в сторону их снятия или ужесточения. Тем более если начнётся процесс снятия санкций с России, нам же придётся тоже на это каким–то образом реагировать, какие–то санкции снимать», – сказал он.

Если не «подготовиться» к снятию антисанкций, в перспективе это может обернутся не в пользу отечественного производителя, добавил Ищенко.

«Сейчас он (отечественный производитель – прим.) в условиях отсутствия западных товаров занял рынок и кто–то этот рынок уже не уступит, а кому–то конкурировать будет сложно. Скажем, я не знаю, насколько смогут эффективно конкурировать с западными российские сыровары, потому что сейчас они заполнили сегмент элитного продукта. Понятно, что они начали его производить не так давно, у них не те объёмы и мощности, которые в Европе нарабатывались столетиями, и для возвращения на российский рынок европейские конкуренты на какое–то время смогут и цены снизить, даже демпинговать.

Поэтому при выходе из санкционного режима надо не допустить ущерба интересам собственному производителю, а это достаточно сложная задача», – подчеркнул Ростислав Ищенко.

В пользу того, что снятие санкций также вероятно, как и их усиление, продолжил Ищенко, говорит то, какие потери от этого несут европейские страны.

«Представители Европейского союза оценивают общие потери ЕС за время действия антироссийских санкций и действия российских контрсанкций в объёме до 60 миллиардов долларов. При этом Германия говорит о потере нескольких миллиардов долларов ежегодно, Италия оценивает свои потери в два–три миллиарда долларов за весь период и так далее. Страны теряют по–разному, но все они теряют существенно, в зависимости от того, какой был объём экономического сотрудничества до этого.

На западе давно подчёркивают, что санкционный механизм, введённый против России, не только оказался бездейственным, но он позволил России в значительной степени укрепить собственного производителя и избавиться от зависимости от поставки с запада критически важных продуктов и материалов. Программа импортозамещения в значительной мере сработала и благодаря санкционному механизму», – пояснил президент Центра системного анализа и прогнозирования.

Так или иначе из санкционного режима выходить придётся, но первые шаги в этом направлении должны делать США и Евросоюз, которые и были инициаторами экономического противостояния между странами, считает Ростислав Ищенко.

«До тех пор, пока против России не вводятся новые пакеты санкций, Россия очевидно не будет вводить ответные. А дальше всё будет завесить от того, какие санкции вводятся. Наши действия в том, что мы даём ответ, мы не инициируем новые механизмы. И мы постоянно говорим, что готовы ко взаимной отмене санкций и пусть их отменяет то, кто начал вводит», – сказал он.

Вместе с тем, санкции санкциям рознь, добавил Ищенко, одно дело – режим «торговой войны», когда вводится эмбарго на поставку тех или иных товаров, другое дело – введение конфискационных мер в отношении российских финансов – «тут мы выходим за пределы правового поля».

Идёт неравная борьба

«То, что мы сейчас видим во внешнеполитических действиях нашего руководства, – это нащупывание возможностей ослабления конфронтации с Западом, которая болезненна и для нас, и для Запада. Особенно в отдельных секторах, в том же сельском хозяйстве. Но, конечно, мы несём не сопоставимо большие потери, поэтому в общих интересах из этой конфронтации выходить. А насколько это возможно, от этого и будет зависеть стратегия нынешнего президентского срока», – считает руководитель Центра политико–географических исследований (Москва) Николай Петров.

Он подчеркнул, что контрсанкционные меры могут быть эффективными только в отношении отдельных пострадавших от действия западных санкций компаний, но в целом для страны и национальной экономики – это всё же потери.

«Говорить о том, что антисанционные меры могут способствовать укреплению экономики, не приходится», – констатировал Петров.

Тем более нельзя назвать эффективными ответные санкции, такие как продуктовое эмбарго, считает политолог.

«Контрсанкции, когда уничтожаются продукты, мне кажется, – это абсолютно вредная и в менталитете нашей страны контрпродуктивная мера. Уничтожать продукты, а не просто их конфисковывать и передавать на какие–то нужды – это ужасно. В ситуации, когда в детских домах или где–то ещё чего–то не хватает. Поэтому такого рода вещи должны смягчаться независимо от того, как будут приниматься решения о взаимном отказе от санкций и контрсанкций», – подчеркнул Николай Петров.

До тех пор, пока стороны не договорились об ослаблении санкций, стоит с обеих сторон менее жёстко их исполнять.

«Санкции – это некоторая борьба между экономиками. А борьба между экономикой, которая составляет 2% мировой экономики, и экономиками, которые в совокупности составляют 60% мировой экономики, никогда не может быть равной борьбой.

Поэтому такие меры, как, например, запрет на ввоз продуктов, отчасти были призваны сыграть имиджевую роль, а отчасти надавить на те малые и средние бизнесы на Западе, которые в свою очередь могли требовать от своих правительств ослабление санкций в отношении России. Какую–то роль они сыграли. Но, опять–таки, эти меры могут быть болезненным, но когда они действуют годами – они теряют свою остроту и болезненность, и дальше может происходить эскалация», – отметил руководитель Центра политико–географических исследований.

Николай Петров обратил внимание на то, что антисанкции – это не всегда борьба, а чаще демонстрация того, что «нам не страшно».

«Даже слабый человек может сделать больно более сильному человеку, но это разовая вещь. Стратегически мы, безусловно, не можем себе позволить наращивания конфронтации с гораздо более сильным экономически Западом, от которого в том числе зависит реализация всех тех обещаний, которые мы видели в майском указе (Владимира Путина – прим.), а до этого в президентском послании.

То есть нормальное развитие экономики и социальной сферы, а это важнейшая задача для страны, невозможно без смягчения и постепенного выхода из той конфронтации, в которой мы сейчас находимся», – уверен Петров.

Власта Пидпалая

Фото Facebook Ростислава Ищенко, regiondv.com