Ливия призвала международные нефтяные компании вернуться в страну.
И речь идёт не только о нефти. Европа сейчас активно ищет поставщиков газа, альтернативных России. Может ли таковым стать Ливия?
Недавно итальянская компания ENI подписала соглашение с ливийской National Oil Corporation на сумму более 8 миллиардов долларов. Оно предусматривает освоение сразу двух средиземноморских шельфовых месторождений газа. Начало промышленной добычи планируется с 2026 года. Планируемый объём — ориентировочно до 10 миллиардов кубометров в год.
Газовые поставки будут осуществляться в Италию по трубопроводу. Это приведёт к росту доли североафриканских стран на газовом рынке Европы. На данный момент поставки в ЕС осуществляются из Алжира и Ливии (в этом также участвуют Марокко и Тунис в качестве транзитных стран). На начало событий 2022 года доля данного региона в европейском газовом импорте составляла 10 процентов.
Газовый объём, обозначенный в подписанном соглашении, сопоставим с аналогичными объёмами европейского газового импорта из Азербайджана, осуществляемого по двум газопроводам — Трансадриатическому и Трансанатолийскому. К началу событий 2022 года он также составлял более 10 миллиардов кубометров, то есть около 3 процентов от общего импорта газа в Евросоюз.
При этом в общей структуре импорта поставки из России трубопроводным транспортом составляли почти 70 миллиардов кубометров (20 процентов), из Британии и Норвегии — более 26 миллиардов кубометров (7 процентов) и более 90 миллиардов кубометров (25 процентов), а поставки сжиженного газа — более 120 миллиардов кубометров (35 процентов).
Также в список поставщиков газа в Евросоюз может войти Турция. Произойти это может за счёт запасов турецкой части Чёрного моря, которые оцениваются в более чем 700 миллиардов кубометров, а это примерно соответствует 50 процентам аналогичных запасов Норвегии. На крупнейшем из турецких месторождений — Сакарья — промышленная добыча должна начаться в этом году, и её объём должен оценочно составить до 15 миллиардов кубометров. Это вполне сравнимо с мощностями Балканской ветки «Турецкого потока», перегоняющей в Европу российский газ.
На первый взгляд это выглядит угрожающе для интересов РФ. Но не всё так просто. Да, с формальной точки зрения данные проекты направлены на диверсификацию газового импорта Европы. Но по факту, чтобы их реализовать, потребуются серьёзные вложения в инфраструктурное развитие газотранспортной системы.
А это не только огромные материальные средства, но ещё и немалое время. Соответственно, упомянутый итало-ливийский проект чисто технически сможет оказать воздействие на газовый рынок Европы не быстрее второй половины текущего десятилетия.
Что же до Турции, то не факт, что газ месторождения Сакарья будет использован для поставок в ЕС. Ну, как минимум, целиком. Не менее вероятно, что его будут использовать для замещения импорта сжиженного газа в самой Турции. Которая в начале десятилетия импортировала почти 14 миллиардов кубометров СПГ, а это вполне сопоставимо с предполагаемыми объёмами добычи на месторождении Сакарья к концу десятилетия. И вот здесь уже ключевым фактором станет вопрос развития инфраструктуры.
Так что у РФ имеется вполне очевидное конкурентное преимущество — как раз она и имеет действующую газотранспортную инфраструктуру. А ещё соответствующие мощности своих экспортных газопроводов. Причём даже с учётом уничтоженных «Северных потоков».
Впрочем, дело ведь не в этом. Всем понятно, что сейчас дело не в экономике и не в прагматизме, а в том, чем закончится СВО. Вот из этого и надо исходить. В том числе и в данном вопросе.
Читайте по теме: Россия, Азербайджан и ЕС: газовый приоритет
Павел Кухмиров
