Херсонесскому некрополю угрожает новое частное строительство

Беречь пустыри, когда Севастополь задыхается от нехватки земли? Стоят ли этого древние склепы, фундаменты давно разрушенных храмов и остатки античных усадьб, разбросанных чуть не по всему городу?

В публичной плоскости власти всегда отвечают пафосно-воодушевлённым «да», но реальность часто говорит об обратном. Вот и желание понять, кто должен защитить некрополь святых у храма Влахернской Божией матери на улице Шостака, привело к ответу — «только не Севнаследие».

Напомним: средневековые захоронения первых христианских подвижников в скалах у Карантинной балки находятся вблизи музея-заповедника «Херсонес Таврический», но за его пределами.

Ранее управление охраны объектов культурного наследия заверило: на частном участке с к/н 91:02:002005:342 запрещается любое новое строительство, не связанное с научной и музейной деятельностью. Причина: наличие охраняемых законом склепов и регламент застройки территории в целом.

Тогда кто и зачем соорудил перекрытия над входами в оба склепа? В связи с каким строительно-монтажным проектом некий Каплюк С.В. подал на согласование Севнаследия акт ГИКЭ, открывающий дорогу к строительству? Почему Севнаследие согласовало этот документ? На каком этапе оно будет препятствовать возможной стройке?

Задавая управлению эти вопросы, ForPost наивно надеялся услышать слова, на которые может опереться вера в чиновничий контроль за ситуацией. Но ответы ведомства оказались неопределённы, противоречивы и крайне уклончивы.

Ничего не знаю

В актах ГИКЭх, поданных на согласование в Севнаследие, значится их заказчик — Каплюк С.В. После изучения первоначального акта ГИКЭ в 2020-м году Севнаследие предписало дополнить список защитных мер перекрытием входов в склепы. Проводить прямую линию между фамилией заказчика, саркофагом из документов и саркофагом в реальности в 2024-м году ведомство отказалось.

«Управление не обладает информацией об юридическом или физическом лице, инициировавшем и финансировавшем установку защитных конструкций над входами в склепы», — говорится в ответе на мартовский информационный запрос ForPost.

Что ж, этот ответ хотя бы исключает сооружение саркофага по линии самого Севнаследия или, допустим, департамента безопасности. Значит, единственная убедительная версия связана с тем самым Каплюком С.В.

Каплюк С.В. возглавляет жилищно-строительный кооператив «Ключевое решение». Связаться с ним невозможно, потому что указанный в базах данных телефон неактивен, а юридический адрес ЖСК — те самые склепы на участке.

Сколько вариантов строительно-монтажных работ на участке можно увидеть при таких исходных? И где грань между строительно-монтажными работами, которые согласовало Севнаследие, и строительством, которое как будто бы не допускает? 

Есть ли оно вообще, и будет ли задаваться этим вопросом заказчик экспертизы и владелец участка?

Ничего не вижу

В ответе на следующий, апрельский запрос дотошных журналистов Севнаследие как будто бы подтвердило — стройки не будет.

«На данной территории все работы по заборке грунта, нивелировке поверхности, складирование строительных материалов, манипуляции тяжёлой техники строго запрещены».

И на той же странице (полная версия документа прикреплена к тексту):

«Согласно акту ГИКЭ 2, в границах земельного участка с кадастровым номером 91:02:002005:342 планируются земляные работы, включающие рытьё котлованов, планирование поверхности со снятием верхних слоёв грунта, переустройство инженерных коммуникаций».

Как так?

Оказывается, в первой цитате речь идёт о территории склепов, а во второй — о всём участке.

А как же мартовское заявление о том, что регламент застройки запрещает на этом участке всё, кроме научных изысканий и музеефикации?

Свести эти ответы в одной правдивой реальности, к сожалению, не удалось.

Ничего не помню

Происходящее заставляет вернуться к тем временам, когда на этой земле были садовые кооперативы. Точнее, в начало 2000-х годов, когда, не брезгуя методами, все участки здесь скупил ныне покойный (разбился на машине) местный депутат.

Нужную часть Девичьей горы вывели из охранной зоны, кооператив перевели в строительный. Те, кто этому способствовал, получили благодарность. В том числе — земельную.

Горожане стали свидетелями того, как вместе с каменистым грунтом грузовики везли со строек человеческие кости и обломки керамики. Про остальное, что могло быть в склепах, история умалчивает.

При Украине построить особнячки успели не все владельцы земли, так что дело продолжилось после 2014 года. И даже после 2016-го, когда значительная часть Севастополя получила статус ОКН «Достопримечательное место „Древний город Херсонес и крепости Чембало и Каламита”». Регламент конкретно этого участка не позволяет здесь никаких строек, но дома продолжают вырастать, не смущаясь и не смущая чиновников.

Более года назад Севнаследие обещало инициировать снос самовольных построек, но пока, похоже, им ничего не грозит.

Защита оставшейся части некрополя, по сути, возложена на неравнодушных горожан, вот только ковид с самоизоляцией оказался на руку не им, а застройщикам. Скандал случился только в 2022 году, когда при самовольном рытье котлована для строительства частного дома экскаватор повредил два скрытых в земле склепа с останками.

Владелица земли отделалась остановкой работ и 100 тысячами штрафа. И теперь, похоже, мы наблюдаем попытку её соседа решить проблему с законом другим, менее демонстративным способом.

Убедительных аргументов в пользу другого объяснения происходящего обнаружить не удалось.

Светлана Косинова