Вот уже 12 лет отделяют нас от того счастливого дня, когда Севастополь и Крым вернулись в родную гавань. Для истории это мгновение, но для человеческого восприятия — срок немалый. Пожалуй, достаточный для того, чтобы живые воспоминания начали уступать место стройным, отшлифованным схемам.
Когда сегодня мы говорим о 18 марта 2014 года, в памяти всплывают ликующие на площади Нахимова люди, флаги, объятия, слёзы радости и ощущение чуда. Но это чудо произошло не мгновенно, оно не возникло из ниоткуда.
Молодые севастопольцы, не заставшие тех лет, или жители других регионов России, для которых Крым и Севастополь долгое время были лишь точками на карте другой страны, а не живой болью, могут воспринимать события Русской весны как простое стечение политических обстоятельств. Будто бы пришли «вежливые люди» и вырвали Севастополь из той беспросветной и серой жизни, которую город вёл при Украине.
Но для тех, кто жил здесь в 1990-е и 2000-е, кто выходил на улицы задолго до 2014 года, Русская весна не была неожиданным подарком судьбы. Это был логичный финал долгой, изнурительной и часто неравной борьбы.
Эта борьба велась каждый день. За русский язык на школьном уроке и дорожном указателе, за георгиевскую ленточку на груди, за право гордо и прямо называть Россию своей Родиной.
Представление о том, что Русская весна случилась как «по щелчку» — глубоко ошибочное и даже опасное. Оно будто вырезает целый пласт жизни города, превращая два десятилетия новейшей истории Севастополя в белое пятно. А ведь именно там, в 1990-х и 2000-х, и вызревала та самая Русская весна. И не как политический проект, спущенный сверху, а как живое и непреодолимое желание людей сохранить себя, как ежедневное отстаивание своего права оставаться русским.
Воссоединение Севастополя с Россией — событие долгожданное и выстраданное. Если мы хотим понимать его истинную цену, то обязаны помнить те годы, когда жители боролись с противниками русского Севастополя. А те действовали методично и с полным пониманием своей цели.
Как нас хотели переделать. Или уничтожить
Одним из знаковых событий той борьбы была, безусловно, защита Графской пристани, которой посвящено множество публикаций, в том числе — по воспоминаниям самих защитников.
Для тех, кому эта история незнакома: 5 июля 2008 года жители Севастополя дали бой украинским силовикам и ВСУ при попытке вбить в самое сердце города — Графскую пристань — позорную табличку в честь сомнительного эпизода из истории Российского флота, когда в 1918 году один из кораблей Черноморской эскадры поднял жёлто-голубой флаг. Возмущённые горожане буквально смели кордоны из военных и силовиков, вырвали табличку из стены пристани и утопили её посреди Южной бухты.
Были и другие столкновения. Так, в конце 2009 года в Севастополь приехали молодчики из националистической организации ВО «Свобода».
26 декабря они пошли по одной из центральных улиц города — улице Ленина — с лозунгами «Украина принадлежит украинцам!» и «Останемся хозяевами собственной земли!». Они скандировали «Слава нации — смерть врагам!», «Коммуняку — на виселицу!», «Нелегалы, убирайтесь домой!». Настроены агрессивно, на лицах — чёрные маски.
Реакция горожан была жёсткой. Началась драка.
Несколько севастопольцев получили травмы различной степени тяжести. В них летели камни, бутылки, дымовые шашки, которые принесли с собой украинские националисты. Милиция, по свидетельствам очевидцев, вела себя странно: задерживала местных, а «гостей» охраняла и помогала им организованно покинуть город.
30 декабря Севастопольский горсовет собирается на внеочередную сессию. Было решено обратиться к начальнику УМВД Украины в городе Севастополе с требованием провести тщательное расследование событий и привлечь участвовавших в драке «свободовцев» к уголовной ответственности.
Также был утверждён текст обращения к Генеральному прокурору Украины, министру юстиции Украины и уполномоченному Верховной Рады Украины по правам человека. Севастополь требовал запретить партию «Свобода».
Действовали противники русского Севастополя и в другом направлении. Это были непрекращающиеся попытки встроить город в украинский контекст.
В 2009 году в городе создаётся «Украинская национальная рада». Её программный документ содержал примечательные строки:
«Севастопольским украинцам приходится чувствовать на себе мощные усилия иностранных структур, которые пытались и пытаются установить полный контроль над всеми сферами жизни города. Экономика, политические процессы, военные дела, образование, культура, информация — всё это фактически является фронтом борьбы за Украину и против Украины».
Такова была обстановка в городе — украинское не приживалось, а точнее — отторгалось.
В том же году в Севастополе состоялась презентации книги, посвящённой деятельности ОУН-УПА на полуострове.
Автор — лидер Севастопольской городской организации Всеукраинского общества «Просвита» Владимир Проценко — с упоением говорил о том, что выход книги является «очень важным для Крыма, чтобы местные жители знали, что здесь существовали ОУН и УПА, в частности три отряда бойцов УПА, одним из которых руководил наш севастопольский проводник, сотник Василий Чмыга, а также Крымский украинский революционный комитет по подготовке восстания».
Для Севастополя это был не просто очередной «тревожный звоночек», это было оскорблением памяти предков через героизацию пособников нацистов, навязыванием другой, извращённой истории.
Были на Украине люди, понимавшие, что севастопольцы готовы к открытой борьбе и не боятся драк, а потому митингами и провокациями невозможно добиться нужного им результата — искоренения всего русского и создания «украинского Севастополя».
В 2010 году на украинском ресурсе УНИАН была опубликована программная статья руководителя проекта «ФЛОТ2017» Алексея Копытько. Он изложил стратегию, согласно которой действовать в Севастополе нужно было с позиции «мягкой силы».
Логика автора была такова: после подписания Харьковских соглашений, продлевавших пребывание Черноморского флота РФ в Севастополе, выгнать российские корабли одним махом не получится, а значит, нужно делать это постепенно.
«Чем меньше российских военных, тем лучше», — писал Копытько. И предлагал не ждать, а начать процесс «оптимизации»: постепенно передавать объекты флота Украине, сокращать численность, делать так, чтобы уход России выглядел не поражением, а «рационализацией».
Параллельно, по его мнению, нужно было форсировать «демилитаризацию экономики», активно развивать туризм, торговлю и аграрный сектор, чтобы жители города меньше зависели от флота, чтобы занятые в этих сферах люди перестали ассоциировать своё благополучие с Россией и стали более лояльными к украинскому проекту.
В гуманитарной сфере предлагалось «мягкое неконфликтное развитие всего украинского». Без митингов и «избыточного украинизаторского пафоса». Просто — достроить украинскую гимназию, поддерживать Украинский военно-морской лицей, развивать филиалы украинских вузов.
Отдельный пункт — языковые курсы для взрослых. Автор был убеждён в том, что знание государственного языка станет для севастопольцев «конкурентным преимуществом» и что не нужно будет никого заставлять учить украинский — сами запишутся на курсы и заплатят за них. Необходимо только организовать процесс и завезти «миссионеров» — учителей из западных областей Украины.
«Десять учителей, которые будут работать в межсезонье (с сентября по май), дадут в сто раз больший эффект, чем 10 митингов», — пишет Копытько.
Севастополь предлагалось перемолоть изнутри.
Великий русский город Севастополь
В апреле 2009 года в Севастополе прошло общегородское родительское собрание, которое можно назвать актом гражданского неповиновения. Около двухсот человек — мам, пап, бабушек и дедушек — по собственной инициативе собрались, чтобы обсудить приказ украинского минобразования № 461 о переводе обучения в средней школе на украинский язык.
Родительская общественность Севастополя выступила категорически против этого документа, который фактически уничтожал русский язык в школах.
Севастопольцы просят горсовет обратиться в Киев, просят проверить законность приказа. Предлагают ввести в школах итоговый экзамен по русскому языку (на тот момент его не было).
Горожане требуют «решить вопрос о целесообразности дальнейшего пребывания на должности министра МОН Украины пана Вакарчука И.А. как лица, грубо попирающего Конституцию» и «принять немедленно эффективные меры для восстановления нарушенного конституционного права наших детей на получение образования на родном для них языке».
Это была борьба за будущее не только собственных детей, но и всего города. Без громких лозунгов и флагов, зато — с конкретным планом мероприятий.
Борьба с принудительной украинизацией шла и на дорогах города.
«Следуя курсу незабвенного Виктора Ющенко „Думай по-украински”, чиновники севастопольской администрации приняли решение о массовом переводе дорожных знаков на украинский язык. В результате на обочинах дорог появились малопонятные „Дякуемо за чисте узбіччя”, „Увага прихований контроль швидкості”, „Увага небезпечна ділянка”. Особое возмущение горожан вызывали переводы привычных улиц и наименований: „Діорама”, „вул. Сапунгірська”, „бух. Камишова” и т.п», — писал ForPost в 2009 году.
Усилиями севастопольских активистов ситуация была исправлена — названиям вернули привычное звучание с помощью баллончиков с краской и наклеек.
Сложнее было с информационными щитами, которые содержали пространные предупреждения на украинском языке. Здесь севастопольцы не стали мудрить: поверх таких конструкций они наклеили листовки с лаконичной надписью: «Севастополь говорит по-русски».
По городу висели билборды «Мы имеем право на историю и русский язык», а в школы с 2007 года поступал «Дневник севастопольского школьника», горожане бились за русский флаг, выступали против курса на вступление в НАТО, а также боролись с местной властью — ставленниками Киева.
Даже официальные украинские праздники в Севастополе проходили особо. Например, 28 июня 2010 года, в День Конституции Украины, днём проходило возложение цветов к памятникам Тарасу Шевченко и Лесе Украинке, а вечером на площади Нахимова — концерт российского артиста Александра Маршала. И сотни людей с гордостью пели «Великий русский город Севастополь!».
Это лишь несколько страниц из истории борьбы — всё в одном материале не перескажешь.
Но даже они дают ясно понять, что Русская весна не была случайностью. Она была итогом долгого противостояния.
Каждая акция «Москита», каждый обход Центрального городского кольца «Севастопольским ритуалом», каждый митинг и марш «Российской общины Севастополя» и других общественных объединений, каждый отказ принять чужой язык и переписанную историю были теми самыми шагами, которые сделали горожане перед главным выбором в феврале и марте 2014 года.
Алина Громова
