Как в Севастополе артиллерийский крейсер превратили в корабль космической связи

Сегодня спутниковая связь — быстрый, массовый и почти незаметный фон нашей цифровой жизни. Это уже далеко не прерогатива военных и спецслужб. Она в каждом смартфоне. 

А в 60-х годах прошлого это был прорыв, который полностью изменил возможности ВМФ в Мировом океане. Сама идея связаться с кораблём посреди океана выглядела почти фантастикой. 

Чтобы решить эту задачу, СССР пришлось отправить в космос специальные спутники и превратить огромные артиллерийские крейсеры в плавучие центры управления. Один из них переоборудовали в Севастополе.

Первые корабли управления

В апреле 1965 года Советский Союз успешно вывел на орбиту свой первый спутник связи «Молния-1». Благодаря этому жители Дальнего Востока впервые смогли в реальном времени увидеть первомайский военный парад в Москве.

В октябре 1968 года ЦК КПСС принял постановление о создание спутниковой системы стратегической связи «Кристалл». Позже она стала частью Единой системы спутниковой связи, которая создавалась в интересах КГБ и Вооружённых Сил страны, в том числе ВМФ.

Чтобы пользоваться спутниковой связью, флоту потребовались специальные корабли. И первыми такими морскими связистами стали переоборудованные лёгкие артиллерийские крейсеры проекта 68-бис «Жданов» и «Сенявин».

Какое участие в этом деле сыграл Севастополь, ForPost рассказал непосредственный участник работ, ветеран Севморзавода Георгий Брызгалов.

Подробно об этом смотрите в нашем видеосюжете.

Не просто крейсер

По мнению руководства страны, создавать военный корабль связи с нуля было нецелесообразно.

«В тот момент были другие приоритетные задачи. У американцев тогда уже были надводные корабли со скоростью 36 узлов. А в Советском Союзе — нет. Поэтому было принято решение о создании эсминцев проекта 61, которые развивали такую скорость. Их поставили на поток — строили заводы имени 61 коммунара в Николаеве и в Ленинграде. Это были первоочередные задачи. Было не до корабля управления. Тем более речь шла о корабле большого водоизмещения — свыше 15 тысяч тонн», — рассказал Георгий Брызгалов ForPost.

Для размещения оборудования спутниковой связи требовался большой корпус. В итоге выбор пал на лёгкие артиллерийские крейсеры проекта 68-бис.

В длину они достигали 210 метров, в ширину — почти 30 метров. Полное водоизмещение — порядка 17 тысяч тонн. По современным меркам, очень большой боевой корабль. Например, крупные современные российские фрегаты проекта 11356Р— 125 метров в длину, чуть больше 15 метров в ширину и водоизмещением чуть более 4 тысяч тонн.

«Размер корабля подходил для оборудования. Кроме того, там был большой личный состав, технику надо было обслуживать. Кроме того, на этих крейсерах во время походов базировался штаб. То есть спутниковая связь ещё больше усиливала их значение и роль в эскадре», — добавил собеседник ForPost.

Для создания кораблей управления были выделены два крейсера: Черноморский флот — «Жданов», Тихоокеанский флот — «Сенявин».

«Переоборудование „Жданова” поручалось Севастопольскому морскому заводу, а „Сенявина” — заводу во Владивостоке. Проект разрабатывало Невское проектное бюро переоборудования, поскольку они являлись проектантами крейсеров проекта 68-бис. Заказчиком являлось Главное управление кораблестроения. То есть все работы, качество работ, приёмку работ производили представители военной приёмки. То есть подход был очень серьёзный к этому вопросу», — подчеркнул ветеран Севморзавода.

Изначально проект корабля получил обозначение 68У1. Он предусматривал установку дополнительной третьей мачты, на которой устанавливались конусообразные антенны; дополнительные посты для аппаратуры. Полностью переоборудовали или ликвидировали существующую систему кондиционирования, и устанавливалось восемь холодильных машин МКМ, система хладоносителя и около 300 калориферов разной мощности с электровентиляторами.

«Рабочая вода хладоносителя была пресная. Холодильные машины были паровые. Пар охлаждал воду до плюс пяти. Это было вызвано тем, что корабли ВМФ вышли в южные широты, температуры были высокие, поэтому в котельных отделениях невозможно было находиться», — сказал Георгий Брызгалов.

Для размещения всего этого оборудования проектировщики решили пожертвовать двумя кормовыми башнями главного калибра.

«Вместо третьей башни решили установить дополнительные автоматические установки и ракетный комплекс „Оса”. Для приёма жидких и твёрдых грузов было установлено устройство по обоим бортам под названием „Струна”», — сказал собеседник ForPost.

Работы на крейсере «Сенявин» начались раньше, и демонтаж двух башен вызвал вопросы у КГБ.

«Оказалось, что никаких разрешений соответствующих органов на демонтаж этих башен проектант не имел. Поэтому было принято решение оставить четвёртую башню, не демонтировать. Проектант разработал новый проект уже под названием У2», — подчеркнул Георгий Брызгалов.

Технологии и секретность 

Над проектом корабля управления трудилось много специализированных предприятий и исследовательских институтов. Многие приборы и технологии использовались впервые.

«Было очень много замены оборудования, особенно по спецсвязи. У Морского завода основным контрагентом было предприятие „Эра”, которое на заводе имело целый цех, кроме тех цехов, которые были на территории города. Занимались ремонтом электродвигателей, электромоторов, генераторов. Затем — одесская организация „Теплоизоляция”, московская организация „Теплоконтроль”. Основной контрагент, который производил авторское сопровождение, — ЦКБ „Черноморец”», — сказал ветеран Севморзавода.

По вооружению средствами связи «Жданов» был новым типом корабля ВМФ. Установленная на нём аппаратура позволяла сформировать более 60 каналов радиосвязи, одновременно действующих во всём диапазоне частот. Крейсер поддерживал телеграфию, буквопечатание, фототелеграфию, сверхбыстродействующую связь, спутниковую космическую связь.

«Работы выполнялись в сложных условиях, к тому же личный состав проживал на корабле. Был составлен график очерёдности работ, который согласовали с личным составом. А при потребности моряков задействовали на работах. Например, когда корабль готовили к выходу, возникла проблема со сроками изоляции фланцевых соединении рабочей среды хладоносителя. И когда мы подсчитали, сколько в день регулировщики могут заизолировать фланцев, то это вылилось в довольно большой срок. Конечно, это было недопустимо. Мы обратились к командованию корабля с просьбой оказать содействие. И было сделано так: одна изолировщица и два или один военнослужащий. Проблема была решена», — подчеркнул Георгий Брызгалов.

Естественно, модернизация крейсера проходила под бдительным взором спецслужб и контролёров.

«Как крейсер „Жданов” был уже всем известен. А вот вся новая техника была очень засекречена. Работали только те, которые имели допуск. Отношение к этому было очень серьёзное», — сказал собеседник ForPost.

После прохождения всех испытания и тестирований в 1971 году корабль был передан флоту.

Переоборудованный крейсер обеспечивал надёжную связь с берегом на расстоянии 8 тысяч километров, а при использовании ретранслятора — 12 тысяч км. На линиях космической связи была возможна связь с любым районом Мирового океана, но только через спутники на эллиптических орбитах (коротким сеансом связи).

«Для нас было, конечно, удивительно, что можно было позвонить с корабля домой. Такого тогда нигде не было. Связью можно было обеспечивать группировку в самых дальних районах океана. Корабль управления получал указания из штаба, передавал приказы другим кораблям. Это были действительно по тем временам самые передовые технологии», — заключил Георгий Брызгалов.

А ещё в Севастополе в 80-х годах прошлого века строили корабли с боевыми лазерными установками.

Беседовал Андрей Киреев

Видео/монтаж — Дмитрий Карташов