«Добро пожаловать по $100+»: что Россия уже выиграла от иранской войны

Нефть марки Brent за неделю подорожала примерно на 30%, приблизившись нынешним утром к отметке в $120 за баррель — впервые с июня 2022 года. Таким образом мировые рынки отреагировали на последствия военной операции США и Израиля против Ирана. Но как нынешняя ситуация отразится на России и её экономике?

Рукотворный кризис Ирана

Напомним, что на военную агрессию в свой адрес Иран ответил ударами по ближневосточным странам, а также блокировкой Ормузского пролива, через который мировой рынок получал около 20% нефти, например, из Катара, Кувейта и Бахрейна.

Таким образом Иран, как считается, планировал показать США и их союзникам, что новый военный конфликт может спровоцировать масштабный региональный кризис и продолжение военных действий для их инициаторов и сторонников несёт больше рисков, чем выгод.

В результате страны Персидского залива, десятилетиями работавшие над имиджем благополучных и безопасных государств, оказались под ударами иранских БПЛА, а другие страны, включая Россию, столкнулись с необходимостью экстренного вывоза своих граждан из потенциально опасного региона.

Некоторые военные эксперты заявляли, что США и Израиль специально выбрали датой начала операции субботу, 28 февраля, чтобы закончить её до начала торгов в понедельник, 2 марта. Однако боевые действия, уже спровоцировавшие рост цен на нефть, в прошлый понедельник не остановились и едва ли остановятся к следующему.

Первый эффект иранской войны

Из-за перекрытия Ираном Ормузского пролива с застрявшими в нём танкерами стоимость чёрного золота росла с каждым днём, и утром 9 марта приблизилась к очередной психологической отметке — баррель Brent, стоивший до начала войны чуть более $70, достиг практически $120.

Резкий рост спроса на нефть, вызванный перебоями поставок с Ближнего Востока, восстановил интерес к российским углеводородам. Стоимость российской нефти Urals росла даже стремительнее чем Brent — под конец февраля она увеличилась практически на 50%, с $45 до $68 за баррель, отмечает «КоммерсантЪ».

Американские СМИ уже сообщают, что США объявили о снятии санкций с индийских компаний за покупку нефти из России, хотя ранее лично президент Дональд Трамп публично заявлял, что заставил Индию отказаться от покупки подобного сырья из РФ.

«Нефть выше $100 — и голос России в мировой экономике и геополитике звучит ещё громче. Реальность вновь берёт своё: игнорировать Россию невозможно. Россия — системообразующий поставщик энергии, без которого невозможны ни глобальная стабильность, ни устойчивая модель мирового роста», — высказался о подорожании нефти глава РФПИ Кирилл Дмитриев.

Россия в плюсе?

Впрочем, комментарии экспертов из самой отрасли пока осторожны. Что касается Индии, то «разрешение» на возобновление закупок российской нефти, как сообщил министр финансов США Скотт Бессент, пока дали лишь на 30 дней, и то в отношении танкеров, которые уже находятся в море.

Российские нефтяные компании, чьи акции сейчас стремительно растут на бирже, воспользуются образовавшимся окном возможностей, но как долго оно будет оставаться открытым — сказать пока сложно.

При этом рыночные котировки не всегда отражают реальные доходы от экспорта. Публичные данные о цене Urals нередко отличаются от фактических условий поставок, отметил в комментарии «Известиям» заместитель председателя наблюдательного совета ассоциации «Надежный партнер» Дмитрий Гусев.

Из-за санкций российские экспортёры нередко предоставляют дополнительные скидки, которые не видны рынку. В результате часть партий нефти может продаваться дешевле $60 за баррель в зависимости от условий поставок, добавил эксперт.

Если средняя цена Urals в 2026 году превысит $60-62 за баррель, российский бюджет может получить не менее 1-1,5 трлн рублей дополнительных нефтегазовых доходов, отметила в комментарии «Известиям» ведущий аналитик Freedom Finance Global Наталья Мильчакова

Однако в 2026 году дефицит российского бюджета запланирован на уровне 3,8 трлн рублей, что соответствует 1,6% ВВП. Таким образом, дополнительное поступление в казну даже порядка 1,5-2 трлн рублей от продажи нефти сократит дефицит всего лишь до 1,5% ВВП, заключает издание.

При этом гарантировать стабильно высокие цены на нефть никто берётся — что западные, что российские эксперты заявляют, что ситуация на мировом рынке будет зависеть в первую очередь от того, как долго продлится ближневосточный кризис.

Британская Financial Times уже сообщила, что страны «большой семёрки» планируют возможность экстренного высвобождения запасов нефти в координации с Международным энергетическим агентством (МЭА).

О такой мере с целью стабилизации цен попросили три страны, включая США. 32 страны-участницы МЭА держат стратегический запас нефти в рамках коллективной системы чрезвычайных мер, разработанной на случай энергетического кризиса. Как говорит один из собеседников FT, чиновники США считают достаточным совместное высвобождение 300-400 млн баррелей (25-30% от общего резерва в 1,2 млрд баррелей). После публикации этой новости котировки Brent уже пошли вниз, уточняет РБК.

Как видно, РФ в краткосрочной перспективе оказалась бенефициаром иранского кризиса, получив и рост цен, и тактическое послабление санкций. Однако этот успех целиком зависит от продолжительности конфликта. Российским нефтяникам и Минфину нужно использовать это окно возможностей по максимуму, но закладывать в долгосрочные планы столь высокие цены было бы опрометчиво. Геополитическая турбулентность — плохая основа для бюджетного планирования.

Андрей Гринев