Два пишем, три в уме: как решить задачу успешной многодетности

Что мешает россиянкам рожать много детей? Есть мнение, что главный виновник — кинематограф, который преподносит спорный нарратив — «самореализацию и жизнь для себя», оставляя за кадром семейные ценности.

«Если есть ценности, но нет условий, то ребёнок может родиться, но семье будет сложно. Если есть условия, но нет ценностей, то ребёнка не будет. Никогда», — заявила на днях вице-спикер Госдумы, мать шестерых детей Анна Кузнецова.

ForPost попытался разобраться, что может подтолкнуть людей к созданию больших семей, достаточно ли мер поддержки и какую роль играет успешность в жизни многодетной мамы.

Кино или алименты?

Современный кинематограф, по мнению Анны Кузнецовой, слишком часто показывает разводы, семейные конфликты и кризисы, тогда как положительные образы больших семей встречаются редко.

«Кто-то вспомнит кино, где образ многодетной семьи в киноиндустрии изображался бы позитивно? […] Почему мы удивляемся, что, если нам с утра до вечера показывают разводы, какие-то страшные истории, как родители друг у друга детей воруют, непонятно кто от кого родил, у нас столько разводов?» — обратилась она к участникам сессии «Большая семья — большие охваты» на ПМЭФ-2026.

Фильмы никак не влияют на рождение детей, сказала в беседе с ForPost известный врач-гинеколог Любовь Ерофеева. Желание завести ребёнка — глубинный психологический процесс, не связанный с идеей, отражённой в мелодраме или в кинокомедии. По её мнению, тормозит рождаемость не самореализация, а страх развода.

«По разным оценкам, в России распадается до 70-80 процентов браков. Поэтому женщина, решаясь на второго или третьего ребёнка, оценивает риски: насколько высока вероятность того, что муж может найти другую семью, а она останется одна со всеми обязанностями и ответственностью», — полагает врач-гинеколог.

Женщина понимает, что на алименты не проживёт, так как очень часто мужчины скрывают свои доходы, чтобы платить как можно меньше бывшей с ребёнком, в отцовстве которого, кстати, многие разорвавшие брак начинают сомневаться, добавила наша собеседница.

«Посмотрите на медианные размеры алиментов. Даже десять тысяч рублей считаются высокой суммой, а чаще речь идёт о пяти-шести тысячах. На эти деньги невозможно нормально кормить ребёнка, одевать его, воспитывать и обеспечивать дополнительное образование. Это просто стыд и позор», — негодует Любовь Ерофеева.

Да, есть государственные программы, которые сглаживают финансовый удар. Однако их эффективность под вопросом из-за людей, которые откровенно эксплуатируют саму идею многодетности, считает врач.

Хотите как в Париже?

Эксперты ForPost уверены: самореализация — не сомнительная ценность, а критерий, в том числе для успешной многодетности.

Любовь Ерофеева привела пример Франции, где десятилетиями развивали систему детских садов, яслей и государственных нянь. Сочетание финансовой поддержки и доступного ухода за детьми позволило стране долго сохранять высокие показатели рождаемости.

Наша собеседница подчеркнула: французы быстрее других поняли, почему женщина уже через год после родов, независимо от того, первый это ребёнок, второй или третий, начинает задумываться о возвращении к работе.

«И не только для того, чтобы заработать деньги, хотя в российских условиях это тоже крайне важно, — добавила Любовь Ерофеева. — Молодая мама, оставаясь дома с ребёнком, с одной стороны, чувствует свою необходимость малышу, а с другой — ощущает собственную ненужность с социальной точки зрения. У неё постепенно обрываются контакты с прежним кругом общения, особенно с подругами, у которых нет детей».

По мнению врача, без образования, профессиональных навыков и социальной активности женщины многодетность вряд ли станет образцово-показательной.

Оптимальная модель

Но в вопросах многодетности и самореализация не первостепенна. Куда важнее понять, сколько детей для российской семьи — норма, отмечают эксперты ForPost.

Идеальный вариант — трое. К такому выводу социолог Анна Очкина пришла, изучив психологию планирования детей.

План, по её словам, такой: первенец обязателен, второй — часто под вопросом. Родители начинают оценивать свои финансовые возможности, жилищные условия и перспективы получения господдержки. Если семья решается на второго ребёнка, вероятность рождения третьего значительно возрастает.

Значит, демографическая борьба должна вестись именно за второго ребёнка: властям нужно сделать так, чтобы он не воспринимался как риск, а третий — как подвиг, считает социолог. По её мнению, добиться этого можно не лозунгами и не съёмками «правильного кино», а созданием условий, в которых семья будет чувствовать уверенность в завтрашнем дне.

И чиновники должны держать в голове мысль о том, что современное российское общество уже никогда не вернётся к традиционной многодетной крестьянской семье, подчеркнули эксперты ForPost.

«Та многодетность ушла вместе с тем обществом, где дети очень рано включались в труд и были экономически необходимы семье. Всё, что мы реально можем сделать сегодня, — это поддержать норму в два ребёнка и сделать трёхдетную семью привлекательным общественным идеалом. Но для этого нужны десятилетия последовательной жилищной, социальной и семейной политики. И, конечно, нужно заботиться не только о будущих детях, но и о тех людях, которые уже живут сегодня», — резюмировала Очкина.

И от того, сделает ли государство эти шаги, зависит, появятся ли у страны новые граждане или новые одиночки.

Роберт Вочовский