С самого начала СВО демонстрировались многочисленные попытки урегулировать конфликт мирным путём. Если присмотреться, то разделить такие попытки можно на две фазы.
В первой, начавшейся с марта 2022 года, главным и, пожалуй, единственным фронтменом был Эрдоган. Он был посредником, добившимся чего-то более или менее конкретного – т.н. «зерновой сделки».
Стамбульское позорище 29 марта 2022 года мы в расчёт не берём – это было нечто совсем другое.
Так или иначе, ничего большего добиться не удалось никому. Что реально за этим стояло, когда-нибудь мы, возможно, узнаем из мемуаров.
Чего именно изначально хотела РФ и что именно отвергла Украина – всё это пока достоверно неведомо никому.
Кратковременно посредничать пытался теперь уже бывший израильский премьер Беннет. Но попытка оказалась безрезультатной (по слухам, он добился лишь неких гарантий личной безопасности для Зеленского).
Примечательно, что нынешний израильский премьер-министр Нетаньяху, значительно более опытный во внешнеполитических вопросах и куда лучше знакомый с президентом РФ, не выступает с предложениями по мирному урегулированию.
Он, очевидно, понимает, что, мягко говоря, крайне проблематично добиться успеха таких инициатив при диаметрально противоположных позициях и, главное, интересах сторон.
В то же время о своём возможном посредничестве в мирном урегулировании заявил и глава ЮАР Рамафоза. Впрочем, и эта инициатива прошла без последствий.
Также в минувшем году начал предпринимать такие попытки и Ватикан. Понтифик традиционно позиционируется в качестве миротворца в международных конфликтах, он очень часто пытается посредничать и часто подвергается критике за это.
Причина – очевидное отсутствие нейтралитета папской курии. Еще в 1-ю мировую войну тогдашний папа Бенедикт XV подозревался странами Антанты в германофильской позиции.
Что характерно, такое посредничество, как правило, неудачно (например, в Ираке в начале 2000-х).
Нынешняя ситуация исключения не составляет. Если папу Франциска ожидают в Киеве, то его не ожидают в Москве, в том числе и по историческим и религиозным причинам: даже сам факт такого визита вызвал бы ярость консервативной части православного клира и паствы Русской Православной Церкви, воспринимающих взаимоотношения Православия и Католичества в стиле фильма «Александр Невский».
В такой ситуации визит папы только в Киев будет вполне справедливо воспринят, как занятие одной из сторон.
Таким образом, первая разновидность миротворческих попыток практически ничем результативным не завершилась. «Зерновая сделка» - это не мир.
Вторая фаза началась с озвучивания плана урегулирования от КНР.
Китай изначально был, что называется, «за все хорошее против всего плохого» и полностью лишённым любых ясных механизмов реализации этих деклараций. Он, напротив, тщательно обходит все подводные камни конфликтной ситуации.
Тем не менее, учитывая мощную роль Пекина в современном мире, его план стал широко известным. Как минимум, Пекин показал собственную «мягкую силу» в ситуации, когда уже давно нет особых ожиданий и никто не ждет скорых прорывов.
КНР апеллирует к миру за пределами Запада. Он дистанцируется от всех участников войны и манифестирует себя в качестве третьей силы.
Моментально оказалось достаточно желающих позиционироваться в том же качестве. Пекин дал для этого мощный импульс.
Миротворчество вернувшегося к власти президента Бразилии Лулы отсюда же. Ему необходимо было показать, что он политическая фигура глобального масштаба и этим отличается от своего конкурента и предшественника Балсонару (известного, как «бразильский Трамп») – тот до сих пор остаётся его серьезным противником внутри Бразилии.
Оттуда же и новые африканские инициативы от президента ЮАР Рамафозы, повышающие его международный престиж.
У него сейчас на повестки дня решение сложной задачи – принять саммит БРИКС, и при этом не испортить отношения ни с Москвой, ни с коллективным Западом. Естественно, в такой ситуации заняться миротворчеством имиджево куда легче и выгоднее.
Ватикан также активизировался снова, направляя в Россию и на Украину своих представителей.
В то же время ни одна из сторон исходно не отвергает никаких мирных инициатив. С имиджевой, опять же, точки зрения подобное поведение было бы не выигрышным. Все всех принимают и внимательно выслушивают, при этом ничего не меняется.
Наибольшие оптимисты ожидают каких-либо первых действительно реальных сигналов ближе к концу года, памятуя о войне в Корее середины прошлого века, когда временный компромисс продержался до настоящего времени.
Пессимисты же поминают другую войну – Ирано-Иракскую, длившуюся восемь лет. Увидим, кто окажется ближе к истине.
Павел Кухмиров
"Диваные эксперты".