Чего хотят севастопольцы на мысе Хрустальном

Авторы плана застройки мыса Хрустального остались глухи к интересам севастопольцев, слепы в исторической и ландшафтной оценке попавшей под развитие местности и если не немы, то совершенно неубедительны в ответах на высказанные горожанами претензии. Таков итог прошедших накануне публичных слушаний, посвящённых созданию в Севастополе культурно-образовательного и музейно-художественного кластеров.

Напомним, на территории между Артиллерийской и Карантинной бухтами, которая ранее планировалась как парковая, в самые сжатые сроки планируется построить театр оперы и балета, концертный зал, высшую школу театрального и музыкального искусства с общежитием, служебное жильё, комплекс хореографической академии со школой и интернатом и музей защитников Севастополя в 1941-1942 годов. План межевания территории по заказу Фонда «Национальное культурное наследие» подготовил институт развития и градостроения «Гипрогор».

Ещё по теме: Что хотят построить на мысе Хрустальном. Новый проект

Благие намерения

Обсуждение проекта, который мог стать для севастопольцев большим благом, но грозит обернуться разрушенными надеждами, было долгим и бурным. 500 участников слушаний не спорили друг с другом, а дружно возмущались навязанными им сверху решениями, спекуляцией именем Путина и дискредитацией распоряжений Президента.

«Спекулировать поручениями Путина — это некорректно и некрасиво. В департаменте архитектуры говорят: ты что, хочешь, чтобы так всё осталось? Деньги же дают! Но к задачам, которые поставил Путин, надо подойти мудро и поискать правильное место. Деньги нужно с мозгами использовать. Наши предложения [Союза архитекторов Севастополя] — вернуться к конкурсу <2017 года>», — заявил ForPost председатель городского Союза архитекторов Сергей Комаров.

Проект представляли главный инженер проектов института градостроения «Гипрогор» Владислав Татарников и представленная как автор проекта Елизавета Павлова. Первому, попросившему об увеличении выступления, не позволили тратить время на рассказ об истории Карантинной бухты. Второй докладчик сразу «зашёл не с той стороны», в самом начале заявив об опоре проекта на Генплан 2005 года, ориентированный, как известно, на интересы не горожан, а застройщиков.

Владислав Татарников и Елизавета Павлова

С олимпийской настойчивостью и чиновничьим безразличием Елизавета преодолела возмущённые «захлопывания» и даже «закрикивания» собравшихся, заверив, что «Гипрогор» подошёл к решению задачи со всей бережностью и тщательностью. К сожалению, дальнейшее показало как неубедительность этого заявления, так и неспособность девушки ответить что-либо, кроме заготовленных шаблонных фраз.

Подождите в коридоре

Если бы севастопольцев на этих слушаниях непременно было бы нужно разделить на два лагеря, в первом было бы радикально настроенное большинство, отказывающееся видеть на мысу что-либо, кроме парка и музея войны, — и готовое к компромиссу меньшинство, категорически настаивающее на полном отказе от жилых зданий, удалении от моря всех культурных объектов и полноценном большом парке.

Как следовало из многочисленных заявлений у микрофона и возгласов с места, в значительной степени протест против «насильственного окультуривания» был вызван системным провалом городского правительства в строительстве так необходимых городу социальных объектов и реконструкции уже имеющихся парков и общественных пространств. Действительно, сложно объяснить, зачем человеку опера, когда он не может попасть к врачу или пройтись по любимым с детства тропам.

Предложенный проектировщиками «зелёный коридор» не успокоил севастопольцев ни своей длиной в 8 км, ни общей площадью озеленения в 22 гектара, которые, как внушали проектировщики, повысят статус района. Горожане хотели не статуса, а убедительных гарантий, что эта цифра не складывается главным образом из озеленения вокруг объектов застройки. К сожалению, они их не получили, хотя этот вопрос был заблаговременно поставлен депутатом Вячеславом Гореловым в прессе, по которой якобы отслеживали мнение горожан разработчики.

Пренебрежение к мнению севастопольцев, которое часто демонстрируют те, кто приезжает в город со словами о необходимости ценить и уважать менталитет города-героя, стало ещё одним фактором, вызвавшим единогласный протест против предложенного проекта.

«Наш город всегда был городом федерального значения, и не надо нам говорить, что надо превратить наш город во что-то ещё. Не трогайте наш исторический центр!» — заявили севастопольцы разработчикам, сообщившим о намерении дотянуть город до его федерального статуса.

Не обмани

Откуда у севастопольцев такой негатив по отношению к проекту, его разработчикам и исполнителям, наглядно показал чрезвычайно болезненный вопрос сохранения исторических объектов, расположенных на «территории развития».

Разрушение оборонительного бастиона, снос исторических объектов на месте 54-го военно-механического завода — всё это произошло до проведения историко-культурной экспертизы местности, до выдачи разрешения на строительство и при молчаливом попустительстве Севнаследия с департаментом градостроения. Равнодушные попытки руководителей ведомств Михаила Рязанцева и Александра Моложавенко «отмазаться» от ответственности за это осознанное варварство заставили севастопольцев возмутиться ещё сильнее, а некоторых — перейти ко вполне обоснованной ярости и требованиям от глав ведомств под напором фактов и аргументов тут же, на сцене, признаться во лжи.

Александр Моложавенко, глава департамента архитектуры и градостроительства

Фиаско потерпела и автор проекта Елизавета Павлова. Вежливую просьбу реставратора Анатолия Туманова показать на карте так называемый форт Меньшикова, Александровскую батарею или хотя бы памятники «Солдат и Матрос» и «Штык и Парус» девушка, получасом ранее заявлявшая о крайне бережном отношении ко всем объектам культурного наследия на территории застройки, выполнить не смогла.

Руководитель РОО по сохранению объектов культурного наследия «Морской форт» Григорий Донец заявил о недоверии к компетенции тех, кто проводил историко-культурное обследование территории, и к результатам их работы, которые «не отражают действительности и вызывают сомнения».

В ответ на заверения Моложавенко, что фонд «Национальное культурное наследие» ведёт исключительно демонтаж старых (к слову — исторических!) объектов, Донец предложил:

«Уважаемый Александр Павлович! Я вас приглашаю после этого обсуждения на территорию 24-го завода, и я вам покажу 250 метров длиной, 50 метров шириной, 4,5 высотой уже отлитый фундамент здания. Это не снос. Новое строительство, а никакой не снос. Я там был сегодня, сфотографировал и могу показать».

Никого из находящихся на сцене эта информация не удивила, а Моложавенко вновь прикрылся функционалом, якобы позволяющим ему быть глухим и слепым к очевидным нарушениям. Этой же тактике последовал и его коллега из Севнаследия Михаил Рязанцев.

Не навреди

И рядовые горожане, и профессиональные градостроители высказывали различные предложения о том, куда можно и нужно перенести запланированный массив зданий, который, как считают специалисты, не выдержат карстовые породы, из которых состоит мыс. И первым пострадавшим может стать как раз дом со «служебным жильём».

«Это здание на 238 квартир у уреза воды, боюсь, тихо сползёт к Центральному рынку. Президентом поставлена задача максимально обеспечить молодых деятелей культуры жильём, но совершенно не предписано исключительно здесь строить это жильё», — отметила депутат законодательного собрания Татьяна Щербакова.

Проектировщики заверили, что геологические исследования, необходимые для этого этапа, проведены, а время более детальных придёт позже. Сейчас же предусмотрено берегоукрепление двух оползнеопасных участков.

Горожане же настаивали, что парк в чистом виде — единственное, что не разрушит ни структуру мыса, ни его рельеф, ни принятые в Севастополе принципы застройки, понижающейся по мере приближения к морю.

«Нам нравятся наши обрывы», — отметил совсем не очевидный для разработчиков момент член архитектурно-художественного совета Севастополя Юрий Падалка.

Уверениям, что застройка «не превышает доминант» и не будет портить панорамный вид города, участники слушаний не поверили. Действительно, сделать это было сложно в отсутствие не только образа будущих зданий, но даже их параметров: разработчики сообщали не планируемую высоту зданий, я высоту его возвышения над уровнем моря.

Среди потока общего протеста звучали локальные предложения, касающиеся деталей будущего проекта: снести «голубые унитазы», сделать музей защитников Севастополя монументальным, как в Москве на Поклонной горе, и убрать рестораны на набережной Клокачёва. С особенной настойчивостью звучал «Рыбацкий стан», менее года назад интересным образом сменивший собственника и переименованный в «Seavas».

Перемежались протесты и требованием защитить частные интересы людей, живущих на территории будущей застройки, и предпринимателей, имеющих там бизнес.

Александр Моложавенко пообещал, что никакого сноса жилья не будет, а «если участки будут изыматься, будет их оценка по коммерческой стоимости».

Жильцов района это обещание почему-то не успокоило. Не поверили в обещание сделать всё лучшим образом и защитники попавшего под застройку яхт-клуба.

Единственный, кто встал на защиту такой версии проекта, — врио заместителя губернатора Иван Кусов. Его аргументы главным образом сводились к предложению довериться стоящим за проектом Большому театру, Третьяковке и Эрмитажу. Вот только какую роль имеют эти столпы российской культуры к плану межевания, он не объяснил. Как и то, почему деятели культуры и студенты непременно должны жить в парке с видом на море, а севастопольцы — гулять вокруг их домов.

Успокоились?

Как ранее писал ForPost, участвовавшая в слушаниях сенатор от Севастополя Ольга Тимофеева предложила всем участникам обсуждений отметить в опросных листах, которые получили после регистрации все участники слушаний, недопустимость застройки и требование приостановить все работы до проведения полного археологического обследования территории.

Григорий Донец обратил внимание, что размежёванная территория относится к зоне исторического поселения и этот статус «ограничивает всякое строительство здесь, всякое строительство». По его мнению, то, что проект межевания ещё не согласован с накладывающим ограничения Минкультом, делает публичные слушания преждевременными и не совсем корректными.

Депутат закособрания, председатель комитета по градостроительству и земельным вопросам Вячеслав Горелов предложил отклонить текущий проект как неудовлетворительный, отправить его на доработку и затем провести повторные публичные слушания. Он напомнил принципы, которые должны быть соблюдены при реализации проекта, и отметил, что их поддержала зампредседателя Правительства России Ольга Голодец.

Между тем протокол слушаний не вёлся, предложения не фиксировались — на это обратил внимание участников руководитель общественного движения «Защитим Севастополь» Василий Федорин.

Как объяснил Александр Моложавенко, все предложения зафиксированы на видеозаписи. Они будут оформлены и опубликованы после 15 мая. В их основу лягут предложения и замечания из опросных листов.

Вот только, несмотря на пять сотен участников, опросных листов в урне для голосования собралось совсем немного. Для большинства «отмолчавшихся» причина была в странном требовании, о котором не было известно заранее: написать в этом листе вместе с фамилией, именем, отчеством и местом жительства также вид и номер документа, удостоверяющего право владения недвижимостью в Севастополе. Необходимость такого подтверждения причастности была совсем неочевидна после предъявления во время регистрации паспорта с местной пропиской. Законность такого сбора информации одни поставили под сомнение, другие высказали предположение: требование внесено намеренно с целью уменьшить число заполненных листов или же забраковать их как недействительные.

Но если целью организаторов обсуждений было не услышать мнение севастопольцев (скажем честно, они его знали прекрасно), а дать им выпустить пар, чтобы продавить текущую версию проекта как «неизбежное добро», то, судя по настроению расходившихся после трёхчасовых слушаний горожан, ждать этого не приходится.

Светлана Косинова

Фото и видео: Дмитрий Осипенко