Украинский оружейный экспорт: как это возможно

Немецкий концерн Rheinmetall сообщает о строительстве на на Украине 4-х оружейных заводов, сообщает его глава. И первый завод, по его словам, уже начал работу: до конца года там планируют выпустить первую партию из 10 БМП Lynx.

Такая информация всех возбудила, но дело в том, что Украина и так уже превратилась в крупного экспортёра оружия.

Несмотря на все утверждения о том, что ничто не укроется от наших ракет, оружейное производство на Украине вполне себе развивается. Настолько, что Верховная Рала прямо сейчас разрабатывает механизмы по открытию возможности продажи излишков продукции ВПК за границу. 

Украинский военпром уже за первые два квартала нынешнего, 2024-го, года (по их же словам) произвёл в двадцать пять раз (!) большее количество боеприпасов, чем за весь 2022-й. 

Они сообщают о своей способности производить до 4 миллионов (!) различных БПЛА в год. А ещё – о самостоятельном выпуске снарядов НАТОвского 155-го калибра. 

Также ведутся разговоры о самостоятельном производстве самоходок и – в перспективе – собственных баллистических ракет. 

Вот такие дела.

Конечно, можно это всё списать на хвастовство Зеленского. Но тот факт, что на Украине через три года СВО вполне себе существует (да, благодаря поддержке «партнёров») и неплохо себя чувствует мощнейший ВПК – остаётся фактом.

О том, насколько этот ВПК на самом деле мощный, говорит само содержание вопроса, который сейчас утрясают в Верховной Раде. 

Суть в том, что сама Украина способна закупать у своих военных предприятий вооружений только на $6 млрд. в год. А производить этих самых вооружений они могут на $20 млрд. И такой дисбаланс «сдерживает рост и развитие». 

Можете себе такое представить, друзья мои?

Понятное дело, что украинские «оружейные бароны» требуют разрешения на расширение оружейного экспорта. А это «не только ценный мех», но и несколько миллиардов налогов уже в ближайшие полтора года. 

Просто оцените сюрреализм этой ситуации. То есть каждый день их бьют, а незалежному ВПК уже тесно на территории Украины.

У них там уже вполне себе противостояние государства и капитала по примеру Америки и Европы: львиная доля ВПК уже настолько развилась и отожралась, что натурально "пора задуматься о переносе производств за рубеж". 

Это нагнетает конфликт между производителями и правящим режимом.

Что же касается расширения экспорта – ему препятствуют весьма экстравагантные причины: киевское пробандеровское политическое руководство вполне резонно опасается, что ситуация, при которой страна одновременно клянчит военную помощь и занимается массовым экспортом своего оружия может очень сильно озадачить тех, у кого эту помощь клянчат.

Но схемы на Украине можно найти для всего. 

Вопрос ребром: а по какой причине вражеский ВПК до сих пор имеет возможность «кучеряво жить»? И лучше бы не только задаваться этим вопросом, дорогие друзья, но и найти его решение.

Павел Кухмиров