Губернатор Рязанской области утвердил квоты для предприятий по подбору кандидатов на контрактную службу. Кадровые офицеры считают решение своевременным, депутаты и юристы предупреждают: грань между добровольностью и принуждением слишком тонка.
Задание для рязанских предприятий
Постановление о подборе кандидатов на военную службу по контракту в Вооружённые Силы РФ, подписанное Павлом Малковым, опубликовано на официальном интернет-портале правовой информации 24 марта. Срок его действия — с 20 марта по 20 сентября 2026 года. Контроль за исполнением задания глава региона оставляет за собой.
В документе сказано, что решение принято в соответствии с указами президента РФ от 19 октября 2022 года № 756 и № 757 и протоколом заседания оперативного штаба Рязанской области для реализации мер, предусмотренных этими указами.
В постановлении установлены чёткие квоты для предприятий.
В пресс-службе губернатора Рязани ForPost сказали, что дополнительных разъяснений по постановлению давать не будут:
«Ориентируйтесь на данные из открытых источников. [Дополнительных комментариев по этой теме] не предполагается».
Решение «непопулярное, но нужное»: мнение кадровых офицеров
Председатель президиума Астраханского регионального отделения организации «Офицеры России», кавалер ордена Мужества Анатолий Салин последовал совету пресс-службы рязанского губернатора и обратился к открытым источникам.
«Какие категории граждан, согласно им, у нас уже побывали на СВО, помимо граждан России? Были кубинцы, были северокорейцы, были вьетнамцы и, скажем так, другие категории граждан, не будем называть, какие другие. То есть, если бы не было необходимости в этом, то, наверное, этих людей и не было бы на СВО, — сказал ForPost Салин. — И ещё: президент подписал указ об увеличении численности Вооружённых Сил РФ. Значит, есть на то необходимость».
Об этом говорит и увеличение размера выплат контрактникам, считает кадровый офицер:
«Материальная поддержка в некоторых регионах была 1,9 млн рублей, потом стала 2,6 млн рублей, сейчас уже 3 млн и выше. Это говорит о том, что действительно есть необходимость в отправках».
Ситуация на линии боевого соприкосновения непростая, поэтому можно прибегнуть к опыту Великой Отечественной войны, когда заводам прямо указывали, сколько человек они должны направить на фронт, считает кадровый офицер.
Вместе с тем есть важное отличие: сейчас поступление на военную службу по контракту осуществляется только на добровольной основе, по личному заявлению гражданина, поэтому, если он согласился, обвинять кого-то абсолютно неправильно, подчеркнул наш собеседник.
«Я бы советовал им не устраивать погоню за длинным рублём, а думать перед тем, как подписывать контракт, чтобы потом не ходить и не скулить, что вот меня незаконно военкомат отправил. Некоторые идут, а потом скулят. Повторюсь: никто никого насильно не заставляет контракт подписывать. Ну а то, что ситуация сложная, никто не отрицает», — добавил Салин.
Член экспертного совета организации «Офицеры России», заслуженный пилот РФ Юрий Сытник тоже считает, что рязанский опыт необходим для «восполнения дефицита кадров»: по его словам, не хватает штурмовиков, дроноводов.
«Это своевременно и правильно, это необходимо», — сказал ForPost Сытник.
По его мнению, заключать контракт с 18-летними парнями без боевого опыта бессмысленно. Другое дело — сотрудники предприятий в возрасте 30-40 лет. Они уже отслужили в армии, знают азы военного дела.
«Понятно, будут перегибы, будут скандалы, и кто-то будет сейчас болеть, и кто-то будет косить от этого дела. Однако без этого никак: затягивание сроков проведения СВО вызывает растущее раздражение в обществе. Люди всё чаще задаются вопросом: почему так долго спецоперацию проводим? Поэтому такой непопулярный рязанский опыт нам необходим: спецоперацию нужно заканчивать», — высказал своё мнение кадровый офицер.
«Элемент принуждения»: мнения депутата и политолога
У решения главы Рязанской области есть элемент принуждения, считает член думского комитета по обороне Андрей Колесник. В беседе с «Лентой.ру» он сравнил инициативу с разнарядкой в СССР и отозвался о таком способе привлечения контрактников неодобрительно:
«Насильно загонять, получается, уговаривать?».
Колесник уверен, что подписывать контракт можно исключительно добровольно:
«На это [рязанский опыт] можно посмотреть в качестве эксперимента, но я не думаю, что это будет работать. Люди идут, извините меня, не на свадьбу куда-то — идут жизнью рисковать».
Анатолий Салин парировал: никто не заставляет подписывать контракт. Есть другие нарушения, когда ради выполнения плана военкомы отправляют в войска больных людей.
«3 марта по приглашению руководства Росздравнадзора по Астраханской области озвучил доклад о нарушениях по вопросам медицинского освидетельствования граждан как по призыву, так и на военную службу по контракту. Во всеуслышание на заседании общественного совета я озвучил вот это всё, что есть: больных, хромых, кривых, психически больных отправляют. Здесь, конечно, виновен военком, который это всё делает, а также пункт отбора по контракту и врачи Минздрава», — сказал Салин.
По мнению старшего преподавателя Института политики и права МГГУ им. Шолохова Константина Шадрова, формально предприятиям предлагают сформировать списки, однако не обязывают это делать, а значит, юридически постановление рязанского губернатора «остаётся в правовом поле».
Несмотря на это, считает он, региональные власти идут по острию ножа, так как в текущей ситуации грань между «добровольностью» и «давлением» слишком тонка. Поэтому подобные меры могут восприниматься людьми как принуждение, особенно если подключаются неформальные механизмы влияния — от угроз увольнения до прессинга через руководство, сказал Шадров в беседе с ForPost.
Такие подходы «способны подрывать доверие к власти», полагает наш собеседник. Поэтому даже при наличии задачи увеличить численность личного состава такие меры вряд ли приведут к радикальному улучшению ситуации. Напротив, непродуманные шаги могут вызвать обратный эффект — рост недовольства и усиление общественного напряжения. В этой связи политолог прямо называет инициативу ошибочной и недостаточно просчитанной.
Шадров раскритиковал и информационную политику региональных властей:
«Если уже пошла информационная волна, то обязательно нужно реагировать и разъяснять. Общаться с аудиторией в любом случае необходимо. Нельзя работать так, как будто это внутреннее дело самой администрации. Они должны понимать, что есть общественное настроение, общественная реакция, и с этим нужно постоянно работать. Иначе сами же дают питательную почву для появления в десять или сто раз большего количества новых домыслов, слухов и вбросов».
Если давление всё же оказывают: совет юриста
Почётный адвокат России Евгений Харламов посоветовал обязательно фиксировать случаи реального давления, «когда человеку фактически дают понять: не пойдёшь — уволим или создадим проблемы».
«По возможности — на диктофон. Нет возможности записать звук, нужно в устной или письменной форме предупредить руководителя предприятия, декана, директора вуза, колледжа, что они нарушают действующее законодательство. После нужно обращаться в прокуратуру, потому что в такой ситуации речь идёт о нарушении прав, в том числе прав учащихся. Кроме того, можно направить жалобу и на имя губернатора, который курирует этот вопрос», — описал он порядок действий в беседе с ForPost.
Наш собеседник убеждён, что в текущей ситуации «нужен баланс»: предлагать службу по контракту можно и нужно, но без запугивания, угроз, перегибов на местах.
Такие меры, считает Харламов, должны быть, по совести, по внутреннему убеждению человека, а не по принципу: либо соглашайся, либо у тебя начнутся проблемы.
При отсутствии публичной коммуникации грань между «предложением» и «принуждением» действительно становится неразличимой, а доверие к власти — уязвимым. Опыт Рязанской области, нравится это кому-то или нет, теперь может быть масштабирован. И от того, насколько грамотно будут выстроены правовые и разъяснительные механизмы, зависит, превратится ли он в эффективный инструмент комплектования или в очаг социального напряжения.
Роберт Вочовский
Каким образом будут определять этих двух, трех или пятерых человек среди всего персонала?
И что будет, если желающие так и не найдутся?
кто то хочет просто выслужится или это начало, ну типа инициатива с мест, он сам пришёл..ну не найдут среди своих , купят на стороне, оформят и выдадут за своего сотрудника...регионы примерно так же поступают переманивая друг у друга, летят в Ханты Мансийск через пол страны.