«Меч не должен висеть вечно»: в России предложили амнистию для старых постов

Сегодня отвечать за пост в интернете можно даже спустя годы после его удаления — достаточно, чтобы на него случайно наткнулись проверяющие. Новый законопроект предлагает раз и навсегда закрыть эту временную петлю.

Члены думской фракции «Новые люди» предложили изменить механизм привлечения к ответственности за мнение в интернете: срок давности должен считаться с момента публикации постов, а не с даты их обнаружения.

Эксперты объяснили, что нужно сделать, чтобы законодательная инициатива не буксовала во время правоприменительной практики.

Тонкости новых поправок

Поправки дополняют статью 4.5 КоАП РФ «Давность привлечения к административной ответственности». Согласно ей, постановление по административному делу «не может быть вынесено позднее 60 календарных дней со дня совершения правонарушения», а если дело рассматривает судья — позднее 90 дней.

Для ряда нарушений установлены более длительные сроки. Например, срок в один год действует по делам о нарушении законодательства о митингах, защите прав потребителей, рекламе, выборах и референдумах, пожарной безопасности, налогах и сборах, по ряду нарушений в сфере дорожного движения. Максимальный срок — шесть лет — предусмотрен по делам о противодействии коррупции.

По постам в интернете — иная история: срок давности наступает не с момента опубликования поста, а с момента его обнаружения.

Такой подход, по мнению авторов новой законодательной инициативы, «создаёт возможность привлечения граждан к административной ответственности за сообщения, комментарии, изображения, аудиозаписи и иные материалы, размещённые много лет назад, в том числе в случаях, когда лицо фактически утратило доступ к аккаунту, не пользовалось страницей длительное время либо не помнило о наличии соответствующей публикации», сообщает ТАСС со ссылкой на пояснительную записку к документу.

Почётный адвокат России Евгений Харламов согласен, что проблема требует решения, однако сразу предлагает отделять старые ошибочные публикации от действительно опасного контента.

«Мне кажется, этот меч не должен вечно висеть над пользователем: если человек когда-то разместил спорный материал, потом понял, что сделал это неправильно, удалил публикацию и больше к ней не возвращался, то бесконечно привлекать его за старую запись, на мой взгляд, неправильно. Исключение — темы, связанные с терроризмом и тяжкими преступлениями. Там вопросов нет», — сказал ForPost Евгений Харламов.

Отметим, в законопроекте сказано, что сроки давности не будут менять за материалы, связанные с пропагандой запрещённых веществ, нетрадиционных сексуальных отношений, педофилии и публичными призывами к терроризму.

Юридические «за» и спорные «против»

Вместе с тем у новой законодательной инициативы, по мнению Евгения Харламова, «есть слабые места»: многие пользователи не удаляют спорный контент, а некоторые публикации продолжают распространяться через репосты и копии, даже если оригинал давно исчез из Сети.

В такой ситуации, считает наш собеседник, возникает вопрос: должен ли человек уходить от ответственности только потому, что формальный срок уже истёк, хотя сам контент продолжает влиять на аудиторию и «нести моральную деградацию людям»? Юрист полагает, что ответ стоит искать через фильтр общественной экспертизы.

При этом Евгений Харламов считает, что, хотя сама идея выглядит логичной, на практике могут возникнуть серьёзные проблемы с исполнением такой нормы.

«Система [автоматического поиска контента] должна не только найти публикацию, но и определить её направленность: это авторские права, дискредитация, экстремизм или что-то ещё. Потом нужно понять, в чьём ведении находится материал и кто должен его рассматривать. Я предполагаю, что полностью автоматически такая система работать не сможет, а если речь идёт об алгоритмах, то они неизбежно будут ошибаться», — объяснил ForPost ситуацию специалист по информационной безопасности Марсель Дандамаев.

Сложность исполнения нормы подтвердил и эксперт по кибербезопасности Александр Алексеев.

«Технически исполнить такую норму крайне сложно, а в некоторых случаях вообще невозможно, потому что один ресурс хранит дату публикации и историю изменений, другой — нет из-за экономии места в базах данных. Где-то информация может потеряться после обновления оборудования или переразворачивания серверов», — пояснил он в беседе с ForPost.

Эксперт обратил внимание и на репост: когда пользователь его делает, система фактически обновляет публикацию.

«И вот здесь уже возникает вопрос — какую дату считать исходной? Поэтому сама идея логичная и разумная, но с технической точки зрения реализовать её крайне тяжело», — подытожил Александр Алексеев.

Получается, не исключены ситуации, когда установить реальную дату публикации невозможно. В результате правоприменение рискует превратиться в крайне субъективный процесс, считает эксперт по кибербезопасности.

К слову, в российской юридической практике уже существует понятие «неисполнимой нормы» или «неисполнимого решения суда», когда закон формально принят, но на практике его невозможно применять одинаково и предсказуемо во всех случаях. Новые поправки могут оказаться в этой категории, не исключает Александр Алексеев.

Политолог Юрий Самонкин, активный пользователь соцсетей, тоже считает, что реализация поправок неизбежно приведёт к дополнительной нагрузке не на алгоритмы, а на контролирующие органы, которым придётся проверять огромные массивы публикаций, устанавливать дату размещения контента и разбираться в юридических нюансах каждой конкретной ситуации.

«Инициатива сама по себе имеет право на существование, но здесь важно, чтобы на местах не возникали перегибы, — сказал ForPost Самонкин. — У нас уже были ситуации, когда из-за публикаций в интернете начинались чрезмерно жёсткие действия со стороны правоохранительной системы. В нынешних условиях обществу, наоборот, нужны баланс, спокойствие и понятные правила игры для всех участников информационного пространства».

Контекст имеет значение

При реализации новой законодательной инициативы важно учитывать и контекст, считает Юрий Самонкин.

«Сегодня мы видим серьёзную проблему: трэш-контент, пропаганда наркотиков, экстремистские материалы, различный контент 18+ зачастую получают куда больший охват, чем нормальный интеллектуальный или общественно-политический контент. Это создаёт искажённую информационную среду, особенно для молодёжи. Государство пытается навести порядок, и в этом смысле сама инициатива имеет практический смысл», — пояснил наш собеседник.

На этот же нюанс указал и почётный адвокат России Евгений Харламов: эпоха цифровых технологий привела к тому, что люди массово публикуют информацию, зачастую даже не задумываясь о юридических последствиях. В итоге люди перестали отличать правду от лжи.

Поэтому нынешняя система регулирования интернета ужесточается. Уже появились требования о регистрации популярных блогеров в реестрах Роскомнадзора, маркировка контента, который постоянно проверяют. Другое дело, что многие пользователи такие меры воспринимают не как способ наведения порядка, а как дополнительное давление на обычных пользователей и медиасферу, считает Юрий Самонкин.

«Есть большая разница между реальными угрозами национальной безопасности и обычными блогерами, которые иногда просто по глупости или невнимательности репостят непроверенную информацию. Человек мог увидеть какой-то пост, не разобраться, фейк это или нет, а потом сталкивается с очень жёсткой реакцией системы. Здесь нельзя перегибать. Нужны здравый смысл и более аккуратный подход», — уточнил политолог.

Смогут ли законодатели выстроить понятный механизм, при котором старые публикации не станут пожизненной угрозой для пользователей, а действительно опасный контент не выпадет из поля ответственности? Правоприменительная практика рано или поздно даст ответ на этот волнующий многих пользователей вопрос, считают опрошенные ForPost эксперты.

Роберт Вочовский