Россия восстанавливает баланс на Ближнем Востоке

На Ближнем Востоке продолжаются тектонические сдвиги, которые еще недавно сложно было даже представить. Саудовская Аравия мирится теперь не только с Ираном, но и с Сирией – а ведь именно саудиты в первую очередь давали деньги на свержение Асада. Происходящее имеет прямое отношение к интересам России.

«Создается впечатление, что в регионе идет широкий процесс перетасовки карт, следствием чего могут стать новые союзы – в результате все перевернется с ног на голову», – пишет о нынешней ситуации на Ближнем Востоке региональное издание «Аль-Джарида».

И одним из главных участников этого процесса является Саудовская Аравия. Недавно Эр-Рияд при посредничестве Китая достиг соглашения о восстановлении дипломатических отношений со своим главным региональным противником – Ираном. Сейчас саудиты восстанавливают отношения с еще одним своим врагом – президентом Сирии Башаром Асадом. Для соответствующих переговоров в саудовскую столицу приезжал высокопоставленный член семьи Асада (по слухам, этим человеком был брат президента – Махер). Как считается, саудовское посольство в Дамаске откроется по окончании священного для мусульман месяца Рамадан. А за возвращением посольств последует и возвращение Сирии в Лигу Арабских Государств.

Саудиты спешат мириться

Саудовско-сирийский процесс является частью более глобального процесса нормализации отношений между Дамаском и ближневосточными странами. После разрушительного февральского землетрясения сирийскую столицу впервые со времен начала гражданской войны посетили министры иностранных дел Египта и Иордании, а саудиты отправили в Алеппо самолет с гуманитарной помощью. 19 марта Башара Асада с женой со всеми почестями встречали в Объединенных Арабских Эмиратах.

Однако все-таки главной арабской страной сейчас является именно Саудовская Аравия, и от нее зависит степень и темп восстановления контактов между Башаром Асадом и его соседями. Судя по нынешней позиции Эр-Рияда, выбор был сделан в пользу ускорения.

На это у Саудовской Аравии есть несколько причин.

Прежде всего, это фиксация убытков. Неверная ставка на свержение Асада не только не привела к успеху, но и лишила Эр-Рияд целого ряда позиций на Ближнем Востоке.

Саудовскую Аравию вытеснили не только из Сирии, но и из Ливана – причем вытесняли не только иранцы, но и турки, которые оказались гораздо более гибкими, чем саудиты. И сейчас Эр-Рияд хочет сделать то, что начала делать Анкара (ее конкурент в борьбе за региональное лидерство) несколько лет назад после вхождения по российскому приглашению в мирный процесс – то есть вернуться в Сирию, находящуюся в центре региона. Как верно отметили в министерстве иностранных дел ОАЭ, крайне необходимо «усиливать арабскую роль в Сирии».

Но если Турция до сих пор этот процесс не завершила (все говорят о возможном саммите Эрдогана и Асада, но потенциальные переговоры об этом в Москве между сирийской и турецкой делегациями не состоялись), то Эр-Рияд хочет пройти всю процедуру за считаные месяцы. И тем самым обойти проведшую мощный дебют Анкару в эндшпиле дипломатической игры на сирийской доске.

Саудовская Аравия хочет не только вернуться, но и приобрести. Изначально главной целью Эр-Рияда в Сирии было не свержение Асада, а вывод Сирии из-под влияния Ирана. Смена режима рассматривалась лишь как (казалось бы) наиболее эффективный метод достижения этой цели.

Сейчас данный метод неосуществим – однако, как считают в Эр-Рияде, цель все еще выглядит частично достижимой. Выгнать Иран из Сирии не получится, но вполне возможно соблазнить Асада на создание параллельного стратегического сотрудничества с саудовским руководством. Хотя бы потому, что Саудовская Аравия (в отличие от Ирана) обладает десятками миллиардов свободных долларов, которые она может вложить в восстановление Сирии от последствий гражданской войны и февральского землетрясения. Проще говоря, саудиты готовы променять сломавшийся кнут на вполне себе привлекательный пряник.

Дамаск не против, Москва за

Судя по всему, Асад не против саудовского предложения. Тем более что в процессе переговоров сирийская сторона, по всей видимости, убрала ряд невыгодных для нее деталей (по данным Wall Street Journal, от Асада требовали найти компромисс с оппозицией и принять войска арабских стран для защиты возвращающихся в Сирию беженцев, однако он ответил отказом).

Сирийскому президенту нужны не только саудовские (а также эмиратские и т. п.) деньги, но также баланс слишком усилившегося Ирана. Сирийское руководство видит свою страну в качестве друга и партнера Тегерана, но не в роли вассального государства, не имеющего права на многовекторную политику. Так что у Тегерана есть все основания с осторожностью относиться к сирийско-саудовскому сближению.

Однако другой союзник Дамаска – Москва – имеет все основания быть довольным. Из всех внешних стран Россия, по всей видимости, станет главным бенефициаром данного сближения. Как минимум потому, что оно помогает России в реализации трех важнейших целей: внутрисирийской, ближневосточной и дипломатической.

Москва уничтожила террористов и помогла Дамаску вернуть контроль над огромными пространствами, однако политический процесс еще не завершен. Противники Асада до сих пор обладают большими ресурсами – и прежде всего за счет финансирования со стороны внешних игроков. Той же Саудовской Аравии. И если Эр-Рияд активно включится в политическое урегулирование сирийского кризиса (то есть, проще говоря, заставит своих прокси либо пойти на переговоры с Асадом, либо жить без саудовских денег), то Москве будет гораздо проще добиться примирения между различными сирийскими группировками.

С ближневосточной точки зрения сирийско-саудовская нормализация играет на деэскалацию в регионе. Уничтожает еще один стержень, вокруг которого выстраиваются региональные конфликты. А значит, наносит еще один удар по основаниям для сохранения американского военного присутствия на Ближнем Востоке. По сути, американцы (а также их европейские союзники, до сих пор твердящие «Асад должен уйти») оказываются в изоляции.

С глобальной же точки зрения восстановление отношений между Дамаском и Эр-Риядом усиливает российскую дипломатию. Если Вашингтон на Ближнем Востоке играл по принципу «ты либо с нами, либо против нас», то Россия действовала исходя из тезиса «мы дружим со всеми, кто не дружит против нас».

В 2010-е годы, когда Россия с этим тезисом заходила в регион, он казался почти невыполнимым. Турки конфликтовали с сирийцами, иранцы с саудитами, израильтяне вообще со всеми арабами (как и иранцы, конфликтовавшие еще и с израильтянами). И каждая из сторон пыталась взять Россию своим союзником против другой.

В итоге Москва не только сумела удержаться на тонкой грани нейтралитета, но и активно способствовала процессу сокращения этих конфликтов (саудовско-иранского, сирийско-турецкого, а теперь и саудовско-сирийского). Что не только способствовало стабилизации ситуации в регионе, но и соответствовало российским интересам.

Россия фактически перетасовывала все карты на Ближнем Востоке, результатом чего стали новые союзы и переворачивание всего с ног на голову. Ну, точнее, с головы на ноги – то есть в ту форму взаимодействия и сотрудничества государств, которая считается нормальной, цивилизованной и правильной. А значит – приносящей пользу России.

Геворг Мирзаян,