Работу не найти, сотрудников не нанять: что означает новая ситуация на рынке труда

На рынке труда — новый расклад: ни работодатели, ни соискатели не рискуют делать первый шаг. Эксперты назвали это «рынком ожидания» — ситуацией, которая напрямую касается миллионов людей. В чём суть паузы и кто из неё может выйти сильнее?

Рынок труда замер в ожидании

Рынок труда в России больше не является ни «рынком кандидата», ни «рынком работодателя», считает управляющий партнёр кадровой компании Владислав Быханов. По его словам, сейчас проходит новая фаза — «рынок ожидания», где обе стороны заняли выжидательную позицию, передаёт «Газета.Ru».

Сегодня работодатели не диктуют правила игры, так как у многих компаний недостаточно новых проектов, чтобы активно нанимать сотрудников и формировать жёсткие условия приёма, уточнил Быханов.

«Но и кандидаты не спешат соглашаться на первое попавшееся предложение — они предпочитают ждать более понятной и стабильной ситуации», — добавил он.

Есть и фактор сезонности. Летний период считается более спокойным, но сейчас он усиливает эффект стагнации: бизнес откладывает расширение команд, а соискатели — активный поиск.

Сейчас наблюдается «редкий баланс»: как работодатели, так и кандидаты готовы переждать ближайшие месяцы, отметил Быханов. По его оценке, это «не похоже на кризис в классическом смысле, а больше — на паузу перед новым циклом роста».

Почему все боятся делать первый шаг

В России все задачи экономического развития сегодня решаются в условиях полной или частичной неопределённости, и рынок труда — не исключение, сказал ForPost кандидат экономических наук Сергей Гатауллин.

«В ситуации околонулевого темпа экономического роста и фактической стагнации рынок труда действительно замер в ожидании чуда: работники не хотят терять рабочее место, понимая, что в моменте лучшего предложения нет; работодатели пытаются сохранить кадры при крайне ограниченной доступности заёмных средств», — считает он.

Основной аргумент ЦБ РФ для высокой ключевой ставки — исчерпание возможностей бизнеса по найму и необходимость повышения производительности труда, напомнил экономист.

«Это верно, но только на уровне лозунгов. В реальности с рынка уходят не слабые компании, а те, которые не имеют доступа к финансированию на специальных условиях», — полагает Гатауллин.

Какие факторы заморозили рынок труда

В начале года директор по продукту ИИ-платформы кадровой аналитики компании «Стахановец» Карина Остроносова говорила, что рынок труда стал более сбалансированным: если раньше при большом дефиците кадров соискатели диктовали условия, то сейчас предложение и спрос выровнялись.

Но со временем появился и «рынок ожидания» как отдельное явление.

«Сейчас мы наблюдаем не баланс, а стагнацию сделок. Работодатели воздерживаются от найма из-за отсутствия видимых инвестиционных горизонтов, соискатели — из-за невозможности оценить долгосрочную стабильность работодателя. Такое состояние взаимного отложенного спроса не является частью сбалансированного рынка, это его антипод — рынок с замороженной ликвидностью», — пояснила собеседница ForPost.

Она считает, что у этого есть три ключевых фактора:

• макроэкономический — высокая ключевая ставка сделала длинные инвестиционные циклы невозможными, компании не видят горизонтов для стратегического найма и перешли в режим операционного удержания;
• структурный — перекос зарплат в оборонном и государственном секторах разрушил единую систему координат по стоимости труда. Гражданские работодатели не готовы достигать этого уровня, а соискатели воспринимают обычные рыночные предложения как несправедливо низкие;
• психологический — накопленная за последние циклы волатильность сделала осторожность доминирующей стратегией. Работодатели и кандидаты на трудоустройство предпочитают не совершить ошибку, чем заключить сделку.

«Рынок ожидания»: кто может усилить позиции

«Рынком ожидания» могут воспользоваться и работодатели, и соискатели, продолжила Карина Остроносова.

По её мнению, это касается компаний с коротким, прозрачным операционным циклом, особенно работающих под понятный государственный или крупный корпоративный заказ:

«Они могут предложить то, чего сейчас ждут соискатели, — не карьеру, а чёткий проектный период с гарантированной оплатой. Это снимает страх внезапного увольнения и позволяет нанимать лучших из тех, кто находится в режиме выжидания».

А среди соискателей — узких специалистов, обеспечивающих непрерывность текущих процессов: производственный персонал, ИТ-поддержка, бухгалтерия, технические специалисты, уточнила Остроносова:

«В ситуации, когда работодатели боятся нанимать стратегических менеджеров и руководителей на долгий срок, они вынуждены усиливать операционку. Эти специалисты получают возможность требовать премию за срочность и дефицит альтернатив».

Для всех остальных участников рынка точка неопределённости несёт риски: работодатели теряют пассивных высококлассных кандидатов, а соискатели — время, которое в условиях исторически низкой безработицы было их главным переговорным капиталом, подытожила она.

Почему оценки рынка труда могут быть однобоки

Скептически отнеслась к оценкам рынка труда в России председатель Независимого профсоюза «Новый Труд» Дарья Митина.

Ошибочно считать, что он на каком-либо этапе был полностью рынком соискателя или полностью рынком работодателя, всё зависит от отрасли, региона и конкретной ситуации, считает она:

«Поэтому однозначные оценки здесь неприемлемы — можно говорить лишь о тенденциях и векторах. Даже в условиях тотального кадрового дефицита, наблюдавшегося последние два года на фоне рекордно низкой безработицы, ситуация далеко не однозначна».

Нельзя забывать, что речь идёт об официальной, то есть зарегистрированной, безработице, а скрытая никогда не учитывалась, что связано с большим теневым сектором экономики и с тем, что многие не встают на учёт на бирже труда, уточнила Митина.

«Кроме того, появление платформенной экономики создаёт иллюзию почти тотальной занятости, — считает она. — Потому что если человек, например самозанятый, провёл хотя бы один платёж или совершил одну продажу на 100 рублей, он уже не считается безработным по статистике. Он попадает в категорию лиц с гибридной занятостью».

На рынке труда остаётся дисбаланс

Впрочем, признаёт Митина, статистика гибридной занятости не отражает всей глубины перемен на рынке труда. Так, всё больше людей возвращаются в найм — уже более 90% тех, кто уходил из него в ковидные годы и раньше.

А динамика роста гибридной занятости, при которой чередуются работа в офисе и удалённо, существенно замедлилась. По оценке эксперта, это говорит о том, что люди, испробовав все её бонусы, преференции и преимущества, всё равно предпочитают быть трудоустроенными, и не только из-за социального пакета:

«Социальный пакет, безусловно, играет роль, но не главную. Люди хотят иметь профессию и возможность в ней расти. Плюс нематериальные факторы — давайте и их не сбрасывать со счетов».

Особенно если человек занят квалифицированным трудом: для него гибридная занятость — скорее дополнительный костыль на кризисное время, считает она:

«Когда совсем плохо или нужны быстрые дополнительные деньги, он, конечно, так или иначе участвует в гибридной занятости. Но тяга людей к постоянной работе — возможно, даже не к такой высокооплачиваемой, как шальные деньги в «гибриде» — это на самом деле тенденция. И я не могу сказать, что она нездоровая, наоборот».

Должны быть омниканальность, так называемая полифония, возможность выбора, подчеркнула председатель Независимого профсоюза «Новый Труд».

Человек, не имея возможности трудоустроиться на приемлемую для него позицию, должен иметь возможность подрабатывать и зарабатывать на платформах в любой форме гибридной занятости, отметила она. Но в целом, как ей видится, это показатель оздоровления общества — люди предпочитают шальным деньгам без всяких гарантий именно старый добрый найм.

Однако сейчас всё очень зависит от отрасли, от специальности и так далее, пояснила Митина. Сказочные доходы дефицитных рабочих специальностей (сварщиков, фрезеровщиков и прочих) до сих пор сохраняются в сырьевом секторе. Но на обычных предприятиях у тех же специалистов зарплаты намного меньше.

Поэтому нельзя говорить о промежуточном этапе на рынке труда России, который очень подвижен — его сложно зафиксировать в какой-то точке, сказала собеседница ForPost.

«И, конечно, сказывается экономический кризис, связанный с множеством факторов — прежде всего военными расходами, политикой Центробанка, отдельными огрехами разных ведомств и так далее. Это ухудшает экономическую конъюнктуру и, естественно, сказывается на занятости. Поэтому мы видим, что рынок труда как был дисбалансирован, так и остаётся. Тем не менее, никогда не надо смотреть на проблему в статике, надо смотреть в динамике», — заключила Митина.

Алексей Лохвицкий