Исчезнувший Чаир — первый сожжённый фашистами посёлок Крыма

Тишину зимнего утра разрезал внезапный шум моторов. В рассветных сумерках 4 февраля 1942 года несколько сотен эсэсовцев выскочили из 15 машин на окраине рабочего посёлка Чаир, затерянного в лесистых складках верховий реки Кача. Немцы торопились, замыслив страшное — впервые в истории оккупации Крыма уничтожить целый населённый пункт вместе со всеми его жителями.

Символично, что три года спустя именно в этот день в Ливадийском дворце начала работу Ялтинская конференция, где лидеры стран антигитлеровской коалиции обсудили послевоенное устройство мира.

Шахтёрский посёлок в горах Крыма

Первые казармы, а позже — общежития и жилые дома появились на пологом склоне балки Чуюн-Илги, или Янган-Чаир (что можно перевести как «горевший чаир, сад в предгорье») в 1920-е годы. Здания здесь строили для рабочих угольных копей в горе Бешуй-Шор — одном из отрогов Бабуган-Яйлы, где находится высшая точка Крыма — Роман-Кош.

«Русскоязычное население стало называть это место просто Чаир. Ни в каких официальных документах название посёлка Чаир не встречается», — подчеркнул составитель вышедшего в 2026 году историко-топонимического путеводителя «По дороге Врангеля» (по Бешуйской железнодорожной ветке) Юрий Беляев.

Неофициальное название глубоко вошло в обиход, и через двадцать лет, в годы Великой Отечественной войны, как видно из исторических документов, именно его использовали и местные жители, и партизаны.

Из воспоминаний командира Южного соединения партизанских отрядов полуострова Михаила Македонского видно, что шахтёрский посёлок был особенно дорог для народных мстителей.

«Его жители, преимущественно шахтёры Бешуй-копей, всячески помогали партизанам. Сюда мы приходили отдохнуть и обсушиться, здесь же размещали больных и раненых», — писал герой в своей книге мемуаров «Пламя над Крымом».

По его данным, практически всё население Чаира было патриотически настроенным. Лишь единицы поддались на пропаганду оккупационных войск, и именно они обрекли односельчан на гибель.

Когда предательство приходит изнутри

По словам Михаила Македонского, когда фашисты захватили Крым, староста посёлка по фамилии Анохин агитировал жителей Чаира не сопротивляться, а наоборот, содействовать оккупационным властям. Такая позиция стоила ему жизни.

«Партизаны расстреляли предателя народа. <…> Вместе с Анохиным расстреляли бывшего начальника планового отдела шахтоуправления Давыдова, который в первый день прихода немцев составил списки коммунистов и тех, кто ушёл в партизаны», — написал автор книги «Пламя над Крымом», добавив, что после этого партизаны подожгли две штольни и вывели из строя шахту.

Новым старостой стал Алексей Литвинов. По оценке Михаила Македонского, назначенный немцами глава Чаира «умел ладить и с военными, и с цивильными», а его дочь Рита даже искала дружбы с офицерами вермахта. Впрочем, оба держали язык за зубами, и о связи жителей с партизанами поначалу не докладывали.

Решающую роль сыграла случайность. Рита Литвинова приревновала одного из своих ухажёров к Любе Мартышевской — молодой жительнице Чаира. Люба в это время прятала у себя дома двух тяжело раненных красноармейцев. Она ненавидела оккупантов и не допускала даже мысли о каких-либо романтических отношениях с ними.

Однако, как писал Михаил Македонский, поддавшись эмоциям, Рита отправилась в гестапо, располагавшееся в соседнем посёлке Коуш, который сегодня уже не существует.

Сначала её там даже не стали слушать — начальник отделения тайной полиции выгнал женщину. Но на выходе Рите встретился знакомый по фамилии Лазарев, который к тому времени стал командиром взвода карателей. В порыве чувств она рассказала ему о связи Любы с партизанами и о том, что у неё скрываются красноармейцы — Кожедуб и Семён Дидель.

Лазарев отнёсся к услышанному серьёзно и предложил Рите повторить это уже в гестапо. Там ей пришлось рассказать всё, что она знала.

Через несколько дней, 2 февраля, отец Риты покинул Чаир. Позже партизаны поняли: этот побег стал сигналом для начала расправы над посёлком.

Карательная операция зимы 1942 года

Четвёртого февраля в 6:30 утра 250 фашистов на 15 машинах прибыли в занесённый снегом горный посёлок.

«”Шнель, шнель!” — раздавалось в морозном воздухе. Врываясь в дома, гитлеровцы выталкивали людей на улицу. Слышались крики, стрельба, плач детей», — написал со слов выживших чаировцев Михаил Македонский.

Одной из первых жертв карателей стала та самая Люба Мартышевская. По данным партизана, девушку в полуодетом виде вытащили на улицу и принялись избивать. Особенно старались коллаборационисты: тот самый Лазарев и Ягья Смаил. Не успокоившись, изверги выкинули из дома ребёнка несчастной, а жилые помещения, облив керосином, подожгли. Только после этого они перешли к расправе над соседями.

Придя в себя, Люба кинулась к избе, где на чердаке укрывала раненых солдат. Но Лазарев схватил её и потащил на площадь. Женщина стала взывать к его совести, и на короткий миг ей показалось, что он внял её мольбам.

«Лазарев махнул рукой, а когда Люба, прижимая к груди ребёнка, бросилась к дому, поднял карабин и выстрелил ей в спину. Пуля пробила грудь матери и голову ребёнка. Мартышевская замертво рухнула на землю», — описал гибель несчастной Михаил Македонский.

Так в огне заживо погибли оба скрывавшихся красноармейца, не в силах оказать никакого сопротивления врагу.

Не менее страшный конец, по словам немногих оставшихся в живых очевидцев трагедии, ждал и проживавших в Чаире мужчин. К тому времени мужское население посёлка состояло лишь из стариков и подростков. Немцы не стали брать во внимание возраст и не позволили толком одеться и обуться, отвели всех к ближайшему оврагу, где по очереди расстреляли.

Ставших вдовами и сиротами женщин фашисты заставили вынести из домов все ценные вещи. Сами же начали вспарывать матрацы и перины, а после поджигать здания.

Оставшихся в живых чаировцев под усиленным конвоем повели в Коуш, который, по воспоминаниям партизана Ильи Вергасова, фашисты к тому времени превратили в укреплённый бастион в горах. По пути только одной женщине удалось сбежать. Кроме неё по счастливой случайности при расстреле удалось выжить двум подросткам. Все трое ушли в Бахчисарайский отряд народных мстителей.

Ответ партизан на уничтожение мирных жителей

Уничтожение целого посёлка немцам не удалось сохранить в тайне. Партизаны в тот же день явились на пепелище.

«До сих пор мы только слыхали о зверствах оккупантов. Теперь же партизаны стали живыми свидетелями кровавой расправы, — признал автор книги «Пламя над Крымом». — И от этого наши сердца наполнялись гневом, жаждой справедливой мести».

По словам Ильи Вергасова, Центральный штаб партизанского движения приказал отрядам захватить Коуш и разделаться с его гарнизоном. Боевая операция была разработана в короткий срок, и ночью советские патриоты выступили навстречу врагу.

«Я очень отчётливо запомнил все подробности этого первого для меня ночного боя. Удивляло умение партизан действовать в этом кипящем огненном котле. <…> Стрельба то утихала, то опять возобновлялась с возрастающей силой, особенно в районе, где действовал Македонский», — поделился воспоминаниями Илья Вергасов в своей книге «В горах Таврии».

Несмотря на ярость и внезапность атаки партизан, немцам всё же удалось её отбить.

От восстановления к исчезновению

На несколько лет в этих краях жизнь замерла. Однако, когда в 1944 году Крым освободили, Бешуйские угольные копи восстановили.

Месторождение проработало до 1949 года — до тех пор, пока не возобновили прерванные войной поставки на полуостров более качественного донецкого сырья. Так что в 1950-е годы оживший было горный посёлок стал пустеть. В 1976 году населённый пункт окончательно расселили, потому что он оказался в санитарной зоне строящегося Загорского водохранилища, которое по подземному туннелю питает водой ЮБК.

Долгие годы покой этого укромного места нарушал лишь противотуберкулёзный санаторий для детей «Крымский». Лечебное учреждение проработало в верховьях долины Качи до 1984 года: по данным газеты Бахчисарайского района «Слава труду», его закрыли, потому что территорию включили в состав Крымского природного заповедника (сейчас нацпарк «Крымский»).

Не в силах наблюдать запустение памятников героям Великой Отечественной войны, в 2015 году шефство над братской могилой партизанам и жителям Чаира взяли крымские спасатели.

«Теперь каждый год в конце апреля мы выезжаем на место и приводим его в порядок: ограду восстановили и покрасили памятник», — рассказал ForPost начальник Бахчисарайского аварийно-спасательного отряда ГКУ РК «КРЫМ-СПАС» Игорь Мирошниченко.

В этом году попасть на территорию бывшего героического посёлка спасателям помешала погода: из-за обильно выпавшего снега дороги в те места стали непроходимыми.

Память о сожжённых сёлах Крыма

Увы, победа в любой войне имеет цену, которая во многом складывается из невинных жертв, жителей таких посёлков, как Чаир. На Ялтинской конференции, начавшейся 4 февраля 1945 года — ровно через три года после трагедии в горах, генералиссимус Советского Союза Иосиф Сталин неоднократно напоминал союзникам о роли советского народа в разгроме фашистских войск.

В 2025 году, отдавая дань уважения героическим предкам, Крым учредил новую мемориальную дату в региональном календаре. Теперь 13 декабря отмечается как День памяти жителей сожжённых и уничтоженных сёл в период нацистской оккупации полуострова.

Пелагея Попова

Фото: автора