Выборы и пенсии: «тебе, старичок, в крематорий пора»

Второй раз за три с небольшим года наблюдается странное совпадение. Сразу после триумфальных для власти выборов (президентских в 2018 г. и думских в 2021 г.) сознательным избирателям сообщают, что следует внести изменения в пенсионное дело.

Вообще говоря, логическая конструкция "Post hoc ergo propter hoc" (в современном варианте "Совпадение? Не думаю") не обязательно должна быть истинной.



Но уже два раза – поневоле наводит на всякие мысли.

В 2018 г. (после многолетних клятв ничего не менять в законодательстве о пенсиях) вдруг резко заговорили о необходимости повысить на 5 лет пенсионный возраст – и повысили.



Кстати, одной из деятельных двигателей пенсионной реформы была глава ЦБ Э. С. Набиуллина.

Сейчас сразу на следующий день после думских выборов о пенсионном деле в разрезе "Спасение утопающих – дело рук самих утопающих" заговорил первый зампред ЦБ С. А. Швецов.



Тут нужно уточнение: у Набиуллиной четыре первых зама и четыре просто зама. То есть Швецов, возможно, не самая главная фигура после Эльвиры Сахипзадовны. Но и не последняя.

Реакция начальницы на речи Швецова была скорой и весьма негативной – видать, с 2018 г. времена отчасти поменялись. Э. С. Набиуллина ответила на его либерально-завиральное выступление (к тому же явно нарушающее субординацию, о таких вещах не заму говорить): "Я сожалею о крайне неудачной формулировке своего заместителя по вопросу поддержки пенсионеров".



С учетом того, что глава ЦБ чрезвычайно сдержана в своих публичных выступлениях, ситуация была совершенно ильф-петровской – "Любой пикейный жилет из кафе "Флорида", знавший Фунта издавна, например, Валиадис, он подумал бы: "Фунт ужасно разгорячился, он просто вне себя".

А с учетом того, что реакция последовала всего через четыре часа, не исключено, что имел место животворящий пендель – "Это что Ваши заместители себе позволяют?".

При этом в принципе нельзя исключить, что дела с Пенсионным Фондом неважные и реформаторские мероприятия в духе Джека-Потрошителя неизбежны.



Но в такой политически скверной ситуации – чего уж там хорошего – сугубо и трегубо важно, как об этом говорить, кто об этом говорит и когда он говорит.

И здесь Э. С. Набиуллина права. Все было крайне неудачно.

Про выбор момента – сразу после выборов – мы уже сказали. Скорее всего, Швецову просто присущ политический идиотизм, и логика "А таперича все можно!" в его сознании не имела места – но попробуйте докажите это публике. Из двух версий – идиотизм или коварный расчет – она всегда выберет вторую.

Про то, как это было подано, просто процитируем:



"Помогать пенсионерам немножко поздно. Помогать нужно гражданину выйти на пенсию с хорошим пенсионным проектом, который прежде всего должен быть сформирован самим гражданином в течение всей жизни. Это могут быть акции, пенсионные фонды, страховые компании, в конце концов - покупка недвижимости, которая поможет человеку при ее сдаче в аренду. Это называется капитализм. Когда человек вышел на пенсию, полагаясь полностью на государство, это социализм. Мы скорее ближе к нашему советскому прошлому в этом плане, и предложение ЦБ и Минфина — как раз эту трансформацию начать".



То есть он говорил как бы и не совсем от себя, а от имени правительства тоже. Лучшего способа взбудоражить людей не придумаешь.

"Помогать пенсионерам немножко поздно" – это известное дело, "Тебе, старичок, в крематорий пора". Может быть и пора, но говорить это вслух…

Тот довод, что социализм в пенсионном деле – это не годится, а нужен капитализм, когда всякий гражданин способен накупить различных (и притом безопасных) финансовых инструментов, возможно, был популярен на закате СССР, когда с капитализмом связывались надежды на все хорошее.



С тех пор была галопирующая инфляция, сгоревшие вклады, МММ, дефолт, пенсионные фонды, владельцы которых оказывались в Лондоне etc., и вера в живительное дыхание капитализма у многих (но не у С. А. Швецова) несколько померкла.

Верным финансовым инструментом сейчас сочли бы разве что золотые кругляши в свинье-копилке. Но беда в том, что для этого нужен металлический стандарт, которого нет уже век. И не предвидится.



Все прочее оказывается на линии азартных игр, где почему-то всегда выигрывает банкомет.

А совет покупать инвестиционные квартиры примерно равнозначен совету при отсутствии хлеба кушать пирожные. Доверие к таким советчикам замечательно вырастает.

Но не менее важно то, кем все это было подано, т. е. личность советчика и его собственные доходы.

Согласно официальным данным ЦБ Швецов получает в год 51 млн. руб. и является самым высокооплачиваемым человеком в этом учреждении (Набиуллина занимает только третье место).



Получая такую белую зарплату, в сорок, если не в сто раз превышающую среднестатистическую, можно и собственный пенсионный проект сформировать, играя с разными финансовыми инструментами. А также с важностью поучать менее достаточных граждан.

Но это – только белая зарплата, тогда как имя первого зампреда ЦБ постоянно связывается с зарубежной недвижимостью. В Испании, США, Мексике – и все, наверное, инвестиционной.



Причем постоянно высказываются сомнения в том, соответствуют ли эти негоции гражданским установлениям и дальнейшим видам России. Некоторые считают, что не совсем соответствуют.

Безусловно, трастовое законодательство умеет много гитик, однако не с такими скелетами в шкафу раздавать полезные советы трудящимся.



Тут более уместно правило "Помолчи, за умного сойдешь". Ведь многие олигархи, с одной стороны, тоже могут дать много рекомендаций простому народу, с другой – тоже имеют в послужном списке некоторые интересные эпизоды. Но они хранят молчание – и правильно делают.

Э. С. Набиуллина вряд ли может не знать особенности биографии своего заместителя. И не понимать, что он подставляет не только себя – это черт с ним, но также и контору, и  саму донью Эльвиру.



Вероятно, тем и объясняется ее бешенство.

Другой вопрос, вычистят ли С. А. Швецова по первой категории, чтобы он procul negotiis занимался исключительно своим индивидуальным пенсионным проектом, или к нему будет проявлен гуманизм – сболтнул лишнего, с кем не бывает?



Максим Соколов