Вколите им глюкозу! Из мастеров культуры в предатели

Украинские погранцы сделали то, что должны были сделать погранцы российские и российские же медиа, а лучше – российские граждане. Именно – продемонстрировать всё лицемерие так называемых звёзд (селебрити). Причём, не просто лицемерие, а всю их мелочность и насекомоподобность.

Вот сидит девочка в лазурном худи. Делает вид, что не знает, когда она приезжала в Крым. (Хотя, на самом деле, конечно, она всё знает). А потом, захлёбываясь слюной услужливости, заявляет: «Для меня попасть на Украину намного важнее. Крым украинский». Это я о российской певице Глюкозе, которая вела себя так на украинской таможне, пытаясь просочиться на Украину, до этого побывав на российском полуострове.

Девочка испугалась, девочка не знала, что отвечать. Так некоторые пишут в комментариях. Глупости. Она никакая не девочка и прекрасно знает, что отвечать. Потому что от ответов зависит главное – бабло. А вся эта катафалка российского шоу-бизнеса едет исключительно ради него.

Есть такой олдскульный вопрос: «С кем вы, мастера культуры?». Сейчас задавать его наивно. Потому что критерия нет, как нет и понятия патриотизма. Это что-то из параллельной реальности. Люди мчат зарабатывать бабло, а вы тут о каком-то патриотизме.

Но остаются хотя бы элементарные инстинкты самосохранения, не правда ли? Как так получается, что Глюкоза едет в Киев, перед этим заскочив в Крым? Или она хотела повторить фокус Екатерины Варнавы, которая и там, и тут побывала? Не всем, выходит, дано – попой-то на два стула.

Так как все эти люди – подобные Глюкозе – могут называться российскими артистами? А именно: можно ли давать им эфиры, приглашать их на официальные мероприятия? Ведь они отрицают своих соотечественников и территориальную целостность страны. Потому ответ – нет.

Странно как получается: мы требуем от народа патриотизма, идейности, с утра до вечера его, этот народ, пичкая патриотической повесткой – ну и? На выходе-то что? Почему одним можно, а другим нельзя? Как так получается, что Варнава по Киеву и Москве скачет, а простой человек к родственникам приехать не может?

И таких, как Глюкоза, – великое множество. Тот же Борис Гребенщиков фотографировался и с Геращенко, и с Саакашвили – обнимался с ними. Александр Ревва – он же Артур Пирожков – мотается на Украину, пока его родной Донбасс утюжит украинская армия. Впрочем, стоп. Таких примеров – десятки. Смысл их перечислять? Имя им легион.

Вот что важно! Это не поступки конкретных людей, нет – это образ мышления определённой группировки, прослойки, вообразившей и провозгласившей себя элитой. И им позволили это сделать.

Глюкоза и такие, как она, фактически унизила миллионы крымчан и севастопольцев. Тех, кто выбрал Россию в 2014 году. А теперь приходит какая-то девочка и, по сути, говорит: «Вы дураки, Украина намного важнее, вы предатели, а Крым украинский». Это если переводить на общедоступный язык, без эвфемизмов.

А дальше что? Собирается ли Глюкоза извиняться перед севастопольцами и крымчанами? Вернее так – заставят ли это её сделать? Потому что Крым, конечно, российский, но порой выясняется, что не для всех. Не только для таких, как Глюкоза, но и для таких, как Греф, например. Может, хватит этого лицемерия элит? Или берём, когда надо, а когда не надо орём, что Крым украинский?

Кто-то может сказать: «А если она и, правда, так считает? Как Макаревич или Гребенщиков». Хорошо, пусть считает. Но тогда, как Макаревич и Гребенщиков, пусть не прётся в Крым, а разъезжает по Украине, раз она ей так дорога.

Вывод тут только один. Глюкоза и иже с ней обязаны извиниться перед крымчанами и севастопольцами. До этого любые визиты на полуостров таких, как она, необходимо заблокировать. А сам поступок нужно не просто пожурить – мол, ну ошиблась, – а рассматривать как посягательство на территориальную целостность Российской Федерации.

К сожалению, в конечном итоге такие, как Глюкоза и Артур Пирожков, воздействуют на умы сотен тысяч граждан, вбивая им ложные идеалы и, по сути, отрицая ценности миллионов россиян.

И заметьте, термин «предатель» – как и соответствующее наказание за него – никто не отменял.

Платон Беседин