Во все времена Крым являлся местом творческого паломничества для русских художников. Сюда приезжали лечиться, искать вдохновение или даже «чистить палитру». К 183-летию великого пейзажиста Архипа Куинджи ForPost узнал, зачем художник разжился землёй в Крыму, как проходила знаменитая летняя пленэрная практика, и откуда в Крыму появилась байка о «даче Куинджи».
Земля для товарищей
Архип Куинджи решил обзавестись землёй в Крыму в возрасте 45 лет. Со слов русского критика и публициста Михаила Неведомского, художник планировал проводить на участке собрания группы товарищей-передвижников. Для этих целей он надеялся выстроить дом и библиотеку.
«Но остальные «пайщики» охладели по разным причинам к общей затее, и земля осталась за Архипом Куинджи», — написал Неведомский в своей книге «А.И. Куинджи: Биография и характеристика».
Как рассказал ForPost краевед Александр Вертинский, в 1886 году живописец купил два южнобережных участка общей площадью 245 гектаров. Первый из них назывался Ненели-Чукур и располагался в районе нынешнего посёлка Кацивели, около мыса Троицы (в прошлом мыс Кикенеиз).
Буквально в нескольких километрах к западу от «мятного оврага» расположился и второй участок Куинджи с названием Сара. По словам краеведа, рядом с этим участком лежала крымскотатарская деревня Кучук-Кой.
«В 1948 году деревню Кучук-Кой переименовали в Бекетово. А к 1977 году село Бекетово присоединили к посёлку городского типа Парковое», — объяснил Александр Вертинский.
Архип Куинджи, «Морской берег. Крым». 1885-1890 год.
Раскладной дом
Привычный к скромному и аскетичному образу жизни, Архип Куинджи не стал облагораживать участок и оставил природу в первозданном виде. Публицист Михаил Неведомский в своей книге описывал эти места как «смесь пологих спусков и крутых откосов, сплошь покрытых лесами и кустарниками».
Выстраивать себе дачу великий живописец тоже не стал. Вместо этого он разработал чертежи складного дома, который ему изготовили в Севастополе. Летом сторож из местных жителей привозил домик на участок. С холодами жилище складывалось, погружалось обратно в повозку и уезжало в деревню до весны.
«“Вилла” Куинджи состояла из шести квадратных щитов, около сажени в поперечнике. В одном щите были проделаны окно и дверь; верхний, служивший крышей и потолком, был на шарнирах, и ночью его поднимали. Внутри могли поместиться две кровати и между ними, но уже с трудом — столик и стул», — описывал строение Михаил Неведомский.
Всё свободное время в Крыму Архип Куинджи посвящал созерцанию и рисованию. Художник часами наблюдал за морем, пытаясь уловить игру цвета в его волнах и любовался своей любимой скалой Узун-Таш.
Таким Куинджи изобразил любимый Узун-Таш в 1887 году.
Почистить палитру
Примерно 10 лет спустя вслед за Куинджи на дачу прибыли его ученики. Мастер организовал для будущих художников настоящую летнюю практику, которую полностью оплатил из своего кармана. По железной дороге группа куинджинистов приехала в Бахчисарай. Остальной путь до «виллы» своего учителя им предстояло преодолеть пешком, делая привалы, чтобы поспать или порисовать.
«Здесь начинались пленэры. Простыми словами, рисование на природе», — поделилась с ForPost председатель крымского отделения «Союза художников России» Елена Молчанова.
По словам эксперта, впервые к пленэрной живописи обратились французские импрессионисты. Новый подход помог им лучше понять особенности светопередачи и цветовых сочетаний, создать которые может только природа. В своё время пленэрами увлёкся и Куинджи, а в возрасте 55 лет он уверенно прививал практику наблюдения за природой своим ученикам.
«Крымское солнце располагает к изучению пленэрной живописи. Раньше существовала такая фраза: в Крым художники приезжают, чтобы почистить свою палитру. Здесь они учились по-новому смотреть на цвет», — пояснила Елена Молчанова.
На одном из своих полотен Куинджи изобразил подёрнутый утренней дымкой Ай-Петри.
Плавучая доставка
Из воспоминаний учеников Архипа Куинджи можно узнать много забавных историй о летней практике. Например, Аркадий Рылов, известный русский пейзажист и график, рассказывал, как ему приходилось «работать» плавательным средством.
В то время Куинджи вновь решился на постройку дома. Возвести жилище художник хотел непременно на Узун-Таш. Для этого он придумал систему столбов из рельсового железа, которые должны были удерживать дом на отвесной скале.
«Утром, когда мы писали этюды, Архип Иванович вплавь отправлялся на Узун-Таш. Я, как хороший пловец, должен был доставлять ему вплавь рубашку, высокие сапоги, зонтик, бумагу и карандаш», — писал Аркадий Рылов в своей книге «Воспоминания».
К счастью, ученикам удалось отговорить Куинджи от строительства. Они опасались за устойчивость будущего дома перед морской стихией. Учитель прислушался к своим воспитанникам и оставил эту затею.
Нереализованное завещание
До конца жизни Архип Куинджи так и не воздвиг ни одной монументальной постройки на территории в 250 гектаров. Угасая от болезни сердца, художник решил возложить эту задачу на общество художников имени А.И. Куинджи.
«Первое заседание учредителей состоялось у меня в квартире 6 декабря 1908 года, — вспоминал Михаил Неведомский. — Архип Иванович поручил мне объявить присутствующим, что жертвует Обществу свою землю в Крыму (225 десятин) и 150 тысяч деньгами, на проценты с которых Общество будет выдавать три премии».
Члены общества загорелись идеей построить на месте имения дом-санаторий и мастерские. В них могли бы отдыхать и работать художники со всей России. Но, как печально заметил в беседе с изданием краевед Александр Вертинский, задумки так и не были реализованы.
Такое объявление краевед нашёл в газете 1918 года.
Дом, которого не было
Впрочем, намерение художников создать на Южном берегу Крыма санаторий среди местных жителей обрастало слухами. Так, в глазах крымчан Архип Куинджи посмертно обзавёлся вторым крымским адресом — домом по улице Розы Люксембург в Алупке, где располагалась летняя база практики студентов Императорской академии художеств.
«Конечно, «дачи Куинджи» тут никогда не было. Но в непростой обстановке, когда после 1991 года наша База внезапно оказалась на территории другого государства, Институт не стал отрицать или развенчивать миф. Имена прославленных художников, а особенно байка о «даче Куинджи» способствовали закреплению статуса», — призналась заведующая практикой Санкт-Петербургской академии художеств имени Ильи Репина в 1980-е годы Татьяна Веретенко.
Как эксперт писала в своей работе «Некоторые штрихи к истории Базы практики Академии в Алупке», на самом деле дом №24 ещё до революции находился во владении местного богача Бориса Телепчи. В первые советские годы здесь располагался дом отдыха Московского историко-философского института, а уже в 1935 году власти изъяли здание и безвозмездно передали художникам.
На картах этот дом значится как «музей-квартира Куинджи».
В 1995 году история с Архипом Куинджи неожиданно получила продолжение. Крымское отделение общества Николая Рериха согласовало с академией установку на опорной стене базы памятной доски о русских пейзажистах, которые работали в Крыму. По ошибке или нарочно — на мемориальной доске написали, что в доме №24 жил великий живописец Архип Куинджи.
Справка: Архип Иванович Куинджи родился 27 января 1841 года в одном из сёл Мариупольского уезда и был выходцем из небогатой семьи грека-сапожника. За 69 лет жизни пейзажист создал более 500 полотен, многие из которых посвятил красотам Крыма. Одним из последних культовых произведений Куинджи считается картина «Христос в Гефсиманском саду», которая находится в коллекции Воронцовского дворца-музея в Алупке.
Читайте по теме: Судьба художников Богоявленских, или Как Крым лишился богатой коллекции искусства
Напомним, 5 лет назад житель Крыма Денис Чуприков смог разжечь в соотечественниках интерес к полотнам Архипа Куинджи весьма необычным способом. Во время выставки художника в Третьяковской галерее крымчанин украл одну из известнейших картин Куинджи «Ай-Петри. Крым».
Елена Фокина
Фото: Онлайн музей|gallerix.ru, Виртуальный русский музей|rusmuseumvrm.ru, Александр Вертинский, Пелагея Попова|ForPost
его предков переселили из Крыма в 1780-х, и зная это, он наверно по особому относился к Крыму