После смерти — в пепел: приживётся ли кремация в Крыму

Жители Крыма ещё при жизни могут решить, что делать с их телами после смерти, — первый на полуострове крематорий, построенный в селе Красная Зорька Симферопольского района, готов заключать прижизненные договора на ритуальные услуги и кремацию.

Первый такой договор уже заключён, ещё десяток желающих подписать ждут своей очереди, сообщил на пресс-конференции в Ялте руководитель крематория Михаил Ремез. По его словам, в Европе практика прижизненных договоров очень распространена, пишет портал «Ялта 24».

«Понятно, что у европейцев другой менталитет, в Европе другие гарантии, но наши люди также начинают понимать, для чего и в каких случаях это делается», — сказал Ремез.

В договоре можно прописать все нюансы: чтобы тело умершего после смерти погребли в земле или кремировали, развеяли прах или подзахоронили к могилам усопших родственников и так далее. Подписывают его исполнитель и волеизъявитель при обязательном присутствии доверенного лица последнего. Услуга может быть оплачена сразу или доверенным лицом после смерти заказчика.

В ритуальной компании, занимающейся в том числе и кремацией, рассказали ForPost, что у крымчан подписание прижизненного договора на кремацию весьма популярно — в неделю по несколько обращений поступает.

«Очень часто обращаются за услугой кремации, особенно пожилые люди, сейчас уже даже <мы> начали записывать людей. Есть желающие заключить прижизненный договор, кто-то <его> оплачивает сразу, чтобы родственников не обременять, кто-то — потому что одинокий», — пояснила представитель ритуальной компании.

Напомним, изначально строительство крематория планировалось в Ялте, но от этой идеи инвесторам пришлось отказаться из-за протестов местных жителей и администрации города, о чём писало РИА «Новости Крым».

По морали и праву

Создание в Крыму крематория оправдано с точки зрения института права, но приживётся эта традиция в регионе только в том случае, если не будет нарушать институт морали, считает доктор социологических наук Павел Хриенко.

«Тут есть вопросы, вытекающие из двух институтов, регулирующих взаимоотношения между людьми, — морали и права. С точки зрения морали традиционных институтов жизни, в том числе связанных с погребением людей, существует абсолютный плюрализм. В христианской традиции людей хоронят, индусы, например, сжигают, третьи ещё как-то поступают в этом отношении. В Крыму две трети православных жителей, значительная часть последователей ислама, — они примут, наверное, своё решение, как относиться к этому.

Но есть право — это институт государства, и государство вправе создавать нечто такое, что будет способствовать реализации интересов всех. Я думаю, что если кремация не будет нарушать моральные принципы, которые исторически сложились, а будет использоваться для того, чтобы как-то более адекватно управлять этой сферой жизни людей, то в этом, наверное, нет ничего плохого», — считает социолог.

Тем не менее большого развития в Крыму кремация не получит, считает Хриенко, хотя определённые условия для этого в регионе есть.

«Есть исключительные случаи, когда непонятно, как быть с умершими людьми, которые не известно, какого вероисповедания были при жизни. Да и земли-то у нас в Крыму много нет, чтобы захоронения осуществлять. Естественно, если государство принимает решение построить крематорий, — а мы говорим о том, что государство от Бога тоже, — то дай Бог, чтобы оно разумно принимало эти решения», — отметил доктор социологических наук.

С точки зрения индивидуальной психологии

Кремации может стать популярной у крымчан, считает действительный член Общероссийской профессиональной психотерапевтической лиги Оксана Полищук.

«В практике я очень часто сталкиваюсь со страхом смерти у клиентов — именно с такой его формой, когда люди боятся непосредственно похорон, мысли, что они будут лежать в земле, в заколоченном гробу. Им очень сложно принять тот факт, что вообще-то им уже будет всё равно, они уже ничего не будут чувствовать. Многие из клиентов с таким страхом говорят, что лучше бы их кремировали.

Если говорить о глобальном страхе смерти, то для некоторых людей кремация — это выход. Зная, что есть крематорий и можно заключить договор, их отпустит этот страх смерти и они смогут нормально жить без этой тревоги. Это больше всё-таки внутриличностное переживание, нежели религиозные или культурные аспекты», — полагает психолог.

Кроме того, добавила Полищук, в дохристианском славянстве существовала такая культурная традиция как ритуал сжигания усопших — считалось, что так они сразу возносились на небо.

«Может быть, где-то на глубинной славянской идентичности это тоже отзывается», — предположила она.

Вполне толерантное мнение о кремации высказал почётный председатель Ассоциации крымских караимов Владимир Ормели. Он считает, что хотя это очень сложный и индивидуальный вопрос, отрицать категорически его нельзя.

«Мне кажется, что однозначно эта традиция у нас приживётся. Надо учитывать, что площадей нет в Крыму для захоронений, для кладбищ. Я уже человек в возрасте, мне 67 лет, со многими разговаривал — они не хотят, чтобы их в земле черви ели, как говорится.

Я не думал насчёт предварительных договоров на кремацию, но вообще идея кремации мне близка. Когда придёт время расставаться с этим светом, я не против, чтобы меня уничтожили в печке. Более того, может, и хотел бы, чтобы мой прах развеяли в определённом месте», — сказал Ормели.

Полина Ласькова

Фото «Национальной мемориальной компании»