Часть вопросов подвергли цензуре из соображений безопасности самой Бутиной. Условия содержания, допросы, абсурдные обвинения спецкомиссии Мюллера, жесткость вердикта и планы на возвращение на Родину. Ответы на все вопросы дала Мария Бутина.
Применялись ли пытки? Это первое, о чем ее спросили. Мария Бутина ответила однозначно — нет. Да, были допросы, была изоляция, все, что не противоречит американскому законодательству. Объяснила, сделка с правосудием США заключалась в том, что признала — не зарегистрировалась как иностранный агент.
"Я была удивлена таким суровым приговором, — призналась россиянка. — За нерегистрацию иноагента мне дали столько же, сколько человеку, который продавал секретную информацию Китаю! Это позор американского правосудия".
Американский суд подтвердил: нет ни копейки ущерба для США, нет вмешательства, нет пострадавших. Марию Бутину допрашивали и в рамках расследования спецпрокурора Мюллера. И тоже ничего не нашли.
"Беседовали со мной минут пять. Я в этом докладе не упоминаюсь. Это абсурдные спекуляции. Они папочку закрыли и ушли. Видимо, формально они обязаны были спросить", — поясняет Мария Бутина.
Чтобы этот телефонный разговор состоялся, организаторы купили американскую сим-карту и официально зарегистрировали в реестре тюремной системы.
Главным условием общения с Марией Бутиной было то, что пресса в зале молчит. Вопросы может задавать только один человек. Если вдруг автоматическая система в США вычленяет какие-то другие голоса, то связь прерывается.
Часть вопросов от журналистов организаторы исключили. Мария Бутина не давала оценок американской политической системе. Так безопаснее для нее!
"Федеральное бюро расследований и Федеральное бюро тюрем имеет штатных аналитиков, как и переводчиков, которые слушают разговоры, потом их расшифровывают, переводят. И дальше передают аналитикам. И все ложится в личное дело подозреваемого либо осужденного", — подчеркнул вице-президент Международного комитета по защите прав человека Александр Ионов.
Конечно, спросили про условия содержания. Сейчас претензий нет. Работа, гимнастика, книги, ответила Бутина.
"Здесь в местной библиотеке была огромная коллекция российских классиков. Так что я перечитала произведения Чехова, Достоевского, Лермонтова. Я это время инвестировала в собственное развитие. В самообразование".
В России Мария Бутина хотела бы заняться преподавательской деятельностью. Но до депортации еще 9 месяцев. Впрочем, Мария и ее адвокаты надеются на сокращение срока заключения — по апелляции или за примерное поведение.
