Российской молодёжи неинтересна история узников фашистских лагерей, так как в Советском Союзе Вторую мировую войну в значительно меньшей степени, чем на Западе, воспринимали как трагедию. Такое мнение в беседе с корреспондентом ForPost выразил вице-президент Центра политических технологий Алексей Макаркин.
В прошлом году замглавы международного комитета Совета Федерации Владимир Лукин заявил, что экскурсионный поток из России в польский Освенцим, где в годы Второй мировой войны существовал крупнейший нацистский лагерь смерти, сокращается. Сейчас на территории бывших концлагерей «Аушвиц» и «Биркенау» только 10% экскурсий проводится на русском языке.
На вопрос, не планирует ли Совет Федерации на региональном уровне инициировать поездки молодёжи в Освенцим, Лукин ответил, что сенаторы рассмотрят вопрос, сообщают РИА Новости.
«Тема трагедии Второй мировой войны заслоняется темой победы Советского Союза в Великой Отечественной войне. Это объективная реальность. Да, это праздник со слезами на глазах, но в СССР о трагедии пытались говорить меньше, чем на Западе», — подчеркнул Макаркин.
Он отметил, что в Советском Союзе тема плена была «очень тяжёлой». Поэтому при Иосифе Сталине её старались не поднимать, при Никите Хрущёве стали говорить, но аккуратно.
«(К военнопленным) отношение носило часто осторожный характер. Как сделать так, чтобы, с одной стороны, отметить героев, а с другой стороны, не стимулировать солдат будущей войны сдаться в плен? Поэтому на плене не концентрировалось внимание, а тема холокоста, геноцида была двойственной в СССР. Например, тему гибели евреев в концлагерях старались притушить. Слово «еврей» заменялось на «советских граждан», — считает Макаркин.
Вице-президент Центра политических технологий отмечает, что в Советском Союзе тема узников концлагерей поднималась с обходом острых углов, так как существовал Варшавский договор, по которому ГДР была союзником СССР. Нужно было укреплять боевое братство Восточной Европы, в том числе за счёт построения фундамента дружбы народов. Неудобные страницы истории мешали достижению цели.
«В результате тема пленных, концлагерей, гибели людей в них оказалась на периферии. Она не привлекала пристального внимания советской молодёжи. Последующие поколения россиян всё более прохладно относились к ней. Сейчас предпринимаются попытки заинтересовать детей темой концлагерей, сделать так, чтобы они хоть как-то прониклись ею. Но новые поколения россиян воспринимают данные события иначе, распалась связь времён. Старые советские идеологемы уже не работают, с новыми проблемы. Они трудно вырабатываются, трудно прививаются и в немалой степени связаны с конъюнктурой. Если у нас хорошие отношения, например с Финляндией, то мы стараемся не вспоминать про концлагеря, которые финские военные создавали для советских граждан в годы Второй мировой войны», — пояснил Макаркин.
В качестве примера «идеологического разлома» между молодёжью и людьми старшего поколения кандидат политических наук привёл публикацию в одном из журналов об открытии в Московской области музея Зои Космодемьянской.
Статья об учреждении культуры, посвящённом памяти первой советской женщины, удостоенной звания Героя Советского Союза (посмертно) во время Великой Отечественной войны, была написана языком, свойственным современному культурно-развлекательному пространству.
Возник диссонанс. Эксперты стали возмущаться, что нельзя писать таким вольным языком о музее, который посвящён трагедии.
Читайте также: В Севастополе обнародовали документы о чудовищных издевательствах нацистов
«Написать таким языком про «Аушвиц» невозможно. Люди хотели написать статью, после которой у молодого человека возникнет желание посетить этот культурный объект. Они не хотели никого обидеть. Молодёжь и более возрастные эксперты не поняли друг друга из-за разрыва связи между поколениями. Когда его нет, у молодёжи может произойти снижение эффекта трагизма к определённым историческим событиям. Что мы сейчас и наблюдаем», — резюмировал Макаркин.
Напомним, что на прошлой неделе экспертное сообщество возмутила статья в The Village о музее Зои Космодемьянской. По данным ИА «Красная Весна», недоумение у читателей вызвал заголовок статьи: «Зоя»: Самый красивый музей Московской области. Место казни Космодемьянской и идеальный фон для фэшн-съемки».
Историк Михаил Коробко на своей странице в Facebook привёл несколько обескураживающих фраз из текста The Village:
«…неизбежный трагизм (Зою Космодемьянскую пытали в соседнем с музеем доме) здесь соседствует с вдохновляющими историями, элементами иммерсивности и вкусной „военно-полевой“ едой», «… выбор места был предопределён почти 80 лет назад: в 1941-м в Петрищеве повесили юную партизанку Зою Космодемьянскую… И вот спустя много лет это помогло деревенским жителям улучшить свои жилищные условия».
Роберт Вочовский
Он, похоже, не в советской школе учился. Или политические технологии нынче иные...
А чему удивляться, когда даже Сапун-Гору в Севастополе превратили в Диснейленд...