Российская Федерация и Украина – это субъекты международного права, являющиеся таковыми как суверенные государства. Это право применимо к ним, в т. ч. в части механизмов урегулирования конфликтов, основы которых заложили еще в XIX веке, с участием Российской империи и даже США.
Тем не менее, опыт Русско-японской, а также 1-й и 2-й мировых войн показал, что конфликтующие стороны примиряются лишь после исчерпания военных возможностей, в том числе экономических и человеческих ресурсов.
Ну, либо после полного развала одной из воюющих стран.
В соответствии с опубликованными Минобороны РФ данными, на июль прошлого года ВС РФ с начала проведения спецоперации уничтожили более 11000 танков и иных боевых машин противника, более 450 самолетов, более 240 вертолета, более 5300 БПЛА, более 420 ЗРК, более 1100 РСЗО, более 5600 артиллерийских орудий минометов, а также почти 12000 единиц автомобильной военной спецтехники.
А в декабре прошлого года глава МО РФ Шойгу сообщил об общих потерях ВСУ в живой силе, которые составляли на тот момент 383000 человек убитыми и ранеными.
В то же время желательно иметь в виду, что, по данным из разных источников, в ВСУ с начала спецоперации призвано около 500000 человек, и сейчас там на законодательном уровне создаются условия для наращивания мобрезерва до 2000000 человек, при мобресурсе в 5000000 человек.
Возможности украинского ВПК тоже не безграничны. Производимая военная техника и вооружения не покрывают потери, из-за чего их в значительном количестве ввозят из НАТОвских стран.
В общем и целом, коллективный Запад поставил режиму в Киеве более 5200 танков и другой военной техники, около 1300 артсистем, и более 2500000 снарядов.
По данным МО РФ, в прошлом году в России получилось в разы увеличить изготовление основных систем вооружения и боеприпасов. При этом поставки техники и вооружения в армию в сравнении с 2022 годом выросли в три раза, и прирост продолжится в текущем году.
Что касается мобресурса России, рассчитываемого исходя из общей численности населения и его состава по полу и возрасту, то о нём можно судить по сравнению численности населения с населением Украины на начало прошлого года: 146,4 млн. человек против 37,3 млн. человек.
Для значительных изменений линии фронта необходимо привлечь дополнительные людские, военные, экономические ресурсы, что у нас получается гораздо оперативнее и качественнее, чем у врага.
Тем не менее, военный потенциал Украины ещё далеко не является исчерпанным, в первую очередь, за счет военных поставок и экономической помощи от западных стран и их союзников.
Таким образом, ни одна из конфликтующих сторон сейчас не готова отойти от целей, заявленных ранее, даже понимая, что конфликт не может продолжаться слишком долго, и его необходимо завершать быстрее.
Ясно, что форма его завершения находится в прямой зависимости от результативности военных действий армий и способности их поддерживать в боеспособном режиме.
Положение на поле боя всегда находит отражение на положении сторон в процессе переговоров.
Запад признаёт, что боевые действия на Украине по факту зашли в тупик, но при этом стремится «готовиться противостоять угрозам, которые исходят от России».
А это значит, что дальнейшая военная и экономическая помощь Киеву всё-таки будет оказываться, что скажется на дальнейшей эскалации конфликта. Соответственно и на вероятности мирного урегулирования между Россией и Украиной.
Гарантировано: в ближайший год оно не состоится, по крайней мере, в официальном формате.
Ещё в средние века прозвучала мысль, что «крепость, ведущая переговоры, наполовину взята». Полагаю, это понимают обе стороны.
Павел Кухмиров
Если бы не эта поддержка, вряд ли с территории украины зазвучали лозунги "Хто не скаче, той москаль", "Москаляку - на гиляку". НО, КАК ВИДИМ, ДОПРЫГАЛИСЬ.