Как Михаил Крошицкий спас художественную галерею Севастополя

17 ноября исполнилось 122 года со дня рождения Михаила Крошицкого. Его имя носит государственный художественный музей Севастополя, где он работал директором до 1958 года. И носит – по праву.  Именно Крошицкий, преодолевая невероятные трудности, в одиночку спас для города уникальную картинную галерею.

Сын рабочего Морского завода, внук матроса, а его всю жизнь считали выходцем из семьи дворян или аристократов. И никто не ожидал, что человек с такой внешностью и интеллигентностью сможет совершить настоящий подвиг. Поздней осенью 1941 года Михаил Павлович спас уникальную Севастопольскую картинную галерею. Ему не давали эвакуационный талон, угрожали расстрелять за паникёрство, а он, понимая, что старинная и ценная коллекция погибнет, действовал.

«Конечно, если бы не Михаил Павлович, не его позиция, с одной стороны сложная и отчаянная… С другой стороны, я уверена, им двигала любовь. Любовь к изобразительному искусству, любовь к буквально каждому произведению, которое он укладывал, упаковывал… Это же всё было безумно сложно, это такая работа, что сейчас трудно себе представить, что это делалось фактически им одним», – рассказала Наталья Бендюкова, заместитель директора Севастопольского художественного музея имени Крошицкого.

Бесценных картин, что сейчас представлены в музее, просто бы не стало. Крошицкому не давали пиломатериалы для упаковочных ящиков. Он ходил по разбомблённому городу и собирал в развалах остатки досок, мебели. А потом сам сколачивал ящики. Корабля для эвакуации не было, и Михаил Павлович две недели – в дождь, снег – сидел на своих ящиках на Царской пристани, уговаривая всех командиров взять его с грузом.

«У Михаила Павловича это чувство долга. Бросить? Уйти? Спрятаться от снарядов и бомб? Это было невозможно», – отметила Наталья Бендюкова.

Над ним сжалился один из командиров кораблей. За 12 минут матросы приняли груз. Но забрать остававшуюся на берегу семью Крошицкий не успел. Корабль ушёл, отстреливаясь от фашистов. В худом пальто и ботинках, без спецдокументов и денег Михаил Павлович пересёк Чёрное и Каспийское моря. Случайно получил весть, что семья его погибла. Но дело не бросил, нашёл вагоны и поехал вглубь страны. Полуголодный, он был в пути 13 месяцев, храня севастопольские ценности 11 тысяч километров. Его нигде не принимали. Только в Томске полуживого вытащили из вагона его и ящики с картинами.

«В общей сложности идёт 1370, идёт по отчёту 46 года, уже вернувшись сюда и распаковав всё. К сожалению, здесь погибла мебель, тяжёлая бронза, погиб крупный фарфор. Из скульптуры удалось вывезти 17 предметов…. Ой… Очень сложно», – добавила Наталья Бендюкова.

К счастью, весть о гибели семьи оказалась ошибкой. После войны Крошицкий был награждён медалью «За оборону Севастополя». А дело своё продолжал. Именно он дал путёвку в художественную жизнь человеку, написавшему «Каменную летопись Севастополя» – Станиславу Чижу. Два человека, любившие город у моря, однажды встретились.

«Михаил Павлович, он же принимал сначала памятник, сначала модель Памятника Комсомольцам! Потом – процесс работы, он очень часто приходил, судя по фотографиям, на которых изображён и процесс лепки самих фигур. Михаил Павлович очень часто бывал в том ангаре на Корабельной стороне, он следил за процессом работы. Потом, после Памятника Комсомольцам, был памятник Борцам подполья. Но я очень хорошо помню день ухода из жизни Михаила Павловича Крошицкого, поскольку это было для родителей и в доме личной утратой. По настроению и по тяжести события», – подчеркнула художник Яна Чиж.

Имя Михаила Крошицкого было присвоено Севастопольскому художественному музею 27 ноября 1991 года.