Разговор о вступлении Украины в Европейский союз перешёл из политической плоскости в техническую. Брюссель передал Киеву детализированные переговорные позиции – что, куда и как. Подробности приводят украинские медиа, подчеркивая, что даже в случае, если ЕС примет политическое решение относительно членства Украины - эти критерии все равно останутся актуальными. А часть из них Киеву придется выполнить до вступления в ЕС.
Главное требование ЕС касается верховенства права. Украина должна продемонстрировать работающую, а не декларативную независимость судебной системы. Это включает завершение реформ органов судейского управления, прозрачный отбор судей, предсказуемость судебных решений и их исполнение. Именно судебная система является основой всего переговорного процесса по евроинтеграции. Без неё невозможно ни эффективное антикоррупционное преследование, ни защита инвестиций, ни функционирование внутреннего рынка.
Второй блок связан с антикоррупционной инфраструктурой. Брюссель требует устойчивых результатов, что означает доведённые до приговоров дела по коррупции высокого уровня, прозрачные государственные закупки и устойчивую работу антикоррупционных органов без политического вмешательства. Для ЕС важна воспроизводимость результата, а не разовые кампании.
Третий блок касается прав человека, защиты меньшинств и свободы медиа. Здесь Украина должна привести законодательство и правоприменительную практику в соответствие с европейскими стандартами. Этот пункт традиционно чувствителен, поскольку затрагивает вопросы языковой политики и регулирования информационного пространства. Однако для Брюсселя это системный критерий институциональной зрелости государства.
Экономическая часть требований предполагает интеграцию в правила единого рынка. Украина должна гармонизировать технические стандарты, антимонопольное законодательство, регулирование финансового сектора и корпоративное управление в государственных компаниях. Это означает фактическое подчинение внутреннего регулирования нормам ЕС. Внешнеполитическое измерение предполагает синхронизацию торговой и санкционной политики с Брюсселем, что закрепляет политическую интеграцию.
Мечты и реальность
Вопрос реализуемости этих требований – особенно в случае Украины и тем более в условиях конфликта - требует отдельного анализа. Исторический опыт расширения ЕС показывает, что даже в мирных условиях трансформация судебной системы и антикоррупционной практики занимает годы. Румыния и Болгария вступили в ЕС в 2007 году с незавершённой реформой правосудия, после чего ещё более десяти лет находились под специальным механизмом мониторинга. В случае стран Западных Балкан переговоры длятся десятилетиями, несмотря на отсутствие активных боевых действий.
Украина находится в иной ситуации. Известная история с попыткой Зеленского подчинить себе антикоррупционные НАБУ и САП явно подрывает тезис о готовности Киева всерьёз бороться с коррупцией. Тем более, что все фигуранты громкого дела «Мидас» из близкого окружения Зеленского, благополучно сбежали в Израиль, и украинская фемида по их поводу особенно не переживает. Кроме того, совершенно непонятно, как в условиях военного положения, когда власть неизбежно концентрируется в исполнительной ветви, обеспечивать, например, полную независимость судебной системы.
Приведение стандартов и регулирования к нормам ЕС требует стабильной инвестиционной среды, долгосрочного планирования и предсказуемости. Пока сохраняется военная неопределённость, значительная часть бизнеса ориентируется на краткосрочное выживание, а не на стратегическую адаптацию к европейскому рынку.
Вопрос языковой политики и прав национальных меньшинств – про русских, понятно, ни в Киеве, ни в Брюсселе вспоминать не будут – остаётся, однако, чувствительным для ряда стран ЕС, прежде всего для Венгрии. Этот фактор напрямую влияет на переговорный процесс.
Полная институциональная интеграция в ЕС исторически занимала у стран Центральной Европы от пяти до десяти лет даже при максимально стабильной политической обстановке. В случае Украины процесс неизбежно будет более сложным. Так что наиболее вероятен сценарий поэтапного выполнения требований с длительным мониторингом и возможными переходными режимами после формального вступления. Причем у ЕС остается множество способов притормозить хоть практическое, хоть формальное вступление Украины.
