Первые секции спортивной спелеологии в Крыму начали появляться в период 1959 – 1961 годов. Конечно, в каждой конкретной секции был центр концентрации, активный человек, готовый собирать вокруг себя единомышленников. Юридического статуса такие секции не имели и не очень к официозу стремились. Но время показало, что жизнеустойчивыми оказались клубы при ВУЗах, заводах. Некоторые секции возникли в туристических клубах с многолетними традициями, и самостоятельность имели чисто символическую. Ветераны крымской спелеологии вспоминали историю освоения пещеры Красной, как основную веху в отечественной спелеологии. Решено было отметить полувековой юбилей крымской спелеологии в начале лета 2013 года прямо у входа в Кизил-Кобу. На разосланные приглашения откликнулись почти все ветераны.



Причину столь бурного роста секций спелеологии один из активистов подземного движения севастополец Алексей Федоров объясняет тем, что 50 лет назад в Институте минеральных ресурсов Виктор Николаевич Дублянский начал исследование крымских пещер. И ему требовались многочисленные помощники. Опытные, настойчивые, осторожные и одновременно решительные. Качественный скачок в исследованиях мог дать только количественный рост рядов исследователей. И первые коллективные экспедиции направлялись на Ай-Петри, на Караби. Севастопольской секцией 6 лет руководил Борис Коган. О нем так же вспомнили спелеологи, собравшиеся на Туфовой поляне под Кизил-Кобой летом 2013 года. Большой сбор ветеранов спелеологии проходил в торжественной обстановке. У входа в пещеру была открыта стела с мемориальной доской, напоминающей о Дублянском. На церемонии открытии доски присутствовал и сын Виктора Дублянского.



В фотоархивах севастопольских спелеологов есть уникальные фотографии и слайды, рассказывающие о штурме сифонов Кизил-Кобы. Александр Николайчук был одним из первопрходце пещеры. Его нога впервые ступала по подземным горизонтам, его глаза впервые видели подземные лабиринты и водопады. Алексей Федоров вспоминает, как севастопольская экспедиция оказалась запертой в одном из залов внезапным паводком. Дождь над Долгоруковской яйлой поднял уровень воды в пещере, запер сифон. Паники не было, но три дня исследователи были отрезаны от внешнего мира не по своей воле. В зале Голубой капели севастопольцы снизу вверх прошли скальный 45-метровый камин. Лидером восхождения был Анатолий Шамрай. С 1975 по 1977 год в зал Голубой капели было организовано 6 экспедиций. По вертикале пройдено от уровня воды до корней деревьев 145 метров.



Просто так на прогулку в Красную не пойдешь. Нужно месяц готовить снаряжение и потом уходить в пещеру на неделю. Группа в 6-7 человек должна нести рюкзаки по 35 килограммов каждый. Снаряжение в основной массе было самодельным, тяжелым. Не редко и стальные лестницы использовали. Даже налобные фонари сами конструировали. Стандартная «коногонка» со штатным аккумулятором было предметом мечтаний и большой редкостью.



Каждая фотография в архиве спелеолога – плод изнурительного труда. Мало того, что фотоаппараты, фотовспышки и батареи к ним нужно было пронести в герметичном мешке через обводненную часть. Пленка чувствительностью в 65 единиц требовала многократной работы вспышки. А значить, и штатив нужно было нести в пещеру.



Сейчас Красная пещера имеет более 24 километров протяженность всех ходов. Несколько боковых пещер со временем примкнули к главной части и стали единой пещерой. Несколько лет работали спелеологи Симферополя в Голубиной пещере на Долгоруковской яйле. Понимали, что вода из нее разгружается в Красную. Но ход найти никак не могли. Симферопольцы после очередной экспедиции разъехались по домам. На их место спустилась группа исследователей из Москвы. И через две недели они прошли из Голубиной в Красную.



Александр Николайчук вспоминает, что когда удалось пронырнуть сифон и войти в огромные залы, ступить в русло подземной бурной реки, пройти через водопады – душа пела от восторга. Чувство первооткрывателя ни с чем сравнить нельзя. Тогда севастопольцы Нагерняк, Богомолов, Федоров, Белоиваненко, Назаров проходили Шестой сифон, Николайчук впервые был в группе обеспечения. Он с товарищами подносил акваланги, транспортные рюкзаки. И пещера произвела на него неизгладимое впечатление своими масштабами, мощью реки. Довелось ему после того побывать во многих пещерах. Но первая встреча с Красной для него остается самой эффектной.



Романтика первооткрывателей манила 50 лет назад наших ветеранов. Она же движет и современную молодежь, исследующую пещеры в районе Байдарской долины. Пещеры и сегодня дают возможность ступить туда, где до тебя никто не бывал.



За пятьдесят лет спортивное снаряжение и экипировка спелеолога значительно изменились. Появилось термобелье и прочные гидрокостюмы. Прогресс продолжается. Технические средства позволят расширять непроходимые прежде узости и шкуродеры. Но психология спелеологии осталась все той же.



Сегодня Кизил-Коба – популярный, но и перспективный туристический объект. Есть пешеходный маршрут с бетонными дорожками до первого сифона. Для любителей экстрима есть маршруты с прохождением сифонов в гидрокостюмах и с аквалангами. Каждый год проводятся поздней осенью экспедиции, дающие новые открытия, новые ходы и залы. В отличии от пещеры Баир-Хасар на Чатырдаге, красная не имеет запрещенных для посещения зон. Но пещера контролируется специалистами. Работа исследователей приветствуется, но четко координируется и контролируется.



Антропогенное влияние на пещеры можно и нужно регулировать. Администратор пещеры знает, кто и в каком составе работает в пещере. Лишних людей не пустит. Да и не каждая группа получит право идти за сифон. С первых же дней исследования этого уникального объекта природы было принято решение не оставлять после себя мусора. Замыкающий в группе подбирал все, что нечаянно было обронено или оставлено членами экспедиции. Забирали и чужой мусор, оказавшийся в пещере до экспедиции. Нарушителя вычислить не сложно. А дальше – черный список, и – прощай пещера.



Перспективы у севастопольской спелеологии есть. Ассоциация спелеологов активно продолжает исследование недавно найденных пещер в Байдарской долине. На «нашем» участке Ай-Петринской яйлы все реальные пещеры найдены. Но стоить помнить и о том, что каждая воронка с провалом грунта имеет подземное продолжение в виде пещеры. Можно начинать копать, разбирать каменный или глиняный завал и выйдешь в какую-нибудь полость. Но сколько копать – не знает никто. Сегодня открыто, имеет проходимый для человека ход на поверхность, только 10% полостей, существующих в Крымских горах. Резерв для поиска есть. Но вот только теперь открытия даются все большей ценой времени и сил. Шахиа имени Артура Григоряна до сих пор не пройдена до конца. Трудно работать в воде на глубине 140 метров. Есть относительно не глубокая пещера Красная Шапочка. Завал перекрыл ход, но продолжение явно есть.



Эпоха первопроходцев не ушла в историю. И сегодня искатель может сделать открытие. Хватило бы настойчивости, уверенности в свои силы, в важность поставленной задачи.

Владимир Илларионов

Александр Николайчук - участник первопрохода сифона в Красной пещере.

Алексей Федоров вспоминает Кизил-Кобу

в лагере

Красоты пещеры

Слайд 1975 года. Водопад в пещере

На Туфовой поляне

Подземная сушилка

Подземный лагерь. 1975 год

спелеологи в 1975 году

Фото 1975 года

Фото в пещере

Экспедиция