«Уходящий 2018-й войдет в историю как год резкого обострения межполовых отношений. Движение MeToo стало могущественным и опасным. Более 200 высокопоставленных мужчин во всех областях жизни лишились работы по обвинению в сексуальных домогательствах», – констатировал 31 декабря 2018 года в эфире Радио «Свобода» обозреватель Александр Генис.

Эта западная история изрядно нашумела и в российских СМИ, так что отдельно останавливаться на ней не буду.

В России мы также могли наблюдать обострение этого вопроса, только с диаметрально противоположным знаком. Набрало заметный вес так называемое «мужское движение»,  популярные пропагандисты которого (Иоганн Себастьян, Nick B и т.д.) буквально забили YouTube влогами о женском коварстве и манипуляциях сильного пола слабым.

Более того, на просторах соцсетей оформилось объединение (в формате закрытого паблика в ВКонтакте с 150 тысячами подписчиков) «Мужское государство» (привет, ИГИЛ*), лидер которого Владислав Поздняков прославился во время Чемпионата мира-2018 заявлениями о легкодоступности русских женщин для иностранцев (впрочем, активно разжигали тогда на эту тему и многие колумнисты популярных изданий, вроде выдавшего в «МК» опус «Время шлюх» Платона Беседина).

Под конец года лидер «Мужского государства» (в России пока не запрещено) получил по приговору суда Нижнего Новгорода два года условно за разжигание ненависти к женщинам, четырех его единомышленников в Хабаровске судят за организацию экстремистского сообщества.

Откуда все это? Насчет заграницы не буду рассуждать, там не жил и уподобляться нашим обер-пропагандистам (тоже не жившим, но всегда готовым рассказать то, что от них ждут хозяева) с дежурной темой про «загнивание Запада» не хочу, да и не интересно, пусть там живут как хотят. Поговорим про ситуацию в стране, в которой мы все с вами живем.

Нельзя сказать, чтобы все эти резкие заявления взялись без всяких причин. Не знаю как в Крыму, но в Москве продажа женщинами себя поставлена на достаточно широкую ногу, и речь не идет про классическую проституцию. И занимаются этим не бедствующие Сони Мармеладовы, а вполне себе неплохо обеспеченные и ухоженные девушки.

Причина, на самом деле, достаточно проста. Господствующая в обществе идеология потребления в столице, где крутится много денег и соблазнов, доведена до апогея, все хотят выглядеть успешными, то есть сверхпотребляющими, а для этого в обществе Инстаграмма нужны бесконечные новые фотографии из ресторанов-баров-гостиниц, с новыми шмотками-аксессуарами-автомобилями и так далее. Пару лет назад я читал про один очень характерный в этом плане случай – несколько выходцев с Северного Кавказа угоняли в Москве дорогие авто, но не для продажи, а чтобы фотографироваться с ними и затем выкладывать пафосные фотографии в соцсети, понтуясь перед знакомыми.

В итоге, даже успешные и хорошо зарабатывающие в столице девушки не в состоянии обеспечить бесконечный поток своего потребления, и начинают ради этого экономить на всем прочем. Как минимум пару раз я сталкивался с ситуацией, когда хорошо одетые и зарабатывающие сотрудницы крупных компаний, судя по Инстаграмму просиживающие каждый день в новых барах, ресторанах или кальянных, снимали даже не квартиры, а комнатки в многокомнатных квартирах в старых панельных домах в непрестижных окраинных районах, ютясь там в неудобстве и соседстве с неадекватными хозяевами-хозяйками.

Или другой вариант – бесконечно одалживать у знакомых (выглядит комично, зная ситуацию изнутри: вот «светская дама» с пафосом выкладывает в Инстаграмм фотографию с очередным коктейлем в дорогом баре, а вечером пишет-звонит подругам «не дашь ли пару тысяч до зарплаты?»). Это болезнь, зависимость, вроде игромании.

Вот тут и возникает мысль переложить все эти расходы на мужчину. Что давать в обмен, вполне очевидно.

И тут «светская дама» начинает ездить по объявлениям, работая по желанию клиента хлыстом (если нужен BDSM) или чем-то более классическим. Или есть целые сайты, специализирующиеся на попутчицах в путешествиях (мне пришлось как-то делать на таком расследование для статьи, материала оказалось много) – за отдых на морях в отелях пять звезд, за шоппинг и подарки (в денежной форме) обещают все, и достаточно недвусмысленно. Среди примеров – модели, владелица спа-салона в ближнем Подмосковье, преуспевающая (судя по Инстаграмму) менеджер сетевого маркетинга и т.д. Самых разных национальностей, порой и с детьми. Девушки явно не нищие, но… торгуют собой. И такая продажа себя, вымогательство буквально с первого свидания – благо, есть соцсети, в Москве много обеспеченных мужчин и спрос велик – многих выбешивает, формируя крайне нелестное представление о слабом поле в целом.

В России принято при этом ругать феминисток, но ведь западная модель поведения женщин другая. Реально, женщина из Европы будет удивлена, если мужчина решит заплатить за нее в ресторане, а у нас отказ от этого вызовет бурю негодования вплоть до заявлений «я не чувствую себя после этого женщиной!» Словно это не добрая воля мужчины, а его обязанность, прописанная в некоем кодексе взаимоотношений полов.

Вообще по Интернету давно ходит шутка (да даже и не шутка, все серьезно) о том, что российская женщина хочет быть полностью свободна и эмансипирована как западная, но чтобы при этом ее содержал полностью муж, как восточную. Но так не бывает.

Что касается западного феминизма, проявившегося в том числе в движении MeToo, то есть один момент, по которому он для России не вполне подходит. Дело в том, что он адекватен для критики семьи классического образца, где муж – глава, зарабатывает и является распорядителем средств, а женщина либо не работает и зависима от него, либо если и идет зарабатывать, за ту же работу будет получать заметно (на 20 – 40%) меньше. И на такой работе подвергается домогательствам со стороны правящих там мужчин и т.д.

А в постсоветском обществе ситуация несколько иная. В советские годы роль мужчины была понижена (за счет многочисленных репрессий, раскулачиваний, гибели в войнах, принудительного «выравнивания» зарплат и пропаганды образа жизни «будь как все, не выделяйся», что в значительной степени и стало причиной повального алкоголизма 70 – 80-х годов), он не мог зачастую быть кормильцем семьи и роль реального главы в ней перешла к женщине, которая выполняла роль финансового регулятора, распределяя скудные ресурсы по самым необходимым статьям (как правило, женщины в быту более хозяйственны). При этом номинально главой семьи оставался мужчина.

На эту тему есть немало наблюдений социологов. Вот сотрудница кафедры экономической социологии Высшей школы экономики пишет в 2012 году в журнале «Экономическая социология»:

«Женщина, как правило, чаще распоряжалась семейными финансами, а обязанность «хорошего мужа» заключалась в том, чтобы отдать супруге всю «получку», из которой уже она выдавала деньги на обед-газету-сигареты, вела текущие расходы по дому и проч., хотя для стороннего взгляда такая ситуация может показаться и анекдотичной».

Или вот сотрудницы кафедры философии Уральского государственного экономического университета отмечают в «Известиях» данного вуза за 2013 год: «Для семьи советского периода характерным было управлением бюджетом со стороны женщины. Обычно это объясняют низкими доходами мужчин и существующим дефицитом товаров.

Кроме того, активное участие женщин в профессиональной деятельности, высокий уровень образования, порой более высокая заработанная плата способствовали упрочению их лидирующей позиции в семье. Обычно муж отдавал весь заработок жене, оставляя себе лишь на «карманные расходы», а жена самостоятельно принимала решения относительно расходов. Согласно многим исследованиям, жены распоряжались деньгами более чем в 50% семей». И т.д.

Эта модель часто выстраивается не только в разрезе семьи, но и общества, и системы управления в России. Ситуации, когда номинально какое-то учреждение возглавляет статусный мужчина (такой помятый скучный персонаж), а реально рулит в нем боевая и резкая заведующая-женщина (которая и мужика запугает), достаточно распространена.

Судя по многим рассказам информированных людей, и в самой Москве управляет не Сергей Семенович Собянин, который изрядно сдал за последние годы и приезжает лишь разрезать ленточки на мероприятиях, а его заместительница Анастасия Ракова, которая держит в жесткой узде даже своих коллег, не говоря уж о чиновниках рангом ниже, и контролирует всю реальную управленческую работу в столице нашей родины.

Так что кто кого тут еще дискриминирует на работе, в быту и политике, большой вопрос.

В общем, как говорили про экономическое развитие России столетней давности институтские преподаватели, оно было неравномерным и разноукладным. То же самое и в отношениях полов в современной России – много разных моделей, носители которых сталкиваются и конфликтуют друг с другом. Главное, чтобы не дошло до революции…

Владислав Мальцев

* Организация запрещена в России Верховным судом РФ.