Значит – победили: Трамп заявил, что смена режима в Иране уже произошла

Президент США Дональд Трамп сообщил журналистам президентского пула, что смена режима в Иране в результате американской операции в Иране уже произошла, и новые руководители «разумны».

«Смена режима уже произошла, если вы уже видите, потому что один режим был уничтожен, разрушен, они все мертвы. (...) Следующий режим по большей части мертв, а с третьим режимом мы имеем дело с другими людьми, чем кто-либо когда-либо имел дело прежде. Это совершенно другая группа людей. Поэтому я считаю, что режим сменился, и, честно говоря, они очень разумны», - заявил Трамп журналистам на борту самолета.

При этом американский лидер не уточнил, кого именно имеет в виду и с кем конкретно США имеют дело. США неоднократно заявляли о, якобы, ведущихся с Ираном переговорах – Тегеран раз за разом опровергает подобные заявления. В результате, одной из постоянных тем обсуждения в экспертном сообществе стал анализ, с кем вообще Трамп ведёт переговоры или мог бы их вести.

Между тем в опубликованном в ночь на понедельник интервью Financial Times Трамп также назвал нынешние власти Ирана «совершенно иными людьми» и «очень профессиональными».

Кроме того, он предположил, что новый верховный лидер Ирана Моджтаба Хаменеи, либо мертв, либо тяжело ранен.

«Сын (погибшего в результате американских ударов аятоллы Али Хаменеи - ForPost) либо мертв, либо в крайне тяжелом состоянии. Мы вообще ничего о нем не слышали», - сказал американский президент.

Тем временем, эксперты отмечают, что в результате тотальных убийств представителей иранского руководства, многие из которых были готовы к компромиссам, новое поколение иранской власти формируется из людей, куда более непримиримых по отношению к США. Имеющих, к тому же, мало иллюзий насчет того, можно ли США доверять.

Что имеем – то и победа

Речи Трампа выглядят как попытка выйти из конфликта через переопределение его результата. Трамп выстраивает нарратив, в котором цели уже достигнуты: «режим сменился», «пришли другие люди», «они разумны». Это позволяет объявить политическую победу без необходимости доводить военную кампанию до логически следующей стадии — закрепления контроля, институциональной трансформации или долгой оккупационной фазы.

Такая риторика выполняет сразу несколько функций. Во-первых, она закрывает вопрос перед внутренней аудиторией: если режим якобы уже изменился, значит дальнейшая эскалация не нужна. Во-вторых, она создаёт основу для переговоров, поскольку прежний противник в этой конструкции уже не существует в прежнем виде — вместо него появляется «новая группа», с которой можно работать. Это классический приём: сначала объявляется качественное изменение объекта конфликта, затем открывается окно для сделки.

После нанесения ударов и провала блицкрига у США есть два варианта: либо наращивать давление, принимая риски большой войны и долгосрочного вовлечения, либо зафиксировать промежуточный результат и выйти в переговорную фазу. Выбирается второе, но оформляется как завершённая победа, чтобы не выглядеть отступлением.