Ушёл Синдзо, которому Путин был готов передать острова

Япония — один из самых значимых соседей России. За 20 лет правления Владимира Путина сменилось восемь японских премьер-министров — но именно Синдзо Абэ, покидающий сейчас пост главы правительства, может считаться его настоящим и главным японским «партнёром». И дело не только в том, что Абэ в общей сложности занимал пост премьера почти девять лет — но и в тех отношениях, которые установились между двумя политиками.

Путин, кстати, до сих пор поддерживает хорошие отношения и с первым при нём премьер-министром — Есиро Мори, возглавлявшим японский кабинет в 2000–2002 годах. Но вот с другими японскими премьерами особой химии не сложилось, хотя среди них был и такой сильный политик, как Дзюиньитиро Коидзуми.

А вот Абэ Путин успел не только хорошо узнать (всё-таки они провели 27 встреч), но и наладить довольно откровенные отношения. Настолько тесные, что два года назад оба руководителя даже попробовали решить почти нерешаемую проблему — подписание мирного договора.

Наши страны воевали два раза на протяжении первой половины прошлого века — и после последней войны японцы затаили на нас обиду. Мол, мы не вступали в войну против СССР, пока вы воевали с немцами, — а победив Гитлера, Москва нарушила договор о ненападении и объявила войну Японии, которая уже долгие годы билась с США. Коварные русские мало того что напали на нас — так ещё и отобрали Южно-Курильские острова и не хотят их отдавать!

Бесполезно отвечать японцам, что их претензии к нам похожи на сублимацию совсем другого чувства — ненависти к американцам. Это Штаты испытали на японцах атомную бомбу, это Штаты оккупировали потом всю Японию, написали ей конституцию и законодательство, держат там свои военные базы. То есть превратили гордых самураев в полувассалов — Япония до сих пор не восстановила свой геополитический суверенитет.

Но Вашингтону Токио ничего подобного высказать не может — как по причине своей геополитической зависимости от США, так и вследствие правильного воспитания японской элиты американскими учителями (многие японцы искренне считают американцев защитниками Японии от Китая). Поэтому приходится отрываться на русских — отдайте нам четыре острова, проклятые воры!

При этом ведь все мудрые японские политики прекрасно знают, почему вообще до сих пор существует проблема спорных территорий — потому что американцы сознательно настраивали японцев против СССР, а во второй половине 50-х и вовсе сорвали достигнутые между Москвой и Токио договорённости о заключении мирного договора и последующей передаче Японии двух меньших островов из Южно-Курильской гряды — Хабомаи и Шикотана. Знают они и то, что нормализация отношений с Россией выгодна Японии — если она хочет (а она хочет) со временем снова стать полностью суверенной державой.

Но знание этих фактов не облегчает работу на русском направлении, потому что за послевоенные десятилетия японское общество пропиталось идей возврата «северных территорий». Абсолютно нереалистичной — если говорить про главные, большие острова Итуруп и Кунашир, — но ставшей частью японского национального самосознания. Россия? Пускай сначала вернёт нам острова!

Выйти из этого тупика пытались многие японские политики, включая отца Абэ, долгие годы возглавлявшего МИД.

Было понятно, что СССР никогда не вернёт четыре острова — но о двух символических можно было пытаться договориться. Но этому мешало японское общественное мнение, которое проамериканские СМИ и политики убеждали в том, что никаких компромиссов с русскими быть не может и речь может идти только о четырёх островах.

В начале 90-х, после распада СССР, в Токио посчитали, что наконец-то пришло время получить от русских всё. Но хотя в окружении Ельцина и были люди, готовые пойти на уступки, шансов на передачу островов Японии не было даже тогда.

Конечно, отношения двух стран развивались и без мирного договора. Однако проблема «северных территорий» оставалась фундаментальным препятствием для нормальных двухсторонних отношений, своеобразной болевой точкой, на которую всегда можно было надавить третьей (то есть американской) силе.

Абэ хотел вынуть эту занозу, то есть убедить японское общество в необходимости подписать договор с Россией. На каких условиях? На основе той самой Московской декларации 1956 года, в которой Японии были обещаны два острова.

Переговоры об этом шли с конца 2018 года, и Абэ действительно хотел заключить сделку. Но для этого ему нужно было решить две задачи: изменить настроения японцев и договориться с Путиным. Над первой проблемой он работал: начались поездки на Курилы их бывших жителей, японское общественное мнение понемногу менялось, хотя и продолжало в своём большинстве негативно относиться к идее взять у России всего два острова.

Со второй проблемой было тоже непросто: да, Путин пообещал решить вопрос в духе декларации 1956 года, то есть фактически высказал готовность отдать два острова. При том, что абсолютное большинство русского общества категорически против любых территориальных уступок Японии. Ни пяди русской земли — хотя большинство выступающих против передачи уверены в том, что речь идёт обо всех четырёх островах гряды.

Если бы переговоры о мирном договоре вышли на финишную прямую, Путину и Кремлю пришлось бы проводить тяжелейшую пропагандистскую кампанию, убеждающую людей в том, что два не равно четырём (к тому же они занимают всего 7 процентов территории Южных Курил), никакого урона безопасности и национальным интересам (в том числе экономическим) не будет, и вообще добрососедские отношения с Японией стоят этого.

Но для подобного разговора даже не пришло время, потому что японцы не смогли выполнить поставленных Москвой условий: признать итоги Второй мировой войны и отказаться от территориальных претензий. Потому что передача островов могла быть только добровольной и произойти уже после подписания договора (и вообще не обговариваться в договоре).

Чем бы рисковали японцы, отказавшись от претензий? Тем, что не получат острова? Но не отказываясь от претензий, они их точно не получат — а при отказе у них появлялся бы вполне реальный шанс.

Неужели Путин пошёл бы на передачу островов? Да, но вот только она бы произошла на наших условиях — без изменения юридического статуса. Именно на это Путин намекнул в прошлом году, когда сказал, что надо будет ещё договориться о том, что такое «передача». То есть, по сути, речь могла бы идти о передаче в пользование или совместном использовании — но не о смене территориальной принадлежности.

Абэ очень хотел договориться с Путиным до осени 2021 года, когда истекал срок его полномочий на посту лидера партии и должны были пройти очередные парламентские выборы, после которых он уже не возглавлял бы правительство. Но сначала пандемия коронавируса приостановила все личные контакты, а потом у него обострились проблемы с язвенным колитом (из-за которого он уже уходил в отставку в 2007-м).

В итоге Абэ ушёл в отставку, а преемником уже в середине месяца станет его ближайший помощник и соратник, генеральный секретарь кабинета министров Ёсихидэ Суга. 71-летний политик досидит в премьерском кресле до предстоящих через год выборов — но вряд ли будет возглавлять правительство долгие годы.

И хотя Суга уже заявил, что продолжит действовать в направлении поиска решения проблемы мирного договора в соответствии с курсом премьера Абэ (то есть в основе переговоров с Россией по-прежнему будет лежать Декларация 1956 года), шансов на заключение договора теперь уже нет. Тема по сути закрыта — но не навсегда, а до того момента, когда команда японского корабля всё-таки решится самостоятельно прокладывать курс в океане геополитики. Тогда и поговорим — и договоримся.

Может быть, даже с всё тем же Абэ — в среднесрочной перспективе не стоит полностью исключать его третье премьерство. Синдзо 21 сентября исполнится всего 66 лет — а один из его предшественников, Ясухиро Накасоне (у которого в 80-е работал отец Абэ Синтаро), дожил до 100 лет. Так что Синдзо Абэ, самый долгоправящий премьер в японской истории, ещё может поправить здоровье и вернуться в своё кресло. Времена, в том числе и в Тихоокеанском регионе, предстоят бурные — так что не стоит закрывать счёт встречам Путина и Абэ.

Читайте по теме: Фотографии освобождения Курил разозлили японцев

Пётр Акопов