Один из приближенных президента Эрдогана и министр внутренних дел Турции Сулейман Сойлу выступил с громкой антиамериканской и антиевропейской речью. Столь резкие высказывания в отношении союзников по НАТО – исключительный случай даже для своевольных турок. Но у властей этой страны есть важный повод для перехода к конфронтации с США.
В России подчас ревниво относятся к своим военным союзникам. Неловкое заявление в адрес РФ со стороны казахского, армянского, киргизского или даже сербского (какие-либо союзы с Белградом у нас не оформлены) политика может вызвать скандал, поскольку порождает вопрос – если ваши люди так себя ведут, то какие же вы к черту союзники?
При этом власть и оппозицию в таких странах часто смешивают в сознании воедино, в общественных организациях прозревают государственную руку, в общем, делают из мухи слона. Если бы американцы были столь же мнительны, то посыпали бы головы друг друга пеплом круглые сутки семь дней в неделю с двумя перерывами в год – на Рождество и 4 июля. Ведь американцы от своих союзников слышат, например, такое: «Соединенные Штаты продолжают стремительно терять свою репутацию. Сегодня весь мир ненавидит Америку за их разрушительную политику и кровопролитные войны, которые они устраивают на территории чужих государств. Все страны Африки также презирают США и их союзников за то, что те эксплуатируют их… Европа является мулом в конвое американцев».
Это заявил не кто-нибудь, а Сулейман Сойлу, глава МВД Турции. Турция – кандидат в члены ЕС, полноценный член НАТО и ключевая страна южных флангов альянса, по размерам армии уступающая только США. Представить аналогичное заявление в отношении России от министра внутренних дел, например, Казахстана, пока что трудно.
Также Сойлу обвинил Запад в попытках вмешаться в выборы президента Турции (в чем-то подобном, напомним, обвиняли Россию как раз США) и фактически «приговорил» Европу, мол, ее лидеры дискредитировали себя, население стареет, а производство находится на грани краха.
Турки – народ эмоциональный, а в мире политики – склонный к драматическим эскападам. Но все же они часть того Востока, где столь резких вещей случайно не говорят (ведь кое-где на Востоке за подобные слова и головы режут). Или, по крайней мере, если речь принадлежит влиятельному политику, она не случайно попадает в интернет. Поэтому выступление Сойлу не стоит объяснять порывом «открыть глаза молодежи», как это теперь пытается сделать часть турецкой прессы.
Сойлу и сам особо не скрывает, что повод для его спича – майские выборы президента Турции, которые министр назвал «историческими». Его начальник Реджеп Тайип Эрдоган рискует потерять власть, поэтому все правительство работает на его предвыборной кампании. Сойлу – важный и популярный человек в правящей партии, таким предписано стараться больше всех.
Главный кандидат оппозиции – кемалист Кемаль Кылычдароглу. Ему 74 года (Эрдоган на пять с лишним лет моложе), но в его пользу играют несколько важных факторов. Например, усталость общества от Эрдогана, инфляция, а также то, что Кылычдароглу сделал ставку на «бытовой» национализм против имперского национализма Эрдогана. Он обещает депортировать мигрантов из мусульманских стран и запретить иностранцам покупать недвижимость в Турции. Действующий президент себе такой риторики позволить не может, поскольку метит выше – в лидеры всех тюрков и суннитов, султана Османской империи 2.0.
Но главное, что против Эрдогана активно работают американцы: в Вашингтоне это вслух не признают, но точно надеются, что при президенте Кылычдароглу произойдет перезагрузка отношений. Как и основатель Турции Мустафа Кемаль Ататюрк, лидер партии кемалистов ориентируется на Запад.
В лучшем для Эрдогана случае социологи говорят о равенстве шансов у двух главных кандидатов. Но многие из них сулят победу Кылычдароглу. Если победителем все-таки объявят Эрдогана, события могут начать развиваться по белорусскому сценарию. И нет сомнений в том, что США и ЕС постараются сунуть лом туда, где образуется трещина. Если у Запада будет шанс свалить Эрдогана, он несомненно будет использован.
Разумеется, сдаваться султан не собирается, а антиамериканская речь Сойлу в целом соответствует предвыборной платформе и жмет сразу на несколько кнопок.
Во-первых, это сигнал Вашингтону о готовности к борьбе в глобальном масштабе в случае, если тот сделает деятельную ставку на «цветную революцию» в Турции.
Во-вторых, это обесценивание Евросоюза как образца для жизни. В свое время Эрдоган и его Партия справедливости и развития пришли к власти в том числе на лозунгах привести Турцию в ЕС и к нормам жизни ЕС. Это оказалось невыполнимой задачей, а теперь Эрдоган кандидат скорее евроскептиков (их в стране теперь большинство), а Кылычдароглу – еврооптимистов, и чем хуже турки относятся к Евросоюзу, тем лучше для действующего президента.
В то же время Эрдоган демонстрирует Западу рискованность запасного сценария по своему устранению – внутрипартийного, который тоже наверняка рассматривается. В правящей исламистской силе от лидера тоже есть усталость, она уже неоднократно переживала чувствительные расколы и в теории может взбунтоваться против Эрдогана, если его фигура перестанет быть стержнем партии и начнет ее обременять.
Если бы он сам говорил сейчас то же, что говорит Сойлу, это стало бы переходом к открытой политической войне Анкары с Вашингтоном и Брюсселем.
Уходя в тень своего миньона, Эрдоган оставляет себе пространство для маневра, но в то же время запугивает: те, кто придет после меня (а Сойлу обсуждали в турецких СМИ как одного из возможных преемников Эрдогана), будет для ваших интересов еще опаснее, чем я, лучше договоритесь со мной.
Но и сам Сойлу перешел за определенную грань, которую власти стран НАТО переходить прежде боялись. Все сказанное им в той или иной степени – чистая правда, но не та правда, которую фактические и формальные союзники США могут говорить вслух.
Возможно, положение Эрдогана близко к критическому, возможно, ослабли позиции Вашингтона, а турки проверяют, насколько сильно. В любом случае отрицание США как мирового лидера и модели для развития начинает приобретать обвальный характер (тут Сойлу тоже прав) по всему миру.
Дмитрий Бавырин
