Севастопольские охотники вынуждены промышлять в лесах Крыма

Пока правительство города раздаёт земли под охотугодья коммерческим фирмам, члены старейшего и единственного на сегодняшний день некоммерческого общества охотников-любителей вынуждены заниматься промыслом в лесах Республики Крым.

До 2014 года в Севастополе существовало немало общественных организаций, объединяющих любителей охоты и рыболовства. Среди них было Севастопольское региональное общество охотников и рыболовов (УООР) — одна из старейших организаций, в которую входили порядка двух тысяч охотников.

В 2001 году решением Севастопольского горсовета обществу были выделены на 15 лет полевые и лесные земли общей площадью 20.172 гектара на участках трёх сельхозпредприятий (совхоз-завод «Качинский», совхоз имени Софьи Перовской и совхоз имени Полины Осипенко), а также на территориях Мекензиевского и Севастопольского лесничеств. Это была одна из первых организаций в городе, получившая в пользование угодья.

В декабре 2014 года украинская общественная организация была перерегистрирована в соответствии с требованиями российского законодательства. Она стала называться Севастопольским региональным обществом охотников и рыболовов, а позже была переименована в «Севастопольское региональное военно-охотничье общество — спортивная общественная организация» («СР ВОО – СОО»)

Однако вновь созданная организация не была признана правопреемником украинского общества и по окончании 15-летнего срока аренды земель её участникам не удалось доказать свои права на прежние охотугодья.

Суды не признали

Как рассказал ForPost юрист «Севастопольского регионального военно-охотничьего общества» Евгений Кравец, руководство организации было уверено, что, зарегистрировав общество по российским законам, оно станет правопреемником украинского общества и сможет получить в пользование свои прежние охотугодья без аукциона.

С 2016 года общественники дважды подавали иск в суд на признание их правопреемниками украинского общества охотников и рыболовов (УООР), но заявления отклонялись. Только в начале 2017 года Ленинский районный суд принял исковое заявление и, наконец, удовлетворил его.

Но уже в июле 2017 года апелляционный суд отменил это решение, аргументировав это тем, что была нарушены процедура подачи иска. Исковое заявление общественники адресовали своему предшественнику (УООР) в рамках искового производства, а нужно было вести процедуру по особому производству, пояснил Евгений Кравец.

«Особое производство — это когда не иск подаётся, а заявление. Есть несколько видов особого производства. В нашем случае это должна была быть установка факта, имеющего юридическое значение. Нам сказали, что мы должны были подать заявление в суд, чтобы нам установили факт, что мы являемся правопреемником украинской организации, мы по-прежнему платили за землю и занимались всеми теми же видами деятельности, которую вело УООР», — уточнил он.

В январе 2018 года охотники-общественники попробовали подать в суд заявление по особому производству, но снова проиграли дело.

«Ровно год назад, 30 января 2018 года, у нас было первое слушание в Ленинском суде, но нам в удовлетворении заявления отказали, аргументируя это тем, что предыдущий наш председатель создал новое общество — „Севастопольское региональное общество охотников и рыболовов”, которое не являлось правопреемником украинского общества охотников и рыболовов», — сказал Евгений Кравец.

Общественники пытались обжаловать решение Ленинского суда, но апелляционная и кассационная инстанции оставили решение суда первой инстанции без изменений.

«Мы дошли до Верховного суда в Москве, но и там нам отказали. То есть правопреемниками мы не являемся, охотничьих угодий у нас нет, а Севприроднадзор говорит нам, что только в процессе аукциона мы можем получить земли», — отметил юрист.

Только через аукцион

Как следует из ответа Севприроднадзора (копия есть в распоряжении ForPost), получить прежние охотугодья в пользование военно-охотничье общество не может, поскольку согласно федеральном закону об охоте и сохранении охотничьих ресурсов «заключить охотсоглашения без проведения аукциона <…> могут только юридические лица и индивидуальные предприниматели, которые инициировали процедуру заключения охотхозяйственных соглашений до 25.06.2015». А все представленные общественниками письма с просьбами продлить аренду прежних охотугодий, отметили в Севприроднадзоре, зарегистрированы после указанной даты.

«До 25 июня можно было подать все документы по просьбе продлить аренду охотугодий, просто бывший председатель этого не сделал. Да и как мы могли это сделать, если нам сначала нужно было решить вопрос с правопреемственностью. А когда мы уже начали этим заниматься в 2016 году, нам сказали, что поезд ушёл.

Если бы мы были правопреемниками украинского общества, у нас вопросов не возникло бы с тем, чтобы получить эти угодья в упрощённом варианте, без аукциона. На данный момент — это сделать уже нереально», — сказал Евгений Кравец и уточнил, что бывшие охотугодья находятся в общем доступе.

Ещё по теме: Охотники Севастополя испортили статистику чиновникам

Нет охотоустройства

По словам юриста, они и рады бы принять участие в аукционе, но не могут этого сделать — аукцион в Севастополе не проводился с 2016 года, и когда будет, неизвестно, поскольку в Севастополе нет охотустройства.

«Должна быть проведена таксация — нужно посчитать количество животных в севастопольских лесах, потом разделить их по лесничествам, чтобы определить, где какие животные обитают. На данный момент в городе этого ничего не сделано, у нас есть переписка с Севприроднадзором по этому поводу», — утверждает специалист.

Пока же в ожидании аукциона на распределение охотничьих угодий руководству организации приходится заключать контракты с крымскими коллегами и охотиться в лесах республики.

«Мы существуем с 1924 года, на сегодняшний день — единственная организация некоммерческой направленности в Севастополе. У нас в организации всегда был довольно внушительный штат — пять егерей, главный охотовед. В течение 15 лет мы чётко работали, добросовестно, выполняли все обязательства, никогда никаких претензий со стороны городских властей не было к нам. В нашем обществе состояло до двух тысяч охотников, сейчас их около 230, потому что угодий нет», — отметил Евгений Кравец.

Избирательный подход?

Особенно удивляет столь пренебрежительный подход руководства города к общественникам на фоне его щедрости по отношению к коммерческим структурам.

Напомним, как писал ForPost, в 2017 году депутаты Севастополя заинтересовались законностью установки трёхметрового забора ООО «Орлиновское охотничье хозяйство» вокруг лесов рядом с заказником «Мыс Айя» площадью около 600 гектаров.

Тогда в Севприроднадзоре заявили, что коммерческая фирма получила в пользование на 25 лет охотничьи угодья рядом с заказником «Мыс Айя» площадью 12.770,5 гектара на основании решения сессии Севастопольского городского Совета от 8 апреля 2008 года № 4028. Обязательное охотсоглашение между Севприроднадзором и «Орлиновским охотничьим хозяйством» было заключено 16 июня 2017 года.

Также ForPost сообщал, что в сентябре – ноябре 2017 года Севприроднадзор без конкурса заключил с ООО «Орлиновское охотничье хозяйство» 10 договоров аренды лесных участков общей площадью 3.800 гектаров: в урочищах Алсу, Сухая речка, Сухой ручей и Аязьма, на Тороповой даче и возле горы Гасфорта. Как уточнялось, за территорию, занимающую около 10% от общей площади городских лесов, ООО «Орлиновское охотничье хозяйство» будет платить 270 рублей в год в течение 20 лет, до 2037 года.

А уже в декабре 2018 года Арбитражный суд Севастополя полностью удовлетворил иск Генпрокуратуры РФ, признав недействительными охотхозяйственное соглашение от 16 июня 2017 года № 2, три допсоглашения к нему и 10 договоров аренды лесных участков, которые были заключены Севприроднадзором и компанией «Орлиновское охотничье хозяйство». Суд обязал коммерческое предприятие вернуть городу лесные участки.

Поскольку получить комментарий от Севприроднадзора на момент выхода материала не удалось, ForPost направил информационный запрос в ведомство.

Полина Ласькова