Решение серьёзных вопросов: зачем Путин ездил в Китай

Путин заявил о готовности предоставить льготы инвесторам из Китая.

Оценивать государственный визит главы России в КНР имеет смысл, прежде всего, в контексте общей геополитики, а также на фоне новой евразийской стратегии нашей страны. Сложно это делать и без учёта ситуации на театре боевых действий — как непосредственно на фронте, так и в плане идущей финансово-экономической войны.

Конкретно же констатировать можно одно: прошедший государственный визит характеризовался беспрецедентным уровнем информационной закрытости и отсутствием любой конкретной информации. Финансово-экономическое взаимодействие Москвы и Пекина по сути уходит за пелену тумана конфликта. Практически в подполье.

По факту, перед самым визитом президента России в Китай американское Министерство финансов вместе с системными банками США и ЕЦБ тотально атаковали все китайские финансовые институты, замеченные в каком угодно обслуживании российско-китайского торгового оборота. Так как более 90% его уже осуществляется в нацвалютах, доллар там уже не особо важен.

Но банкам начали предъявлять ультиматумы с требованиями прекратить обслуживание контрактов с Россией либо забыть о работе в Европе и Америке. Большому количеству из них это грозит быстрым разорением. По результатам этого в платежах на линии Москва — Пекин начинается волна отказов или заморозок. Пошли срывы сделок и нарастание убытков, проседание оборота с середины весны уже на 2%, и это не предел.

Деловые круги РФ снова вынуждают экстренно адаптироваться. Глава России привёз с собой в Пекин почти весь недавно обновлённый состав правительства. С ним приехали крупнейшие банкиры и финансисты, главы государственных корпораций и ряд крупных бизнесменов. Все они очевидно были заняты отработкой деловой фактуры без афиширования разработанных новых технологий работы, пока первые лица беседовали в уединении по стратегическим вопросам.

А первые лица были заняты решением трёх больших вопросов. Во-первых, по-прежнему ли Россия и Китай «просто партнёры» или мы уже являемся союзниками? Во-вторых, какой будет дальнейшая линия поведения с США и ЕС. В-третьих, как заканчивать украинский военный кризис. Судя по всему, по всем этим вопросам они пришли к согласию и пониманию.

Глава Китая высказался об углублении «всеобъемлющего партнёрства и стратегического взаимодействия» с Москвой, но без превращения в союз, ибо Пекин не инициирует и не участвует в кризисе на Украине (и военных материалов, конечно же, никому не поставляет). При том, что Пекин понимает мотивацию и доводы Москвы, но он, разумеется, противник самого конфликта в принципе и стремится способствовать его окончанию.

Здесь Китай разделяет позицию Глобального Юга, тоже винящего американскую гегемонию, но несущего убытки от происходящего и жаждущего скорого урегулирования. Китай является близким и доверенным партнёром РФ, но не союзником. Его экономика зависит от экспорта, и потеря рынков США и ЕС для него серьёзный риск. При том, что торговый оборот КНР и США снизился на 12%, а экспорт рухнул сразу на более чем 20%. По доле в импорте для США он просел с более 20% до менее 15%, и это падение продолжится.

Обороты КНР с ЕС тоже падают, но пока остаются так же важными для Поднебесной. Это почти 800 миллиардов долларов в прошлом году, из которых 500 миллиардов являются экспортом. Китай стремится удержать и даже укрепить позиции в Европе и уклоняется от любых конфликтов.

Что ж, посмотрим, как они совместили это с иными приоритетами. Так или иначе, враг нас не предаст. Но не предаст он и Китай.

Павел Кухмиров